"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей

Мы же с Петькой двинули в сторону магазина модной одежды, который нам указал пан Гашек. Так как время поджимало, то я не стал ждать прихода хозяев. Ведьмакам порой приходится выпутываться из разных ситуаций, а также выходить из разных комнат, в том числе и запертых. Поэтому в ведьмачьей школе обучали ещё и мастерству вскрытия замков.

Не скажу, что я очень горжусь этим умением, но порой оно очень и очень пригождается. Так оно пригодилось, когда сумасшедший колдун заперся в своей башне и собрался провести кровавый ритуал принесения в жертву пятерых похищенных детишек. У меня получилось бесшумно зайти с черного хода и также бесшумно вскрыть все замки на пути, в том числе и заряженные живицей. Колдун был немало ошарашен, когда я беззвучно возник за его спиной. Сдаваться он не собирался, поэтому пришлось сбросить его с верхушки башни, чтобы не навредил ни мне, ни находящимся в комнате детям.

Как вы понимаете — летать колдун не умел. И не умел кости сделать стальными… Потому и остался лежать дохлой лягушкой на булыжной мостовой, похожей на польскую поверхность дороги возле городской площади. Зато как были родители, чьи дети вернулись в лоно семьи…

И вот сейчас ещё одного ребёнка нужно вернуть отцу. Пусть и выросшего, но всё равно — для родителей мы всегда дети. Пусть мой папашка это и отрицает, гребаный гондон.

Впрочем, я отвлекся. Так вот, когда я вытащил манекен из магазина одежды, то Петька озадаченно посмотрел на меня:

— Дядя Эдгарт, а разве воровать — хорошо?

— Воровать, Петька, всегда плохо. Однако, если это воровство может спасти жизнь человеку, то можно такое сделать.

— То есть, меньшее зло перекрывается большим? — Петька склонил голову на плечо.

Я усмехнулся. Вот всегда эти рассуждения о малом зле и большом зле меня забавляли. Их определение зависит только от точки зрения смотрящего. И если на одно смотрит ангел, а на то же самое поглядывает черт, то и думать они будут по-разному. И дадут разную оценку.

— Петь, я сделал плохое дело, но его ещё можно искупить, а вот хозяин этого магазина потворствовал тому, что сейчас на площади томится девушка в ожидании смерти. Когда её схрямкает дракон, то вряд ли получится изыскать искупление. То есть хозяин магазина тоже виноват в смерти девушки. Он не возмущается, не идет против, а покорно принимает судьбу, ведь это не его дочь. А мы её спасаем и спасаем путем небольшого преступления. Так что…

— Дядя Эдгарт, а не получится так, что мы сейчас спасаем девушку, которая тоже была причастна к смерти предыдущих женщин? Ведь она и её отец тоже не возмущались, когда дракон жрал прежних жертв. Может, это всего лишь расплата за то, что позволил всего один раз свершиться злу?

Я усмехнулся. Мальчишка говорит правильные вещи. Однако…

— Петь, а ты не подумал о нас? Если мы сейчас молча уйдем и оставим девчонку на съедение дракону, то чем мы лучше остальных в этом городе? И мы будем причастны к тому, что ящер станет пожирать невинных и дальше! Но мы можем попытаться исправить эту несправедливость! А ради такой попытки можно закрыть глаза и на мелкое преступление.

— Мы и так будем делать преступление — отнимать жизнь у живого существа, — вздохнул Петька.

— Отнимать жизнь у того, кто отнимает сам? И если учесть, что дракон положил уже немало? Вряд ли это будет считаться преступлением. Скорее, это героизм!

— Значит, героизм — это помощь одним в истреблении других?

— Скорее, героизм — это жертвование собой ради других. Ведь мы можем уйти и тогда будем не героями, а соучастниками убийства. Но мы остались… Так кто мы?

— Мы герои, — улыбнулся Петька.

Я кивнул и двинулся в сторону площади. Петька двинулся следом.

— Слушай, я только заметил, что ты перестал заикаться, — покачал я головой. — Неужели трава-разговорник так повлияла?

— Я это… — смутился Петька. — Когда меня мавка схватила, то испугался, а потом… Потом заикание пропало.

— А скажи — заикаться начал, когда чего-то испугался?

Петька на мгновение споткнулся, а потом вздохнул:

— Это Бабайка был. После него я заикаться начал…

— Понятно, — поджал я губы. — Разберемся мы с твоим Бабайкой, дай только срок.

Мы вышли к площади, где и обнаружили дворника с Чоплей. Дворник показал на свою дочку, что была прикована к большому камню на главной площади, неподалёку от белоснежной церкви. Весьма симпатичная девушка в цветастом платьице сидела с поджатыми губами. Судя по лицу, она устала плакать и теперь приняла свою судьбу, ожидая прилета чешуйчатого чудовища.

Она была красива, молода и уже только поэтому следовало её освободить, а потом победить дракона. Делов-то…

— Агнешка, не волнуйся, мы пришли тебя освободить, — сказал дворник.

— Но, папа, а как же…

— Всё будет хорошо, — поджал губы дворник. — По крайней мере, хуже точно не будет.

То, что девушка была прикована цепями к камню, не было для меня большой проблемой. Я уже говорил, что умею открывать замки, так что и сейчас это умение пригодилось. Меньше, чем через полминуты оковы спали с нежных запястий.

— Спасибо вам, пан, — произнесла девушка. — Простите, не знаю вашего имени.

— Анджей Туда, рад знакомству, — кивнул я и посмотрел на дворника. — Пан Гашек, вы принесли то, что я просил?

Тот кивнул в ответ и показал содержимое мешка, который он приволок с собой. Дворник принес примерно тот самый механизм, какой я заказывал. Да, для этого ему пришлось выдрать металлические части из раскладного кресла, но чем не пожертвуешь ради дочки?

— А я громче слышу песенку, — сказал как бы между прочим Петька.

— Петь, давай с песенкой чуть позже. Запомним это место, а сейчас… Агнешка, раздевайтесь, — скомандовал я.

— Эдгарт, ты чего? Сначала сам хочешь девочку попробовать? Перед драконом? — удивленно спросила Чопля.

— Чтобы таких вопросов не возникало — вали к помойным контейнерам и набирайте мусор. Старайтесь выбирать из пищевых отходов, — сказал я и посмотрел на Петьку. — Милош, поможешь Чопле. И двигайте, двигайте! Быстрее!

— Но я…

— Чопля! Накажу! — я сурово сдвинул брови. — За свою несдержанность ты уже получишь наказание, но если продолжишь в таком же духе, то я рассержусь ещё больше.

— Вот так вот всегда, — вздохнула служанка и полетела в указанную сторону.

Петька пошел следом. Он уже успел понять, что меня лучше слушаться беспрекословно. Эх, его бы понимание в крошечную головку Чопли затолкать…

— Пани Агнешка, раздевайтесь, — повторил я. — Пан Гашек должен был принести другое платье, а мне нужно ваше, так как оно будет хранить тепло вашего тела и ваш запах. Я отвернусь, но поторопитесь…

Я и в самом деле отвернулся и занялся примастыриванием принесенного механизма к сворованному манекену. Всё-таки девушка не должна смущаться, это может замедлить нашу операцию, а терять время — слишком большая роскошь для нас.

— Я готова, пан Туда, — раздался голос девушки за спиной.

Мне протянули платье как раз в тот момент, когда я закончил свою сборку. Черное платье в белый горошек отлично село на части манекена после того, как мы забили полые части притащенными с мусорки отходами. Да, среди остатков овощей и фруктов попадались кости, но это было нам только на руку. Мусорные отходы должны были обмануть дракона, а также скрыть запах яда, которым я обильно полил всё внутри.

А что? Если не можешь победить противника силой — задействуй ум! Вот я и задействовал его.

Меньше, чем за пять минут я приложил манекен спиной на камень и получилось так, что девушка как будто склонила голову на грудь в ожидании неминуемой смерти. Волосы парика полностью скрыли безликую голову манекена. Завершающим штрихом были туфли, которые Агнешка тоже пожертвовала ради своего освобождения.

Солнце уже подбиралось к земляному кругу возле камня, когда я закончил своё творчество и оставил манекен в покое. Людей на улице так и не было — все боялись прилета дракона. Мало кому хотелось попадать под горячую лапу.