Через десять минут из-за рощицы выскочил мотоцикл, проскочив сто метров вверх, он остановился. Затем выехали оба автомобиля, и осторожно двинулись к вершине холма. В кузове пикапа находились два человека. Один стоял у пулемета, настороженно посматривая в сторону оврага, второй стоял немного позади, держа в руках ручной пулемет. Второй мотоцикл не спеша двигался метрах в тридцати от основной группы. На экраны уже шла картинка с пяти камер, часть из них в очень хорошем разрешении, проблема питания у ближних видеокамер решалась протянутыми под землей проводами. Несколько камкодеров имели даже удаленное управление, могли вращаться и увеличивать изображение зумом объектива.
— Огонь по готовности — Стеценко нагнулся к экранам, и лихорадочно сжал крепкими кулаками подлокотники офисного кресла.
Через пару минут с вершины холма прилетела ракета от РПГ, английский внедорожник ярко вспыхнул огнем и перевернулся. Пулеметчик с пикапа даже не успел открыть огонь, с вершины уже катился БТР, поливая японский внедорожник короткими очередями из своего КПВТ. Второй автомобиль просто рвало на куски, спереди разлетались ошметки двигателя, водитель превратился просто в кусок фарша, а стрелок вылетел с кузова кровавой кляксой вместе с остатками пулемета. Второй же боец среагировал моментально, видимо имел опыт, и успел спрыгнуть из кузова на землю. Но и тут его настигли пули с пулемета, одна нога отлетела в сторону, выпустив фонтан крови. Это уже палили из катящегося вниз пикапа Мицубиси, того самого, взятого еще в Архангельске. На нем стояли АГС из Талажского гарнизона и Печенег. За пулеметом стоял сам Потапов, он что-то яростно кричал и показывал вперед, выскочившим из боевой техники бойцам. Первого мотоциклиста к этому времени разорвало на части пулями тяжелого пулемета БТР-80. Второй же попытался уйти, но был сражен стрелком-снайпером, машина взбрыкнулась, второе колесо задралось вверх, затем мотоцикл рухнул плашмя. Мотоциклист перекувырнулся и упал на землю, затем попытался вскочить на ноги, но, схватившись за одну из них, упал. Хорошего качества картинка показала наличие у падшего седока Эндуро переделанного АК74 с оптическим прицелом. Вскоре его уже крутили ребята Потапова. Сидящие в Рубке люди как будто наблюдали некий фильм-боевик, идущий одновременно как реалити-шоу.
— Отлично сработали парни — восхищенно пробормотал Ибрагимов.
— Ага, только, похоже «языков» у нас будет мало — осадил его радостный крик Складников, невесть откуда тут появившийся.
— Главное, никто не ушел — Стеценко повернулся к техникам — Иван, они что-нибудь успели сообщить?
— Только начали, очень короткий сигнал был, оборвался на полуслове, товарищ полковник.
— Но все равно тревогу подняли. Василий Иванович, распорядитесь, чтобы разбитую технику прибрали, и по трупам также.
— Есть — Шамарин двинулся к выходу, Складников за ним следом. Для эвакуации техники у ополченцев имелся небольшой колесный трактор-буксир, более тяжелую технику группа Ипатьева подгонит позже. А Складников возглавлял следственную комиссию анклава, поэтому должен был заснять на камеру убитых, по возможности их идентифицировать, и позже занести все данные в протокол. Трупы вывозились в маленький временный ледник, работающий вместо морга. Они там будут лежать до суда, руководители сообщества анклавов решили действовать по законам, действующим в их общинах.
— Ну что там, Пономарев? — полковник по телефону уже требовал доклада. На экранах же наблюдалась рабочая суета. Несколько парней в костюмах ОЗК собирали тела убитых, некоторые трупы приходилось укладывать в мешки по частям. Рядом возился Складников с помощником шерифа. Бойцы Пономарева собирали оружие и боеприпасы. Рабочие прицепляли тросом разбитый пикап к трактору-буксиру. Дежурный не отрывал взгляда от камеры, показывавшей поляну за рощицей. Пока там никакого движения не отмечалась, но у самого осинника на стреме стояли ополченческие БТР и Тигр. Они прикрывали людей на подъеме в холм. В динамиках послышался глухой голос командира моторизованной группы.
— Полковник, докладываю по технике: обе машины рейдеров разбиты, один мотоцикл цел. Обнаружено восемь трупов, один умер уже у нас на руках, ногу ему оторвало. Имеем двух пленных, один тяжело ранен, сейчас отправляем в клинику, второго уже ведут к вам. В трофеях один ПК, пара ручников, АК-105, патроны и рации. Как понял?
— Понял вас отлично. Заканчивайте побыстрее — Стеценко отключился — Пока счет в нашу пользу.
Михаил оглянулся, в Рубку уже заходил командир разведчиков, весь взмыленный и довольный.
— Что лыбишься? — одернул его Атаман — Следующим будет твой участок, и пойдут скорей всего ночью. Лихо они начали: по всем углам и проходам работают. Значит не дураки нынче у них в командирах, так что излишне не расслабляйтесь.
— Умеешь ты, командир, обламывать — все равно улыбнулся Потапов — сейчас дождусь Леху Скворцова, хочу попросить одну птичку на левом фланге полетать, чтобы душа была спокойной.
— Вот это правильно. Полковник — Михаил уже обернулся к Стеценко — когда у нас брифинг по итогам дня?
— Так — белорусский военный посмотрел на часы — Хант обещал к девяти закончить, пока то, да се. Давайте в десять.
— Договорились, я пока пройдусь по отрядам. И на Фишку смотаюсь, узнаю все подробно сам.
— Хорошо.
На Фишке Михаил в первую очередь нашел Кузнецова. Анатолий Рыбаков находился у моста, возглавив там передовую оборону. А командир направления с десятскими своей группы сидел у импровизированного стола, находящегося под маскировочным навесом, и о чем-то оживленно спорил.
— С боевым крещением, Илья — поприветствовал Кузнецова Атаман и присел рядом.
— Петрович! — Широносов сразу сунул свою широкую как лопату руку — Присаживайся, мы тут как раз ужинать сели.
И показал на большую кастрюлю с мясным гуляшом. Стол ополченцы составили из деревянных армейских ящиков, накрыли их скатертью, все по-простому, по-походному.
— Это кто же так вас угощает шикарно? — Михаил взял одноразовую миску и зачерпнул густое варево. Тут же находились миски со свежими овощами и зеленью, а посередине стола стояла запотевшая бутылка с беленькой.
— Будешь? — Матвей перехватил взгляд товарища — А мясо шкловчане прислали, целую тушу лосиную, где добыли, не знаю.
— Спасибо, не сегодня — Михаил отодвинул предложенный стакан — заливайте адреналин, я не против.
Компания выпила не чокаясь, затем закусили, тщательно пережевывая жесткое мясо и закидывая в рот перья зеленого лука. Атаман покосился на командира группы, тот правильно понял взгляд и начал доклад.
— В 16.40 Рыбаков сообщил, что наблюдает технику рейдеров. Как мы потом поняли, там подъехали БРМД, Тигр и Водник, с ними пара вездеходов. Остановились за сто метров до моста, выслали вперед один из джипов, осмотрелись и отошли. Затем полчаса тишины, наши также сидели тихо. Матвей и Петр со своими бойцами наготове у Фишки стоял. Рейдеры за это время втихую сняли наши сигналки на том берегу и прошли в воду. Ну а там уж попали в ловушки, которые еще Хант поставил. Затем их бойцы открыли огонь по берегу, они засекли наши два поста, видимо в тепловизоры. Ну и наши, конечно же, ответили. Тут их техника подошла, и наша маневренная подтянулась. Наши открыли огонь из гранатометов, те отошли, с речки только своих подобрали и смылись. Бойцы с той стороны опытные, действовали слаженно и четко.
— Кто погиб?
— Сережа Филонов — ответил Петр Канышев, командир группы ПТР, он руководил пикапом с ПТУРСом, в армии сержантом служил в мотострелковой бригаде и эту технику знал — Он сам был с Гатчины, работал у Сереги Туполева на пилораме. Пулей от Утеса руку оторвало, умер сразу. Еще двоих на излете в ноги ранило, уже медики увезли. Пару ребят осколками от ВОГов посекло, но в строю остались. Короче, группе Рыбакова крепко досталось.
— Приняли, значит, бой — Михаил почесал подбородок, неделю назад он сбрил бородку, отпустив усы, и чувствовать под рукой кожу было еще непривычно — а резкие они ребята, сразу с ходу вперед ломанулись.
