‑ Услышали вас! Бегут на звук!
Вцепившись в руль, я прибавил скорости, глянул в зеркало заднего вида, где в пыли за мной качалась на выбоинах желтая машина и спросил:
‑ Далеко они?
‑ Несутся через заборы как гребаные спринтеры! Срезают! А с‑сука!
‑ Что?! Что такое?!
‑ Одна вроде как влетела в капкан на одном из участков! Ха! Вы ведь и туда собирались – там еще дом с новой крышей из металлочерепицы зеленой! Остальные продолжают бежать, но если не будет тормозить, то ничего страшного.
‑ Мы едем не туда! – напомнил я.
Твари шли от дороги, а мы сейчас ехали к центру села. Оттуда начинается несколько улиц и насколько я помню, к дороге можно выехать парой из них, но тут главное не ошибиться – есть и тупики. Да мы в защищенных машинах, но... но ну его нахер! Не хочу я никаких стычек, никакой стрельбы, никаких пытающихся пробиться внутрь машины тварей!
‑ Я вас поведу! Тихон! Сейчас окажешься в центре. Держись правее – там одну улицу перегородил брошенный грузовичок. В прошлый раз его не было, кстати. Ветровуха выбита. Проезжаешь мимо грузовика и не сворачивай, я повторю, не сворачивай в следующую улицу – это тупик! Я скажу, когда поворачивать! Виктор, ты просто давай за Тихоном и не тормози! Всем ясно?!
‑ Ясно! – хором ответили мы.
Площадь...
Форд с ревом вынесся на открытое пространство, подпрыгнул на каких‑то досках – лишь бы не пробить шины! – мимо мелькнул криво стоящий грузовичок с надписью Петрович на кузове и... из дыры в ветровом стекле наружу прыгнуло обнаженное тело.
С‑сука!
Я дернул руль, машина вильнула, едва не влетев в забор, сзади послышались частые выстрелы и чьи‑то крики. Управляемое Виктором такси взревело движком, резко ускорилось и... с грохотом влепилось мне в зад!
‑ Извини! – сдавленно крикнул в ухе голос Виктора – Я не хотел!
‑ Блядь! – рявкнул я и это единственное что я смог выдавить из передавленной напряжением глотки.
Любители! Мы гребаные любители!
‑ Поворачивай! Сейчас! Виктор ты следом!
Я крутнул руль, Форд с ревом въехал в еще более узкую улицу, ударил крылом по забору, выбив пяток досок, желтая машина вписалась удачнее, но скребла землю отпавшим с одном края бампером.
‑ Твари бегут и стали ближе! Тихон! Не сбавляй!
‑ Даже и не собирался! – процедил я, вдавливая педаль газа в пол.
Движок зарычал громче, тяжелая машина ускорилась и... я даже не тронул педаль газа и не ослабил нажим на газ, когда навстречу из переулка или из щели в заборе выскочила гибкая нагая фигура, кошкой прыгнув мне на капот.
‑ Тихон! Тихон! У тебя тварь на ветровухе!
‑ Знаю! – рявкнул я, продолжая давить газ и подавшись в сторону, чтобы видеть в улицу.
‑ Видишь её?!
‑ Вижу!
‑ Что видишь?!
‑ Сиськи! – рыкнул я, даже не думая над тем, что произношу и сосредотачиваясь только на дороге и на том, чтобы не снести к херам заборы и не завязнуть в них – Гребаные сиськи!
И душой я не покривил. Все что я видел – это кусочек улицы сбоку, а вот прямо передо мной о решетку на ветровухе билась грудью нагая женщина, буквально тряся грудями перед моим перекошенным лицом. Попробуй тут вести машину, когда соски мельтешат перед глазами...
Но я справился. Руль не отпустил, не затормозил, даже стрелять не стал. Вывел тачку из лабиринта улиц, нырнул в придорожный мелкий овраг, с ревом вылез на асфальт и, едва не вписавшись в пронзительно загудевшую серебристую легковушку, успел повернуть. Уже тут резко затормозил, подхватил пистолет и, направив ствол на удержавшуюся тварь, выстрелил четыре раза в упор. Последняя пуля угодила в голову. Руки разжались, обмякшее тело завалилось на капот и забилось в судорогах. За мной с визгом покрышек на дорогу вывернуло такси Виктора и, обогнав меня, затормозило в пяти шагах впереди. Хлопнула дверь, Денис выскочил с пистолетом, замер, держа под прицелом тварь и смотря на село.
‑ Быстрее, Тихон!
‑ Ща! – крикнул я и толкнул дверь.
Выскочив, стянул с капота тело, оттащил к обочине – думай и о других хоть немного, тут люди поедут! – и побежал обратно к машине. Мимо как раз очень медленно проезжала та серебристая машина, откуда на меня обалдела смотрели пассажиры. Я махнул рукой:
‑ Уезжайте! Там в селе твари! Уезжайте!
‑ А вы куда? – это крикнул седобородый водитель.
‑ Тут наш поселок рядом.
‑ К вам можно? Принимаете людей?
‑ Э‑э‑эм... – прыгнув за руль, я кивнул – Дома еще есть пустые, да. Потихоньку обживаемся, но у нас больше каждый сам за себя.
‑ Так можно к вам? Хотя бы на время?
‑ Давайте за нами! – крикнул Денис и вернулся в машину.
‑ Быстрее, быстрее же! – заторопил нас Эдди и я снова вдавил педаль газа в пол.
Внедорожник пошел вперед, а я задышал спокойнее, пытаясь загнать воздух в легкие.
Сиськи блин...
**
Разбор огненных полетов мы устроили очень просто и с максимальным нарушением всех возможных правил безопасности: въехали к Вите во двор, вышли из машин, пожали друг другу руки, посмотрели на следы крови у меня на капоте, оценили Форд сзади, и такси спереди, выматерились много раз подряд, после чего Витя сбегал в дом, вернулся с бутылкой и стаканами, мы налили себе по пятьдесят граммов, ахнули, а потом закусили все жадными сигаретными затяжками. Аж губы жжет. Вкусно.
Ставни двух окон на втором этаже открылись, оттуда на нас с любопытством уставились дети, сзади подошла симпатичная женщина, глянула на нас, но ничего не сказала. Да и понятно – поселок уже в курсе, как нам сообщили сразу, как только до смартфонов дотянулся интернет. Сейчас оставшихся тварей отслеживают с дрона – мы очень близко к селу и есть все шансы, что они заглянут в гости. Тогда придется прятаться.
Теоретические новенькие на той серебряной машине остановились в паре домов отсюда в центре поселка. Да вообще все стремятся к центру поселка, один я на отшибе живу. Как я понял они собираются чуть отдохнуть, обмозговать ситуацию и там уже принять трезвое решение ехать дальше или же оставаться пока здесь. А направлялись они в городок или крупное село Мордвес тут же в Ясногорском районе.
Выпив водки и излив эмоции, мы начали опустошать багажники, чтобы здесь же рассортировать и поделить. Холодильник и нормальный телек сразу потащили в дом к Виктору. И пока затаскивали чертов охлаждающий ящик, я спросил зачем стреляли тогда позади меня. Ответил смущенный Денис, честно признавшись, что стрелять причин не было, тварь за что‑то зацепилась и они уже проскакивали мимо, но он тупо запаниковал и зря сжег несколько патронов – и ни разу вроде как не попал.
Пока устанавливали все и подключали, едва не запрыгав от радости, когда движок холодильника заурчал, а внутри загорелась лампочка, обсудили детали последней ходки, решили, что мы паникеры и балбесы, но действовали быстро, к Эдди прислушивались, героев из себя не строили, а значит мы большие молодцы. Самое главное – остались живы. Ну и не без добычи приехали.
Из добычи я ничего не взял кроме укороченной штыковой лопаты. Не из доброты душевной, а потому что мне ничего из этого не требовалось. Разве что провода телефонные, там солидный такой пучок, но их я готов пожертвовать на то самое общее благо, если будущая телефонная линия дотянется и до меня. Ну а лопату взял чтобы закинуть её в подвал да так там и оставить.
Пожав на прощание руки напарникам и кивнув стоящей на верху лестницы жене Виктора, я выпил еще рюмку, попрощался и поехал домой, неспешно куря, глядя на еще светлое небо и подсчитывая сколько у меня там патронов осталось в пистолете. Сердце продолжало колотиться, пульс еще не унялся, но это уже я сам все еще подпитываю себя шальными эмоциями и воспоминаниями. Когда подъехал к себе, пульс уже успокоился, дыхание стало размеренным, но от одной проблемы я так и не избавился ‑ перед мысленным взором упорно маячила колотящаяся о решетку ветрового стекла обнаженная и красивая женская грудь... и я эту грудь прострелил...
Но долго размышлять на эту тему мне не дали. Не успел запарковаться, а смартфон уже снова вибрировал. Войдя в дом, заперся на все щеколды, включил свет, упал в кресло и уже на компьютерном экране принялся читать, попутно поставив на загрузку скачивание чего‑то полезного, ранее выбранного для закачки, но уже и не вспомню что там. То ли как кирпичи укладывать, то ли как проводку вести в каркасном доме по правилам пожарной безопасности...
