– Нэйя, а где паук? – оживилась она. – Мы ведь можем вернуться! Дай ей эту штуку, и она откроет одну из своих дурацких магических картин… Ну подумай сама, нам-то этот кулон сейчас зачем? Что ты тут им открывать собралась? Замок исчез и больше не появится. Если есть возможность вернуться назад, надо её использовать. Вдруг тут опасно, а у нас даже оружия нет.
Хэда нахмурилась, но особых возражений у неё, похоже, не было.
«Вот и прекрасно, – с облегчением подумала Ариэна. – Не придётся тратить силу, превращая паука в туман, а потом обратно…»
– Дьявол! – выругалась Хэда, сунув руку за пазуху. – Его у меня нет!
– Ну вот! – огорчилась Лихана. – Посмотри получше.
– Да я положила её во внутренний карман. Там, в замке... Во всяком случае, хотела… Неужели мимо сунула?
Ариэна и Лихана напряжённо ждали, пока Хэда, проклинал всё на свете, обследовала свои карманы. Кулона нигде не было.
– Ну ты и дура! – разозлилась Лихана. – Хуже растяпы Луми из детской песенки! Ведь зарекалась же связываться с тобой снова! Так мне и надо!
– Да я бы только рада была, если бы ты больше со мной не связывалась…
Не имея ни малейшего желания слушать эту пере6ранку, Ариэна пошла прочь. Куда глаза глядят. Лишь бы куда-нибудь идти и вообще двигаться. Лишь бы избавиться от желания сесть на землю и разрыдаться. Не хватало ещё впасть в отчаяние при этих мерзавках.
Перестав ругаться, они угрюмо плелись следом за ней. Может, подумали, что колдунья с её даром всегда знает, что делать и куда идти, вот и решили держаться поближе… Впрочем, её не интересовало, что они думают.
Пейзаж почти не менялся: сухая, истосковавшаяся по дождю земля, кое-где покрытая желтоватой травой, островки чахлого кустарника… Время от времени попадались рощи огромных деревьев, кривых и уродливых, словно выросших на отравленной почве, и большей частью мёртвых. Лишь у некоторых ветви покрывали длинные 6ледно-зелёные иголки. Кое-где из земли торчали глыбы камня. Ариэна заметила, что почти все они отёсанные, причём давно. Это напоминало жалкие остатки каких-то древних сооружений. Они встречались всё чаще и чаще. 3а полосой колючего кустарника оказалась низина, изрытая огромными ямами и заваленная грудами ржавого металла, а впереди, на холме, виднелось что-то вроде города. Прежде чем двинуться к нему, Ариэна решила переодеться – настолько, насколько это было возможно в данной ситуации. Она разорвала свою ночную рубашку, сделала две повязки – набедренную и закрывающую грудь, а большую часть ткани пустила на обмотки – пока в кровь не стёрла ноги. Хэда и Лихана тоже остановились и присели отдохнуть, с любопытством наблюдая, как она занимается своим нарядом. Запаса пищи у них с собой не было, зато имелась фляга. С водой или с чем другим – Ариэна не знала. Её спутницы с нескрываемым наслаждением утоляли жажду, но ей флягу не предложили, а просить она, естественно, не стала. Она вела себя так, будто их не существует.
Ариэна надеялась, что в городе кто-то есть, и не хотела думать, что там враги. Хватало ей и этих двух стерв. Когда она тронулась в путь, Хэда и Лихана опять поплелись следом. Они не заговаривали ни с ней, ни друг с другом. Чувствовалось, что обе уже здорово устали. Им же не приходилось целыми днями бродить по лесам.
Идти пришлось долго – город был дальше, чем казалось поначалу. Солнце припекало всё сильней и сильней. Время от времени спутницы отдыхали в тени какого-нибудь чахлого дерева, чудом выжившего на этой сухой, покрытой трещинами земле. Навстречу никто не попадался. Ариэна чувствовала, что город пуст, и всё же это было место, застроенное некими разумными существами, оставившими там хоть какие-то сведения о себе и о своём мире.
Чем ближе становился город, тем более гнетущее он производил впечатление. Наверное, когда-то он потрясал своим великолепием. Даже руины некоторых зданий превосходили размерами Скалистый Замок. Ариэна не заметила ни намёка на существование тут когда-либо городской стены. Видимо, здешние обитатели не нуждались в столь примитивных средствах защиты. А от бедствия, которое в конце концов постигло их мир, не спасли бы никакие стены.
Город был разрушен уже давно – на его руинах лежал тот почти невидимый налёт, который в Див-Аранхе называли пеплом сгоревшего времени, но ни этот налёт, ни слой пыли и песка на улицах и развалинах зданий не могли полностью загасить яркие краски некогда процветавшего мира. Спутницы щурились, когда солнце отражалось от красных, лиловых, синих и оранжевых стен, сделанных из полупрозрачного неестественно яркого стекла... Или камня? Широкие улицы были завалены осколками этого материала и местами загромождены странными металлическими конструкциями. Ариэна заметила, что некоторые из них совершенно не тронуты ржавчиной.
– Не может быть!
Возглас Хэды прозвучал в повисшей над городом тишине, словно удар молотка по медному диску, какие устанавливались в каждой судебной палате Див-Аранхи. Лихана поморщилась, прикрыв воспалённые веки.
– Не может быть… Проклятье! Пропади всё пропадом, – причитала Хэда, уставившись в одну точку. Взгляд у неё был совершенно безумный. – Не может быть…
– Что не может быть? – раздражённо спросила Лихана. – Заладила… Уж коли мы связались с этой тварью, то всё может быть! Всё, что угодно.
Хэда её как будто не слышала. Она была бледней, чем ветка мёртвого арилла. Ариэна поняла, куда устремлён её остановившийся взгляд. На обколотой со всех сторон глыбе желтовато-белого камня темнела полустёртая надпись. Судя по всему, Хэде 6ыл знаком этот язык. Прочитав надпись, она что-то поняла, и это привело её в ужас.
– Гадина! – завизжала Хэда, наконец-то стряхнув оцепенение.
Ариэна едва успела отскочить. Эта женщина набросилась на неё, словно взбесившийся кайял. Ариэну, как это бывало довольно часто, спасла реакция охотницы. Увернувшись от Хэды, она схватила какую-то длинную железяку. И вовремя – потому что в следующее мгновение Хэда замахнулась на неё примерно таким же острым куском железа. Ариэна и не думала, что ей когда-нибудь так пригодятся уроки фехтования. Не зря она в детстве дралась на деревянных мечах с мальчишками своего ура. А в прошлом году забавы ради фехтовала с юными димилонцами, для которых Тамран устраивал учения во дворе Скалистого Замка. Хэда сражаться не умела. Неудивительно. Она же привыкла командовать. И плести интриги. А драться и выполнять грязную работу должны были другие. Ариэна могла бы убить её. Наверное… Если бы хватило духу вонзить острое железо в эту плоть.
Она специально затянула драку и, хорошенько измотав Хэду, сбила её с ног приёмом, которому её ещё в детстве научили мальчишки. Хэда выронила железяку и растянулась на пыльной земле.
– Скажи спасибо, что твою подлую душонку защищает тело моей матери, – сказала Ариэна, пинком отбросив «оружие» противницы подальше. – Посмотрели бы пираты на свою бравую атаманшу.
Лихана наблюдала за происходящим с явным удовольствием. Она нисколько не сочувствовала своей сообщнице. Эта женщина достаточно её унижала, и теперь Лиxана радовалась возможности полюбоваться жалким видом своей бывшей госпожи. Они больше не были госпожой и служанкой. Здесь, в этом странном незнакомом мире, они оказались на равных, и никто не знал заранее, кому тут больше повезёт. Впрочем, Хэде этот мир, похоже, был знаком.
– Мразь... – выдохнула она, поднявшись на ноги. – Шлюха… Маленькая гнусная тварь!
Она добавила ещё с десяток ругательств: диввинских, лиммеринских и ещё каких-то – на неизвестном Ариэне языке. Потом стряхнула с одежды пыль и, сев на обломок каменной плиты, мрачно задумалась.
– Послушай, Нэйя, – вкрадчиво заговорила Лихана, подождав, когда приятельница более или менее успокоится. – Чего ты взвилась? Какой такой жук тебя ужалил? Я знаю, что ты её терпеть не можешь, но почему тебе взбрело в голову прибить её именно сейчас?
– Зачем тебе это понадо6илось? – не слушая её, обратилась Хэда к Ариэне. – Ну зачем, зачем! ты сбила нас с пути?! Ведь это из-за тебя мы тут оказались. Что ты этим выиграла?
