Охота на мастера. Том 2 (СИ) - Лисина Александра

Я с интересом на него покосился.

Неужели кто-то из знакомых или коллег-студентов видел, как Мара его обхаживала? Если так, то доказать ее вину будет можно. Мои записи, плюс заявление от посторонних лиц…

— Надежные свидетели?

— Да двое парней со второго курса, — поморщился Босхо. — Они в клубе были вместе с нами и видели, как я ссорился с бывшей. И Мару тоже видели. Говорят, что в тот вечер она вела себя странно. А я, когда Дана ушла, и того страннее.

Я подчеркнуто засмотрелся в сторону.

— На твоем месте я поинтересовался бы у лэна Дунтэ, какие ветви в даре развиты у Мары Инто и нет ли среди них ветви разума. А если есть, то спросить у него, могло ли твое состояние быть вызвано не стимуляторами, а, скажем, ментальной установкой?

Айрд явственно помрачнел. Однако удивленным он при этом совсем не выглядел.

— Ты тоже думаешь, что она могла меня подставить?

— Ну кто-то же это сделал. И это точно не я. И не Дана Архо. А вот зачем в это было вмешиваться ее подруге… Вернее, на твоем месте я задался бы простейшим вопросом: кому это оказалось выгодно? И кто мог и, главное, был заинтересован в том, чтобы я умер, а ты… Чем тебе, кстати, грозило исключение из академии?

Айрд подобрался.

— Меня бы отчислили. Хорошо, если бы обошлось без уголовки с обвинениями в непредумышленном убийстве несовершеннолетнего.

— Допустим, обошлось бы. Ну или отец бы отмазал. Что было бы с тобой дальше? — кивнул я.

— Я вернулся бы домой, а там…

Мы на мгновение пересеклись взглядами, и крепыш вдруг осекся.

Правильно, Айрд. После такого оглушительного провала ты, так или иначе исполнив волю отца, просто вынужден был бы вернуться в провинцию Босхо. В столице с таким пятном на репутации тебя бы ни в один приличный вуз уже не приняли. А дома что тебя ждало? Вернее, кто? Кому было нужно, чтобы ты вернулся в семью, чувствуя себя при этом полным неудачником? К кому бы ты пришел за помощью и за советом? Вернее, к кому ты приполз бы на коленях, умоляя не выгонять из рода и не ссылать в какую-нибудь тьмутаракань с глаз долой? А если бы тебе даровали такую милость, то кому был бы настолько благодарен, что стал бы готов на все… реально на все, лишь бы реабилитироваться в глазах человека, от которого в провинции Босхо зависит практически все?

Ваша первая ссора с отцом, если я правильно помню, случилась еще летом. До твоего поступления в академию. Вторая произошла, когда ты узнал, что из-за урезанной программы в твою голову не заложили важнейшие основы понимания сути кханто, незаметно подменив их установками, которые должны были обеспечить твою безусловную верность роду и личную преданность тану.

Что сказал твой отец, когда узнал, что мастер Шинто скорректировал твой психопрофиль и нашел способ ослабить действие этих установок?

Что он сделал, когда ты впервые отказался ему подчиняться?

В тот день ты, Айрд, проявил открытое неповиновение и фактически поставил под сомнение авторитет Эранда Босхо и как отца, и особенно как тана.

Ты в нем усомнился. В его праве решать твою судьбу. Решать за тебя. Отдавать тебе приказы.

А еще ты захотел перестать от него зависеть.

И вот для того, чтобы выбить из твоей головы эту опасную ересь, господин Эранд Босхо, не терпящий возражений ни от своих, ни от чужих, должен был предпринять какие-то меры, чтобы, во-первых, тебя наказать. Причем наказать жестоко, доходчиво, так, чтобы больше ты не смел в нем сомневаться или ставить ему условия. А, во-вторых, ему было нужно вернуть блудного сына обратно в лоно семьи. И вернуть так, чтобы ты почувствовал себя униженным, ничтожным, слабым, одиноким и никому не нужным. Чтобы, вернувшись из столицы побитой собакой, ты упал ему в ноги и в прямом смысле умолял о прощении. После этого управлять тобой стало бы проще простого. Намного легче, чем даже в детстве, потому что на этот раз ты начал бы перед ним пресмыкаться осознанно. А значит, риски того, что ты когда-нибудь снова сорвешься с крючка, скатились бы даже не до нуля, а до отрицательных величин.

Я, правда, не тан Босхо. И мне не дано знать, какие мысли бродят в его дурной голове. Однако анализ, который мы с Эммой провели еще в том году, показывал, что с вероятностью в девяносто девять и девять десятых процента единственным человеком, которому на сто процентов было выгодно именно такое развитие событий… то есть моя смерть и исключение Айрда из столичного вуза с последующим возвращением в провинцию Босхо… был его отец.

Только он получал выгоду и от одного, и от другого.

Только ему была интересна моя смерть.

Только он мог отдать приказ Нойлану Босхо, а через него — Маре Инто.

И только он имел возможность провернуть все таким образом, чтобы убить сразу нескольких жирных дарнамов и ничего при этом не потерять.

Репутационные риски, связанные с Айрдом, были для него незначительными. Особенно тогда, когда еще не было проблем с кузенами и не прогремел скандал с другим высокопоставленным родственником.

Все остальное себя тоже оправдывало, да и моя смерть стала бы логичным завершением наших отношений с Айрдом. Наша давняя вражда, его поведение в школе, плюс стремление меня унизить через других Босхо, а по возможности и покалечить на турнире «Джи-1»… О да, из крепыша получился бы отличный мститель. Все как по классике. Собственно, если бы дуэль закончилась моей смертью, Хатхэ даже отомстить бы за меня не смогли. Вернее, Айрду они мстить точно не стали бы. Много ли чести воевать с озлобленным сопляком, умудрившимся подсесть на стимуляторы? Слабый, зависимый от лекарств, больной… да их бы просто никто не понял. А мою смерть в итоге списали бы на стечение обстоятельств, причем даже в том случае, если бы стимуляторы в процессе не фигурировали.

Убийство несовершеннолетнего, правда, навсегда закрыло бы крепышу дорогу в столицу, но если изначально у тана Босхо имелись на сына другие планы, то на все остальное Эранду Босхо было бы наплевать. Крепыш ведь не наследник. Он — не лицо своего рода. Да и как маг был тану не особенно интересен. Ну а если моя смерть помогла бы держать его в наморднике и на коротком поводке, то тан Эранд тем более оставался в выигрыше, так что с его точки зрения игра наверняка стоила свеч.

— Я… тебя услышал, — внезапно севшим голосом сказал крепыш, когда между нами повисла тяжелая многозначительная пауза. — Спасибо, Гурто. Мне нужно подумать.

— Думай, — кивнул я, открывая дверь машины. — Выбор за тобой.

Он заторможенно кивнул, отступив еще дальше. Но я не стал ждать, когда в его голове оформится все то, о чем мы с Эммой размышляли еще с прошлого года.

Айрд — парень умный.

Он поймет.

И вот когда это случится, у тана Босхо, скорее всего, станет еще на одного сына меньше.

У лэнны Иэ я в этот день особо не задержался. Устал только, пока старался еще больше разрядить в эмоциональном плане свои видения, но даже так дело шло медленно и неохотно. А вот в сон к Арли я все-таки заглянул. Развлек малышку как мог. Снова дал пообщаться с Эммой, благо обе они этим встречам искренне радовались и обеим было чем друг с другом поделиться. Ну а потом отправился в сон к Альнбару Расхэ и почти до утра там проторчал, разбираясь в хитросплетениях родового этикета, в чужих психопрофилях и в целой куче всяких мелочей, которые следовало знать каждому порядочному тану.

Новая учебная неделя в общем-то ничем особенным не запомнилась, кроме, пожалуй, того, что после выхода в полуфинал к нашему столику в столовой снова начали проявлять повышенное внимание. Кто просто лишний раз хотел поздороваться, проходя мимо, кто умышленно тормозил и норовил завязать ничего не значащий разговор. От девушек, само собой, снова отбоя не было, причем некоторые оказались прилипчивыми до такой степени, что даже наш хладнокровный Кэвин начал откровенно морщиться.

Мне, естественно, тоже за компанию прилетело. Особенно от девчонок, потому что предложений познакомиться я всего за несколько дней получил столько, сколько в прошлой жизни даже и не мечтал.