Возникает вопрос. Зачем Деян слил информацию Когану? Этот ход ставит крест на диверсиях в Азии со стороны «попутчика» из Токио.
[Как всё запутано,] — качаю головой.
Перебежчики во время Бури Перемен — это норма. Так было, есть и будет. Разумные всегда ищут способ выжить. Осквернённые, как феномен, так и появились.
[Пора заняться своими делами.]
Смотрю на кибер-пса.
— Пиксель, представь, что у тебя экран на боку пропал… Ага… Теперь вообрази, что он снова появился.
Пёс послушно выполнил мою команду. Созданный из наноматериала экран сначала исчез, а потом появился. Всё это время хвост-антенна в виде зонта никуда не пропадала.
[Хммм… Выходит, встроенный в Пикселя телефон перешёл в спящий режим, но всё ещё подключён к сети? Круто! Теперь я смогу в любом уголке планеты выйти на связь со своими.]
— Можешь камеру включить?
— Гав!
Зонт-антенна свернулся, и хвост Пикселя превратился в фотокамеру с длинным объективом на конце. На боку собаки снова появился экран, на котором отображалась картинка с камеры.
Вжж-вжж…
Объектив выдвинулся вперёд, увеличивая кратность зума. Камера Пикселя достала аж до линии горизонта.
— Хороший мальчик, — улыбаясь глажу пса. — Сколько в тебе, оказывается, полезных функций! Потом потренируешься приносить тапочки.
— Гав!
Смотрю на других своих питомцев. У всех на лицах застыло изумление. Ещё бы! У нас кибер-собака в стае появилась.
— Вы все молодцы! Однако урок с заимствованием черт я провёл не просто так, — смотрю на Матроскина. — Ты говорил, что обнаружил три радиосигнала. Один из них указывал на ловушку в районе Архипелага Чагос. У нас же отпуск! Давай узнаем, что скрывают два других сигнала?
Кот похлопал глазами, пытаясь сообразить, зачем я ему это говорю. Мы сейчас в глухом уголке Индийского Океана. Его военная радиостанция осталась в Петрограде.
Каа закатил глаза.
— Кот, включи мозг! У нас же есть новый член стаи.
— Точно, — Матроскин перевёл взгляд на Пикселя. — Младший, можешь поймать сигнал в р-р-радиоэфире? Я подскажу нужную частоту.
— Гаф-гаф! Могу.
Хвост пса снова превратился в зонтик антенны и направился в небо. Матроскин продиктовал набор цифр… Само собой, Пиксель ничего не понял, удивлённо хлопая глазами. Зато сидящий в его тебе симбионт мгновенно настроился на нужную частоту.
На спине Пикселя появилась пара небольших динамиков, издающих странный треск. Меньше всего он проходил на сигнал или передачу данных. Однако Матроскин сразу навострил уши!
— Да, это он!
Завиляв хвостом, кот повернулся ко мне.
— Великий! Я стал сильнее, пока вы были под землёй. У меня тоже С-ранг [3]. Теперь я могу слышать дублирующий сигнал, распространяемый через астрал…
Взгляд Матроскина затуманился. Прислушиваясь к треску помех, идущих от Пикселя, кот как будто стал смотреть не на меня, а сквозь меня.
— … Ага, вот так. Слышу второй сигнал в астрале. Если сложить их вместе? Нет, не так. Надо наложить один сигнал поверх другого… Пошла интерференция… Да, мряу! Теперь всё работает как надо… Не понимаю. Тар-р-рабарщина какая-то.
Вслед за котом взгляд Пикселя тоже стал туманным.
— Assuming directеd control [Прямой контроль,] — голос пса стал механическим. — … Заимствую черты терминала Матроскин… Заимствую единое сенсорное поле… Замечен сигнал неизвестной природы… Задействую семантику и языковые модели из просканированного устройства… Приступаю к расшифровке… Идёт кросс-обмен данных с терминалом Матроскин через платформу Клеймо Зверя…
В лагере повисла тишина. Пиксель и Матроскин замерли, одновременно проводя расшифровку сигнала.
…
Солнце вошло в зенит, когда кот открыл глаза. Стоявший рядом с ним Пиксель тряхнул головой и рухнул на землю, мгновенно проваливаясь в глубокий сон. Симбионт выжал из носителя все соки.
Матроскин с уважением смотрел на пса.
— Мяу… Ты неплохо держался, Младший! Глядишь, через годик сможешь самостоятельно сканировать эфир-р-р. Покажи Великому то, что нам удалось найти.
Пиксель дрых без задних ног, но симбионт прекрасно понял Матроскина.
[Кот умён! Уже понял, что в теле Пикселя две личности, но говорить из них может только одна. Вторая только слушает.]
На боку пса снова появился экран с картой мира. На ней появились точки координат, указывающие на Гималаи. Точнее, на одну из горных вершин, находящуюся на высоте шести тысяч метров.
Перевожу взгляд на кота. Он вслед за псом тоже лёг на землю и собрался спать.
— Снова координаты?
— Нет, Великий, — глаза Матроскина стали закрываться. — Мы… Провели триангуляцию сигнала… Используя мои данные сканирования из Петрограда… Потом… Наложили их на данные от сканирования, полученные прямо тут… На острове… Младший Пиксель смог вычислить точные координаты источника астрального сигнала… Неверр-р-оятно сложная работа! Так мы нашли точку в горах Гималаев.
Смотрю на дрыхнущего пса и почти заснувшего кота.
— Матроскин, что за сигнал?
— Послание, — кот прикрыл глаза и промурлыкал. — «Молви, друг, и входи».
На этих словах Матроскин тоже провалился в сон. Мы с Каа и Петром переглянулись. У всех членов стаи глаза горели от предвкушения!
Нас приглашают в Гималаи.
* * *
Не теряя времени, мы снова пустили в ход наше летающее крыло от самолёта. Пётр занял место кота, питая маной единственный двигатель.
Лучащийся от азарта Каа встал у руля высоты на носу судна. Применив «Управление весом» на крыло, змей снизил его вес и заодно наложил «Скольжение». Эта базовая техника увеличила нашу скорость почти в три раза. Воздух вокруг свистел, когда мы пролетали сквозь облака.
Я сидел по центру крыла, удерживая двух дрыхнущих питомцев и сферу с трофейным наноматериалом.
Когда мы летели над океаном, я полюбопытствовал у Каа.
[Откуда такое хорошее настроение?]
[Загадки, Великий!] — хвост змея завилял. — [Они моя пища для ума… Знания за гранью, тайны Вселенной, откровения. У меня всё зудит внутри, когда я сталкиваюсь с чем-то, что выходит за рамки понимания. А этот сигнал… Вы же сами видели? Тот, кто его транслирует в эфир… Он существо за гранью.]
[В смысле?]
Сверкая глазищами, змей повернулся ко мне.
[Матроскин упоминал данные о сканировании из Петрограда. Так вот! Я помню, как кот кругами ходил вокруг стола с радиостанцией и матерился. Говорил, что радиосигнал, к которому мы сейчас летим, невозможно отследить. Он появляется в радиоэфире из ниоткуда. Второй сигнал в астрале Матроскин не мог сам уловить… И тем более расшифровать.]
Теперь и мне стало понятно воодушевление Каа. Без Пикселя и триангуляции астрального сигнала нельзя найти координаты в Гималаях. А без расшифровки сразу двух сигналов, наложенных друг на друга, нельзя узнать текст послания.
Загадка под стать Каа, который, оказывается, любит тайны.
* * *
Матроскин с Пикселем проснулись только через шесть часов. Мы находились над побережьем Индии, продвигаясь вглубь материка. Пришлось лететь на низкой высоте, чтобы не попасть на местные радары.
Несмотря на отдых, оба питомца выглядели истощёнными.
— Всё в порядке? — решил я уточнить.
Кот дёрнул ухом.
— Да-а, Великий. Пока расшифровывал сигнал, у меня возникло странное ощущение… Даже не знаю… Будто это я сам его послал. Но это невозможно, мяу! Надо быть котом B-ранга, чтобы такой сигнал в астрал отправить. Сам метод шифрования показался мне смутно знакомым. Пытаюсь вспомнить, где я его уже видел⁈
На слова Матроскина пёс никак не отреагировал. Тело Пикселя не так давно прошло через физическую и духовную трансформу. Разум продолжал меняться, подстраиваясь под особые возможности техномантов. До завершения адаптации питомец будет вялым и спать больше нормы.
Добравшись до Гималаев, мы сразу сбавили скорость. Горные пики, резкие порывы ветра и воздушные ямы заставили крыло дёргаться туда-сюда.
