Можно ли сказать, что это прогресс? Да чёрт его знает.
Город не растёт территориально, даже учитывая постепенное увеличение численности. Брошенного жилья навалом, стимула строить новое тупо нет.
В Донецке давно сформировался маргинальный слой, паскудный представитель которого и притырил мою зажигалочку. Ничего, я тебя ещё встречу, паразит социальный… Есть нищие, хитрожопые попрошайки, но больше всего идейно-безработных, так они себя называют. Здесь имеется в виду отсутствие работы постоянной, так как ни мэр, ни шериф полностью бездельничать не дадут, припахивают ежедневно. Как выяснилось, на менталитет этой части стопудовых облов степень комфортности проживания практически не влияет. Влияет что-то другое, однако это «что-то» никто не собирается вычислять, всем до лампы. Герцог утверждает, что всё дело в неразумной доброте Кураторов. Главред указывает на недостаточную жёсткость городских властей.
Занавески на окнах и бельевые шнуры с сохнущим бельём увидишь не часто — мало семей. Стариков просто нет, а немногочисленных детей никто просто так на улицы не отпускает, максимум — прогулка в закрытом дворике. Со временем новые семейные пары забирают обратно на Землю, однако критериев отбора никто не знает, ведь многие остаются здесь! В чём причина? Слушай, Стёпка, а почему такая важная тема мимо тебя прошла? Надо будет забацать горячий материальчик. Если семейные захотят расколоться…
Света в окнах и на улицах ночью практически не увидишь, если рядом нет какого-нибудь заведения, а их очень мало. Так что личный носимый фонарь обязателен.
А днём ничего. Симпатично, местами даже красиво.
Всё-таки это город, а не бункер в чистом поле. Бр-р, не хотел бы я…
Первый визит я решил нанести Аризоне, рассчитывая в «Вундервафле» разжиться патронами к трофейной «Гадюке», то есть к пистолету-пулемету Heckler & Koch МР-5. По приемлемым расценкам, а не так, как заведено у Абрамовича. С остальными патронами проблем вроде нет, нормально отхватил. Да и бинокль достался неплохой.
…Свернув на улицу Закопырина, я вскоре нагнал Костю Рашпиля.
Интересная личность, мы рядом живём, в соседних бунгало. Поначалу я очень удивился, что у него хватало денег на не только оплату достаточно дорого жилья, но и на неспешный ремонт собственной квартиры. Дело в том, что он слесарь. Бывший пэтэушник. Классный, во всяком случае, по местным меркам, специалист. И капусты Рашпиль срубает во многие разы больше, чем любой огрызок из числа бывших айтишников.
Как-то вечером, по время ужина в общем зале ДФД он доверительно рассказал мне очень поучительную историю, всё хочу очерк написать, да времени нет.
— Батя у меня был умный, повезло, — начал он, отодвигая пустую тарелку и подливая обоим свежего пива. — Знаешь, что он мне сказал в нужное время?
Я отрицательно покачал головой.
— Типа не пей много, Костя?
— Не… Я бы в опойки никогда не попал, характер не тот… Он так молвил: «Сын! Я старше всех сотовых телефонов. При мне появились и умерли магнитофонные кассеты и компакт-диски. Помню, как появились первые персональные компьютеры. А теперь вижу, как через несколько лет и они начнут умирать». Тогда не понял, к чему пахан это впарил, давай переспрашивать, что за дела? Все вроде нормально с компами, оки-доки… А он спрашивает: «Прикинь, мол, пацан, сколько твоих сверстников в своё время отказались от нормального образования и обучения ремёслам в пользу домашней сборки компов открытой архитектуры и тяги самодельных сеток? До фига? И всем казалось, что умения менять готовые платы и втыкать новые кулера с блоками питания хватит на всю оставшуюся жизнь, типа везде себе работу найду, хоть за границей! Так?» Ну, я закивал, как суслик, всё правильно, многих таких знаю, да и сам могу что-то наваять, комп себе собрать, проц разогнать, никаких проблем… Чем плоха специализация? Лошни вокруг хватает, можно фирмочку открыть, типа компьютерной помощи, бабло стричь. На хрен тут образование, если и так всё будет кока-кола, окэ?
— Ну да, нормальная тема! Бизнес, — поддакнул я.
— А папик смеётся: «Ты чё, Костя, тупой? Не понимаешь, что происходит? Тебе смартфоны и планшеты ни о чём, кроме игрушек, не говорят? Амбец настаёт открытой архитектуре! Планшеты уже не только стационарные машины вытесняют, но и ноутбуки. Нетбуки ваще умерли! На хрен вы такие нужны вскоре будете, тыкатели кулеров и протягиватели сеток? Так что не специальность это, сынка, не специальность… Вот так всё быстро произошло!»
— Это ваще дебильный пипец! — ошарашенно молвил я, уже приподнятый пивком. — А ведь точно! Могли бы и сообразить!
— Так вот могли! И что, многие сообразили?
— Действительно, повезло тебе с батей.
— Что ты, сам до сих пор в охрене… Ну и дальше вещает: «Иди, сынка, получи спецуху вечную. Помяни моё слово, мнение человека, многое пережившего: скоро простой слесарь будет весить больше роты таких железистов-сетевиков! Не нужны они смартфону или планшету. Научись что-то делать руками! Сам. А потом ступай в техникум или институт, да на вечерний или заочный. Чтобы в материале был, когда людям приказываешь, а нужно, так и сам мог показать, как надо».
— И что ты?
— Да поначалу мне всё это пенисно было, не прорубило. Пахан всё давил! Я почесался, почесался… И пошёл в ПТУ переростком, преподов веселить — все вокруг младше меня! Сначала выучился на слесаря по металлу, экстерном, потом сразу на плотника, сварщика, токаря. Зацепило, прикинь! Оказалось, что это никак не мешает компьютеру, ага. Решил в техникум, уже поступил, но вскоре бросил, бабки пошёл заколачивать… Спохватился, восстановился. Потом техникум закрыли, как неэффективный, открыли на его месте финансовый колледж. Вот тут меня кураторы и загребли.
— А это уже удивительно! — заметил я.
— Ничего удивительного, ведь понимаю. Лет до чёрта, скоро тридцать, а ни семьи своей, ни детей, папик с мамой постоянно переживали…
Вот такой человек.
В городе его знают хорошо, ценят, чуть что, зовут Рашпиля. Немудрено, что у парня денег в достатке. А вот постоянной матильды по-прежнему нет, опять что-то не клеится.
Костяна и со спины не спутаешь. Невысокий паренёк, внешне обманчиво толстый, а на самом деле крепко подкачанный, в рыло может въехать конкретно. Но всё равно весь колобковатый. Да и одежда характерная: фирменный синий комбез, много матерчатых ремней, на которых постоянно висят стильные чехлы с инструментом. Как он всё таскает?
Догнав, кликнул:
— Алоха, Пончик! — так его звали, кто поближе.
Он тут же обернулся.
— А… Ты, Гунн Гусиное Перо? Салам! Куда ломишь? — спросил он, чуть не отсушив мне руку крепким рабочим рукопожатием.
— В «Вундервафлю», патронов надо прикупить.
— О! Шикардос! Тоже туда рулю!
— Во новости! А тебе-то что там надо? — спросил я.
Никогда Рашпиль не проявлял тяги к огнестрельному оружию. Вот к хорошему инструменту — другое дело, только предложи.
— Пестоль хочу взять, понимаешь, Стёпа, хороший какой-нибудь, — почему-то шёпотом сказал Костя. — Можно и револьвер. Но только, чтобы лёгкий был, компактный, и без того на поясе три килограмма висит.
— Прорезало? Ну, ё… У меня сегодня день удивлений!
— Да что-то… Деньги на кармане есть, все постоянно спрашивают, почему без ствола по улицам хожу… Лапшу на уши вешают, как вокруг опасно… Или не лапшу. Карочь, решил, и всё.
— Какой хоть конкретно?
— Без понятия, мне на Зону не ездить, — улыбнулся он. — Что-то городское, наверное. Типа на всякий пожарный.
— Так, может, сначала определиться надо? Изучить, — предложил я, начисто забыв, как в первый раз попал в лапы к Аризоне.
— Да воздух всё… Аризона спец, вот пусть и советует, его работа. Сам терпеть не могу, когда дилетант начинает всякую пургу гнать.
— И это правильно.
Идти рядом с Пончиком хлопотно: люди постоянно с ним здороваются, приглашают, пытаются решить какие-то проблемы. Рашпиль не останавливается, машет рукой, но ответно приветствует всех. Я из вежливости тоже киваю.
