– Или что? – язвительно хмыкнул тот. – Вызовешь на бой или же пожалуешься своему новому демоническому дружку? Натравишь его на меня и повелишь убить так же, как когда-то демоны убили мою мать? – Он вскочил на ноги так резко, что стул чуть не упал.
Владычица Неба и бессмертный Шу вздрогнули и удивленно воззрились на владыку Солнца – его выпад был резким и абсолютно бестактным.
Люциан молча наблюдал за ними и даже не шелохнулся. Мышцы на лице занемели, словно у статуи. Он смотрел на Вергилиана долго и пристально, его взгляд полнился силой осуждения, под давлением которой владыка Солнца развернулся и, не говоря ни слова, покинул зал совета, как поруганный ученик.
Входная дверь с треском захлопнулась.
– Он ведет себя как ребенок, – устало сказала Лаванда, выходя из-за стола. – Я поговорю с ним.
Люциан не стал ее отговаривать, вместо этого взмахнул рукой, давая свое разрешение. После ее ухода он откинулся на спинку стула и удрученно вздохнул.
– Владыке Луны не стоит переживать, – подал голос бессмертный Шу. – Ненависть владыки Солнца объяснима, и с этим ничего не поделать. Просто не говорите ему месторасположение Асдэма, и тогда он не сможет поступить опрометчиво.
Люциан посмотрел на него.
– Не говорить? В таком случае вы все останетесь в неведении. Бессмертного Шу и клан Реликтов разве не интересует Несуществующий город и его богатства?
– Меня мало что интересует, но за весь клан Реликтов говорить не буду. К счастью для вас, на совет прибыл я, и решения принимать мне, а не правителю Реликтов, чье мнение могло бы отличаться. Я не сомневаюсь в ваших суждениях о владыке тьмы и Асдэме, верю, что он не опасен, однако его желание поквитаться с владыкой демонов вызывает вопросы. Обычно эти существа не воюют между собой – им нет до этого ни дела, ни выгоды. Вам известно, почему они недолюбливают друг друга?
– Владыка демонов предал владыку тьмы. При его жизни он притворился другом и стал причиной уничтожения его семьи и близких.
Бессмертный Шу вскинул брови.
– Но почему он пошел на это? Владыка демонов за что-то мстил, раз убил родных?
– Нет. Я думаю, он желал зла всем адептам клана Ночи, а владыку тьмы просто использовал, чтобы подобраться к ним ближе.
Бессмертный Шу нахмурился, словно слова Люциана навели его на определенные мысли, но высказать их не успел.
Вергилиан ворвался в залу.
– Ты должен назвать их имена!
Следом за ним вошла Лаванда и тяжело вздохнула. Видимо, полностью успокоить владыку Солнца у нее не вышло.
– Раз не желаешь говорить, где живет твой дружок, назови мне истинные имена этих ублюдков, я сам их найду! – Вергилиан положил ладони на стол, встав напротив Люциана. – Мне сказали, ты знаешь, как зовут этих двоих, так что не думай лукавить!
Люциан поджал губы, подумав: «И кто успел ему все это разболтать? Неужели за то время, что бесился, он поколотил одного из моих советников и заполучил информацию?»
– Хорошо, я назову имена, – сказал он, отогнав тревожные мысли. Вергилиан являлся живым воплощением фразы «как кость в горле», даже Кай был меньшей проблемой, поэтому отмахнуться от владыки Солнца было почти невозможно. – Но скажу сразу: вы не сможете призвать ни одного, ни второго. Владыка тьмы под защитой Асдэма, – и он почти не соврал, – а владыка демонов… Возможно, это даже не его истинное имя.
– Без разницы, – фыркнул Вергилиан и отодвинул стул, чтобы сесть. – Называй имена, хватит ходить вокруг да около.
– Владыка тьмы носит два имени: Кай или ậлǣкиай. А владыку демонов зовут Сяогоу.
Бессмертный Шу навострил уши.
– Сяо гоу?
– Да.
– Вы что-то знаете? – спросил Вергилиан, вперив хищный взгляд в заместителя владыки клана Реликтов.
– М-м… нет, – отмахнулся бессмертный Шу. – Я спросил лишь потому, что имя созвучно со словом «сяо гоу», что на старом языке Безымянных земель значит «щенок». Это показалось мне несколько странным.
Люциан на мгновение погрузился в воспоминания, в тот момент, когда Кай назвал ему имя владыки демонов. «Он ведь сказал Сяогоу? Не Сяо Гоу же? На слух правильность произношения сложно разобрать. Нет, думаю, все же Сяогоу, он ведь уроженец клана Ночи и жил в Темных глубинах, ему не могли дать имя на языке безымянных земель».
Вергилиан нахмурился, внимательно глядя на безучастное выражение лица бессмертного Шу, но ничего не сказал – видимо, не хватило наглости цепляться к пятисотлетнему заклинателю.
– Предлагаю закрыть тему Асдэма, – спокойно произнесла Лаванда, присаживаясь за стол. – Лучше обсудим, что делать дальше. – Она посмотрела на Люциана. – Ты упоминал, что у владыки тьмы есть теория касательно плана владыки демонов. Предлагаю выслушать ее.
Вергилиан недовольно фыркнул. Он не считал разумным слушать теории о планах одного демона из уст другого, но в конце концов, повинуясь мнению большинства, сел на стул и выжидающе уставился на Люциана.
Следующие полчаса владыка Луны рассказывал обо всех предположениях, которые они с Каем обсуждали, когда пытались понять Ксандра и его мотивы. Многое казалось неправдивым и, естественно, вызвало очередную волну вопросов.
– Какие еще собиратели душ? – скептично переспросил Вергилиан. – Что за выдумки?
Люциан только открыл рот, чтобы ответить, но бессмертный Шу перебил его:
– Это не выдумки. Я слышал про этот вид демонов. Они достаточно редки и почти не заинтересованы в людских душах, поэтому заклинатели с ним не сталкиваются, а если и сталкиваются, то принимают за других демонов.
Вергилиан к его ответу отнесся так же скептично, как и к словам Люциана, но спорить не стал.
– Собиратели душ отличаются тем, что подчиняются другим демонам, чтобы питаться их энергией, – продолжил бессмертный Шу. – Неудивительно, что они повинуются владыке демонов, не зная толком деталей его плана.
– Судя по рассказам Люциана, все демоны подчиняются владыке демонов, не зная толком деталей его плана, им известна лишь его общая мотивация – возвеличивание расы демонов над остальными, – сказала Лаванда себе под нос.
Вергилиан посмотрел на Люциана.
– Хочешь сказать, что во время нападений нужно обращать внимание не только на тех демонов, которые мечутся перед глазами, но и искать одержимого среди смертных?
– Да. – Люциан кивнул. – Насколько я понял, собиратели душ могут долго скрываться в рядах пострадавших селян и покидают чужое тело только после того, как заклинатели сделают всю работу и уйдут. – Он поставил локти на подлокотники стула с высокой резной спинкой и скрестил пальцы перед собой. – Раньше мы не пытались осматривать смертных на признак одержимости, но теперь стоит делать это после каждого нападения.
– Если найдем лазутчика, что дальше? Можем ли мы спасти собранные собирателем души?
– Этого я не знаю. Как сказал владыка тьмы, в зависимости от действий демона на сосуде души появляется соответствующая печать, по которой можно определить суть свершенного злодеяния и, соответственно, понять, как вернуть человека к жизни.
– Владыка тьмы показал тебе, как выглядят печати собирателей душ? – поинтересовалась Лаванда, и Люциан покачал головой.
– Если собирателя все-таки удастся поймать, значит, остается его только убить? – спросил Вергилиан. – Мы не умеем говорить на дамонианском, выяснить у него что-то все равно не получится, даже если возьмем в плен.
– Я немного понимаю дамонианский, – скромно сказал бессмертный Шу. – Поэтому, если демон будет у нас, могу попробовать установить контакт, но положительный результат не гарантирую. Если верить словам владыки Луны, собиратели могут и вовсе ничего не знать.
– Они могут ничего не знать, если владыка тьмы не соврал, – подметил Вергилиан. – Наш владыка Луны ведь не понимал слов двух демонов, когда те разговаривали в пыточной, возможно, там было нечто, что могло бы пригодиться, но правитель Асдэма решил утаить правду и просто сказал, что собиратели не ведают о чужом плане. Лучше бессмертному Шу выяснить подробности на своей стороне, если удастся поймать и поговорить с демонами.
