— Если хочешь, - улыбается.
— Не хотю. Я вас не знаю. А мама говолила не говолить с незнакомыми тётями.
— Пха-ха-ха! – засмеялась она, - Ну, она явно права! Ну значит надо знакомиться поближе, м?
Я сглотнул. Мне не нравится её настойчивость. Как и то, что я не вижу выхода из этой сраной ситуации. А половину тарелок уже расставили! Давай, думай быстрее! Если в тарелках то, что я думаю, я точно подохну!
— Где твоя мама. Она тут?
— Она… не пличастна.
— О, понимаю. У Теодора, вон, тоже. Только отец. У меня тоже никого нет. Вообще. В целом. Эх…, - наигранно вздохнула она.
— Воопсе никого? И музчины?
— Я вдова. Одинокая женщина, потерявшая мужа, - жалобно протянула она, - Он пропал в одном из тёмных переулков, и его так и не нашли…
— Я… шоболезную.
— Ха-ха, спасибо, мальчик! Но не стоит. Он как раз, очень удобно, включил меня в наследство, вычеркнув оттуда сестёр и братьев. Я была обворожительна эти три месяца брака, - она подмигнула.
По коже побежали мурашки. Не только потому, что она настойчиво не прекращала на меня смотреть, а потому что она реально была обворожительна. Приятный, бархатный взрослый голос. Поставленная речь. Красивое платье. Яркие глаза и губы на фоне чёрных волос.
И за её красотой я, такое ощущение, что отвлекался от поиска спасения.
— Ты частенько смотришь на моё платье. Нравится? Я шила. Мой дизайн.
— Оно как из длевности. Не вител такого есё.
— Н-да? - она улыбнулась и чуть наклонилась, - Ох, так это потому, что ты ещё не видел дизайнера со вкусом~
Её горячее дыхание обдало моё ухо, а мурчащий тихий голос вызвал новую волну мурашек по спине.
— Знаешь, а может тебя украсть? Себе оставить? Ты такой хорошенький…
Сердце пропустило удар.
Ч-что?.. Украсть? В смысле… похитить и не отпускать?
Чёрт. Моя мама даже не знает, что её сын может вот-вот умереть прямо под её ногами. Что его хотят похитить. Вернее, его УЖЕ похитили. Она не знает, что её любимого сына, чёрт возьми, похитили сраные каннибалы!
И я. Сижу в сотнях метрах от неё. Под землёй. И могу вот-вот умереть.
— Мы ведь и так уже нагрешили. Так зачем себя ограничивать? Я тут подумала... что лучшим и любимым мужем выйдет тот, кого ты растишь сама. Идеальный под твои вкусы мужчина. И искать не надо, - она наклонила голову и широко улыбнулась, обнажая острые зубы.
— А… м-мозно я похожу. Хотю посмотлеть… всё.
— М? А ну да, конечно, - улыбнулась она, - Всё равно эти черепахи ещё десять минут будут еду тащить, мы же дальше всех. Только возвращайся!
Я спрыгнул со стула и под внимательным, неотрывным взглядом этой тёти в белом, пошёл… куда-то. Главное, что подальше.
Надо отсюда валить.
И я придумал план Б.
«Рой, выведи полупрозрачную проекцию той печати, которой Макс вырыл котлован в Египте»
На полу загорелась печать. И так как это пусть и ухоженное, но подземелье, то здесь периодически можно найти кусочки камня, которыми отлично рисуется на полу!
А в обведении контуров я чемпион.
«Спешу сообщить, что высока вероятность нехватки энергии для реализации плана. Вам просто не хватит сил взорвать камень»
«Тц, чёрт!», - цыкаю, начиная чертить второй круг, подальше от первого, - «Ты же считываешь мои мысли? То, о чём я сейчас думаю – может выйти?»
«Да. Но по возможности рекомендую избегать данного исхода. Он очень опасен»
Эти культисты в масках опаснее, Рой.
Делая вид, что я рассматриваю подземелье и всё вокруг, я садился в неприметных местах и чертил печати. Готово уже три и нужно восемь, и они должны идти по кругу. И знаете, несмотря на мою заметную нервозность – получалось! На удивление здесь собрались вполне добродушные люди, и ребёнку они лишь умилялись.
— Эх, дети всегда остаются детьми. Даже среди нас, - улыбнулся какой-то мужчина.
— Маленькие прелести жизни.
О, спасибо! Жаль, что вы же меня и расчлените, ёп вашу сумасшедшую мать!
«Быстрее. Быстрее!», - я чертил.
Это не мел, поэтому линии получались тонкими и едва заметными, а благодаря круглому высокому столу, те кто видел меня в одном месте – не видят в другом. Я смогу. У меня получится!
Я выживу! Твари, вы меня не убьёте! И тётя меня не похитит!
— Мальчик, тебе пора садиться. Уже почти всем принесли! – я услышал знакомый голос.
Оборачиваюсь. Теодор. Оба. Мелкого по росту узнал, взрослого – по голосу. Оба внимательно на меня смотрят, неотрывно, за каждым движением.
Я черканул последний штрих, и ещё один круг был готов.
— Я… иглал. Плостите.
— Ничего, - улыбнулся Теодор старший, - Теперь садись, нечего задерживать. Вам ещё, мелким, посвящение проходить.
Да какое ещё посвящение?! Идите в жопу!
Я быстрым шагом бегу к себе, и по пути останавливаюсь, чтобы дочертить последний круг. Все тарелки были уже расставлены, теперь на меня смотрели ВСЕ. И они… нервничали.
— Пацан, чего копошишься?!
— Давай садись!
— Не задерживай, мы голодны!
Плохо. Очень плохо. Последний круг остался!
— С-сейтяс. Сейтяс!
— А ну бегом! Потом доиграешь! – рычал мужик.
— С-секунту.
— Хватит над нами издеваться! – повышала голос женщина.
Копилось недовольство. Ещё немного. Ещё чуть-чуть! Ещё…
— А ну живо пошёл на своё…
— Есть! – выдыхаю, резко поднимаюсь и быстрым шагом иду к себе.
Я мельком глянул на оравших. И такой злости в глазах я ещё не видел…
Поехавшие. Сумасшедшие. Если меня чуть не разорвали за задержку, то что будет, когда вскроется вся правда?
От меня ничего не останется.
— Нельзя задерживать такие большие и редкие встречи, малыш, - покачала головой леди в белом.
— Плостите…
— Ничего. А теперь, малыш, пройди в центр!
— А? – не понимаю.
— Посвящение.
Я смотрю в центр зала и вижу, как туда идёт Теодор. Оглядываюсь и понимаю, что от меня ждут того же.
«Рой, Идол как-то проявляет себя?»
«Пока нет»
Я слезаю со стула и обхожу стол. Все внимательно смотрят. Спускаюсь вниз. Кровь на каменном столе была засохшей. Убивали давно.
«Ничего не чувствую от Идола. Просто камень»
Чёрт, эти поехавшие придурки молятся ПРОСТО камню?! И я из-за этого могу пострадать?!
— А теперь, рады приветствовать двух новых членов нашего Общества! Молодое, подрастающее поколение, понимающее всю прелесть настоящего вкуса!
Люди захлопали. Женщина в белом смотрела на меня и была прям очень рада, даже горда.
Я встал рядом с Теодором, и тот внимательно на меня посмотрел. Даже с надеждой и облегчением, что он здесь не один. Может узнал? Не, вряд ли. Моя рогатая маска закрывает всё лицо. Просто он выдохнул, что не одному страдать и бояться.
Тц. Что-ж тебя в это втянули-то…
— Теперь, господа, вам нужно будет коснуться Идола! Мы ждём, что может быть одного из вас он примет, и вы поведёте наше общество в мир вечного пира!
«Рой?»
«Идол неактивен. Просто камень»
Дегенераты! Это просто камень!
Теодор посмотрел на отца, тот кивнул, и мальчик пошёл. Неуверенно. Ноги тряслись. Знаете, мне его даже… жалко. Да он скотина, мелкий поганец, но это всё ещё просто ребёнок. И проблема детей – в их родителях. Теодор такая мразь – потому что отец такой.
Он подошёл к статуе и, на секунду задержавшись, неуверенно коснулся камня. Все затихли.
«Рой?!»
«Ничего»
Теодор убрал руку и посмотрел на отца. Тот разочарованно вздохнул.
— А теперь второй!
Я посмотрел на леди в белом. Та держала ручки у груди и, судя по взгляду, переживала.
Полагаю, нужно коснуться. Всё равно не отстанут.
Я выдыхаю и иду к Идолу, проходя мимо Теодора. Он шёл поникший. Что, его папаша от него и этого ожидал? Тц, урод. Дебильные взрослые!
«Рой?»
«Всё ещё камень»
Ну… выдыхаю.
Раз. Раз-два.
Раз-два! Пальцы касаются холодного камня, и я…
«Идол активировался. Он используется для связи»
