Плевать мне на игру! Game Over - Пефтеев Сергей "Imbir"

– Верно, это я ввязал тебя в это. Это из-за меня ты стал целью знати, – не мог не согласиться Ник. – Но я не виноват в том, что знать управляет законом, что они могут взорвать бомбардировщиком здание с детьми и с помощью полиции устроить охоту на людей!

– Но ты ведь знал, чем все это чревато, и все равно рискнул моей жизнью. Но черт со мной. А ты подумал, что сделала знать с моей невестой просто за то, что она знала тебя?

– Признай свою вину, – донесся слабый голос отца, – ты портишь и разрушаешь все, к чему прикасаешься. Без тебя мир был бы намного лучше.

– Но ведь я не желал вам смерти, – из последних сил отбивался Ник. Он был в шаге от того, чтобы принять их слова за правду. – Все чего я хотел – это сделать вашу жизнь лучше.

– Лучше?! – со злобой спросил Маркус. – Так же, как ты сделал лучше жизнь тех детей?

Маркус развел руки и вокруг Бродяги Ника возникли тысячи обгоревших детей. Носа тут же коснулся запах гари и жженого мяса. Все они пристально смотрели на Ника злобным взглядом. Их одежда вплавилась в кожу, тела покрылись черной коркой, из глубоких ран сочилась кровь.

– За что ты так с нами? – Шаг за шагом дети начали обступать его со всех сторон. – Почему ты нас убил? – твердили они, хватаясь обожженными руками за его одежду.

– Нет! Прекратите! Прекратите, прошу! – кричал Ник, не зная, как заглушить их голоса.

Пока Нибор утопал среди кошмаров в своем сознании, армия осквернителей достигла дворца.

– Защитники, займите центральную позицию! – принялся раздавать приказы самурай Джесс. – Лекари, встаньте за их спинами и наложите на всех знак гепарда и стойкость горного великана. Бой будет долгим, так что нужно по максимуму увеличить запас энергии. Нет-Гар, раздай всем зелья второго круга небес. Устойчивость тоже лишней не будет.

– Из-за барьера мы не можем подойти к входу вплотную, – вслух рассуждала Агата. – Они запросто войдут в холл и возьмут нас в кольцо.

– Знаю, – согласился Джесс. – Именно поэтому я вместе с чародеями и следопытами буду атаковать их на входе. Как только они прорвутся внутрь, воины встанут вдоль круга, а мы перейдем в центр. С такой тактикой нам не победить, но какое-то время продержимся.

– Тогда атакуйте осквернителей с самым высоким уровнем, а мелочь предоставьте нам. Восполнять ману куда тяжелее, чем энергию.

К удивлению живых, нападение осквернителей не было беспорядочным. Первыми, сомкнув щиты, по широкой лестнице поднялись и переступили порог дворца королевские рыцари. Мертвецы в тяжелых доспехах, чей запас здоровья варьировался от ста до ста пятидесяти тысяч, хорошо держали удар, но все равно валились с ног под беспрерывными залпами стрел и магических вспышек.

Вооружившись длинным луком, мастер Джесс принялся воздухом стрелять по мертвецам. В тех, в кого попадали невидимые стрелы, тут же вонзались его катаны. Сами покидая ножны, самурайские мечи, как по волшебству, летели и разили врагов. Подобная техника боя позволяла Джессу наносить увеличенный, словно от броска, урон и при этом самому не подставляться под удар. Самурай был достаточно силен, чтобы его катаны били наповал осквернителей сороковых уровней и ниже, а таковых была основная масса.

Сколько бы ни было выпущено стрел, сколько бы чародеи ни использовали боевую магию, мертвецы все равно просачивались в холл. Те, кто шел по центру, падали с пустыми индикаторами здоровья, а остальные, расходясь вдоль стен, пытались окружить живых. Но и тут их ждал радушный прием меча и секиры.

– Прикройте, мне нужно восполнить ману! – крикнул чародей.

– Кто бы нас прикрыл. – Воины отчаянно старались не пустить осквернителей внутрь круга.

Мрачный лекарь лопатой, которая служила ему посохом, очертил в воздухе магический символ и яркой вспышкой ослепил всю нежить. Покрытые зеленой пеленой глаза позволяли осквернителям видеть в темноте, поэтому они были очень чувствительны к яркому свету. На какое-то время это дало преимущество живым. Восполнив энергию и ману, они расправились с окружающей их толпой, но вслед за одними, топчась по бездыханным телам, в холл тут же ворвались другие.

– Задница единорога! – ругнулся Джесс, пуская незримую стрелу в громового ястреба, который, вместе со своим пернатым близнецом принялся осыпать живых вспышками молний. – Только Лена нам не хватало!

Со стороны входа донесся звериный рык. Крупный, похожий на цербера медведь с двумя волчьими головами растолкал осквернителей и с разбегу налетел на стену из защитников. Принялся осыпать их мощными ударами лап. Длинные когти зверя резали щиты, как нож бумагу, а если под них попадалась плоть, то доставали до костей.

Устрашающий рык трехглавого медведя понизил живым атаку, из-за чего ранить его стало в разы тяжелей. Показатели здоровья и защиты у мертвого хищника были так велики, что пока ему доставались все удары, сотни осквернителей прорвались в холл и быстро окружили живых.

Началась резня. Сдерживать натиск мертвецов стало практически невозможно, ведь каждый осквернитель использовал в бою боевые навыки и магию. Джесс опомниться не успел, как десяток его людей и еще больше гвардейцев пали под ударами мечей и копий, а через несколько секунд восстали и приняли сторону врага.

– Кучнее! – прокричал Джесс, обезглавив восставшего товарища. – Сбиваемся в центр, защищаем лекарей.

Тяжелый молот Агаты ударил зверя по волчьей морде с такой силой, что он завалился на спину и своей тушей повалил десяток мертвецов.

– Прости, дружище, – тихо прошептал Джесс и, наложив на зверя «Метку охотника», пустил в него сразу восемь незримых стрел. Пробив шкуру зверя, катаны нанесли ему двести тысяч урона.

Шерсть треглавого зверя встала дыбом. От хвоста к медвежьей морде пошли яркие искры. Зная, чем это чревато, Агата молотом ударила зверя в челюсть. Медвежья голова дернулась в сторону и в тот же миг из ее пасти вырвались переплетающиеся потоки молний. Яркая вспышка испепелила всех, кто оказался на ее пути. Разорвала два десятка осквернителей на части.

Агата собиралась добить зверя, но ей помешал возникший на пути тяжелый башенный щит.

«Мне всегда было интересно, смогу ли я тебя победить, – Агата встретилась взглядом с Элизабет Фейтл, единственный глаз которой был покрыт зеленой пеленой. – Даже несмотря на то, что ты всего лишь программа, я всегда восхищалась тобой. Ты была сильной и целеустремленной. Никогда не поступалась своими принципами».

Агата поспешила сделать шаг назад, ведь в следующий миг перед ее лицом пролетел тяжелый кистень. Агата и Элизабет использовали боевые способности, от чего их движения стали в разы быстрей. Обмен ударами оставил на нагрудных доспехах глубокие вмятины. Обе устояли на ногах, но от силы полученных ударов, проскользили по мраморному полу на несколько метров назад.

«Как всегда бьешь в полную силу», – подумала Агата, с молотом наперевес рванув к противнику.

Анрин изо всех сил старался не дать товарищам погибнуть. Взмахом штыковой лопаты он исцелил мага и восстановил ему здоровье, но тот все равно погиб. Тяжелая кирка из похожего на синий лед материала пробила магу череп. Кровь брызнула на мраморный пол, а орудие убийства бумерангом вернулось в руки владельца. То была малышка Лия. Несмотря на дыру в груди, она стояла на ногах.

Без капли промедления мрачный лекарь, раскрыв ладонь, применил заклинание «Кара». Несмотря на тяжелое латное облачение и сундук за спиной, Лия с легкостью ушла от вспышки света. В том ей помогла способность «Ускользание».

Лия рывком оказалась перед мрачным лекарем и нанесла удар. Анрин был максимально сосредоточен, что позволило ему вовремя повернуться к ней спиной. Кирка ударилась о крышу каменного гроба, благодаря чему не нанесла урона.

«В одиночку мне ее не одолеть, – подумал Анрин. – Но и в таком виде оставлять ее нельзя. Я обязан помочь ей освободиться от этого проклятья».

Мрачный лекарь отмахнулся лопатой, словно топором, и тут же применил заклинание «Кара». Вспышка огня вылетела у него из ладони, но, как и предыдущая атака, не достигла цели.