— Что у нас с каналами поддержки правых центристов? — в глазах начальника политической разведки сверкнули бесинки. — Хотелось бы отработать аккуратно, чтоб не дискредитировать их.
— А почему бы и нет? — вдруг заявил Николай. — Господа, иногда выгоднее действовать открыто.
— Поясните? — вопрос и просьбу высказал Мамантов, но интерес читался на всех лицах присутствующих. Только Гернет покачал головой, выражая согласие с князем.
— В этом мире для всех адекватных европейцев, христиан именно Российская Империя светоч во тьме и камень в алтаре Небесного Иерусалима. Мы пример и образец справедливого христианского либерального государства. Мы маяк для настоящего созидающего национализма. Простите за пафос, — стеснительно улыбнулся князь Николай. — Нам куда выгоднее не скрывать свои интересы, а прямо открыто поддержать здоровые силы в Западной Европе.
— И тем самым перейти на новый виток противостояния. Мне нравится, — на лице Петра Гернета заиграла улыбка самодовольства
— Тогда надо организовывать встречу, — подвел итог император. — Николай Аристархович, полагаю вы только разворачиваете свои силы. Господа, прошу скоординировать ваши ведомства и все организовать.
— Мы пока не знаем с кем работать в Британии, — политическая разведка имела свое мнение. — Есть интересные подвижки у правительства Стармера. Но при этом он лейборист и в целом выступает с деструктивной программой. Что до адекватной правой или центристской оппозиции, мы действительно не знаем с кем работать.
— Британия, это сложный вопрос, — позиция Ливнева не стала для Николая неожиданностью. — Ни я ни мои аналитики не можем найти в этой стране национально ориентированных дееспособных политиков. Хуже того, не видим такого запроса у национальных элит.
По взглядам и горестным усмешкам собеседников князь понял, что он не одинок в своем мнении.
— Не ищите негра в угольной шахте на Венере, — скаламбурил император. — Я не знаю, как такое получилось. Если у нас в нашем мире британцы хоть и отличались эксцентричностью, но их элиты не отрывались от корней, пусть и сохраняли дистанцию от народа как во времена Плантагенетов. У этих же все куда хуже. Николай Аристархович молод и пока не погрузился в тему, это преходящее. У этих англичан действительно элиты и народ суть разные расы. Думаю, все знают, на Острове четверть населения чужеродные мигранты из Азии и Африки. В стране полным ходом идет исламизация. Лондон не отличить от Могадишо или Дели. Мэры крупнейших городов совершенно чужды Англии и англичанам.
— Скажите прямо, ваше величество, с пальмы слезли, — съязвил генерал Мамантов.
— Я не зоолог, я не знаю откуда они слезли, но если мы завтра накроем атомными зарядами Лондон половина англичан, валлийцев и шотландцев выйдут на улицы с русскими флагами.
— Если положить боеголовки аккуратно, в нужные районы, ни один англичанин не пострадает, — заметил Ливнев.
Совещание оживилось. Шутка пришлась к месту. Плохая шутка, надо сказать.
— Горько, — насупился император. — В этой стране элиты изолировались от людей. По вашим докладам и отчетам Инодел, Виндзорам без разницы каким народом править. Элиты живут в чистых районах с охраной, их дети ходят в закрытые школы, им без разницы, что остров чернеет, мигранты наводят свои порядки, цветет криминал, а полиция покрывает насильников и работорговцев. Для британских элит англичане на одной доске с индусами и неграми.
— Мои специалисты предложили работать с валлийскими и шотландскими сепаратистами, — Николай был готов к такой постановке вопроса. Хотя и он понимал, что так просто проблему Британии не решить. Не с кем работать. Только если напрямую с людьми, но и это не так просто, как кажется. Нужно долго готовить почву.
— Неплохой вариант, — согласился начальник Третьего Отделения.
Император утвердительно кивнул. По его мнению, вопрос в компетенции начальника управления. Пусть сам думает, как и с кем работать, раз основные принципы и подходы заданы.
Глава 25
12 февраля 2025
— Вы смотрите, что этот монгол творит! — воскликнул Рейган.
Редактор в наушниках напряженно смотрел на экран персоналки. Пальцы барабанили по столу. Ничего кроме экрана Иван Грегорович не видел. Он весь был там, за тысячи верст от Новгорода, на Урале.
— Давай! Давай! Давай!
Пудовый кулак вознесся к небу. Могучая фигура Рейгана отражала максимальное напряжение сил и чувств. Казалось, сейчас грохнет кулаком по экрану от избытка эмоций.
— Что там? — Максим повернулся к Каримову.
— Биатлон. Личный зачет.
— Ты смотришь?
— Ага.
Половина конторы в наушниках прилипла к экранам. Максима это несколько раздражало, он силился разобраться с очередной задачей, но коллеги не давали сосредоточиться.
Даже Евдокия поглядывала через плечо директора. Увы, господин Комаров хоть и пытался делать вид что работает, но получалось плохо. Буря эмоций на лице выдавала с головой.
— Ура! — Рейган сорвал наушники и швырнул на стол.
— Кто победил?
— Тугал Бадамдорж первый. Виктор Чернов серебро. Чертов монгол! — Рейган вскочил и с раздраженным видом рванул к выходу. — Он всех порвал. Ни одного промаха! Вы понимаете? Ноль штрафных очков.
Как оказалось, коллектив «Хороших героев» заядлые болельщики. После гонки половина коллектива повалила вслед за Рейганом на перекур. Максим облегченно вздохнул, общий азарт его счастливо миновал.
— Вы не смотрите олимпиаду? — Миша Каримов подошел к окну и приоткрыл створку.
— Смотрел открытие.
— И как? Понравилось?
— Меня больше удивило, откуда столько всего в Златоусте. Эти стадионы, трассы, гостиницы, их недавно построили?
— Не так чтоб очень. Известный зимний курорт. Сам все собирался скататься, да не получалось.
— Зима еще не закончилась, — ободрил коллегу Максим.
— Из-за Олимпиады там сейчас такие цены, что даже собачью конуру не снять. Лучше в Семиречье или на Кавказе организовали бы мероприятие. Там тоже есть спортивные центры. Теперь только на следующий год.
— Может куда поближе, в Карелию?
— Думаю. Только не знаю, стоит ли отпуск брать, — взгляд Миши направлен на старательно набивавшую текст за персоналкой Евдокию.
Вспыхнувший у художника интерес к горянке ни для кого не был секретом, за одним маленьким исключением. Сама новокрещенная казалось не замечала знаки внимания, или делала вид что не замечает. Девичьи мысли тайна великая есть. Людей говорящих, что понимают женщин много. Тех кто на самом деле понимает их логику Максим еще не встречал. Зато бывали подозрения, что это фантастика.
— Господа, кто уже сделал ставки на лыжную эстафету? — с порога изрек Комаров.
— Кто-то уже выиграл на тотализаторе? — с ехидной усмешкой Каримов сунул руки в карманы.
— И все-таки, это невообразимо! — громогласный рев Рейгана звучал как вечевой колокол. — В биатлоне всегда вели русские. А тут прям из монгольских степей! Никому неизвестный арат! Пришел и забрал второе золото подряд! Молодчина! Настоящий егерь!
Максим набрал в поисковике имя. Раскрыл фото чемпиона. Ну да, невысокий коренастый плосколицый сын степей. Пишут, детство провел в кочевьях. Случайно попал в спортивную школу в Урге. После первых соревнований стипендиат личной премии хана.
— Не такая уж и маленькая страна, — Максим вывел на экран карту. С прошлогодних потрясений Монголия стала значительно больше. Память и эрудиция подсказывали, что страна приросла территорией бывшей китайской Внутренней Монголии. Впрочем, коллеги правы. Большая часть страны степи и пустыни. Плотность населения чрезвычайно низкая. Примерно, как у нас в Центральной Сибири.
Работа не идет, но и дело не срочное. Максим под этим соусом решил тихо слинять домой. Было одно дело, о котором лучше не говорить, с рабочей персоналки не делать.
В свое время для человека стал потрясением тот факт, что какой-либо анонимности в интерсете нет. Если таковая и была, то о ней даже старики не помнят. Только если на заре сетевых технологий, в эпоху аналоговых модемов и медленных как мамонтовая улитка телефонных соединений что-то такое да было. В общем, в каменном веке, когда экраны были с кинескопами.
