Мешок – Гюрза (СИ) - Шоумент Винсент

Войла, проводив взглядом Светляка, взглянул на Каплю. Оный лишь махнул рукой, мол «забей».

* * *

— Сука, кто спиздил теплушку⁈,— как не в себя орал Провод, обшаривая всю Буханку в поисках тепловой пушки. Ночной выезд должен был состояться через пол часа, и весь отряд ждал только ругающегося связиста.

— Ты у Гульнары спрашивал? Может она себе в комнатушку стырила, пока мы не выехали,— прокомментировал Капля, пока курил какие-то тяжёлые, очень вонючие сигареты. С ними могли сравниться только сигареты Щеколды, запах которых Войла запомнил достаточно хорошо.

— Где, кстати, Гульнара?,— поинтересовался Кабина.

Гульнара. Маленький цветочек радости отряда, который подкидывал приятной суеты. И ведь, что характерно, Гульнара ни разу не задержала караван, просто за пол часа до выезда, кто-то замечал нехватку чего-то, и начинались ситуации, подобные этой.

Конкретно эта молодая узбечка, весьма плохо разговаривающая по-русски, постоянно забирала теплушку Провода и уносила её с собой в каморку хостела, если там не имелось батарей. И Проводу по своему обыкновению, приходилось либо спать с Гульнарой, либо мёрзнуть в Буханке, потому что он свой «кабинет» практически никогда не покидал. И всё-таки, для объективности, Провод с Гульнарой ладил очень хорошо. Они спелись из-за того, что связист знал уникально большое количество языков ввиду своей деятельности, в том числе узбекский.

— Шокин килмасангиз!,— вдруг раздался голос сзади Буханки. Провод моментально высунулся наружу и осмотрелся.

Из-за машины выглядывала девушка, державшая в руках тепловую пушку. Мужчина подошёл к ней, взял тяжёлую бандуру и занёс в Буханку. Девушка, смущённо взглянув на присутствующих, сразу же нырнула за ним. Видимо, она всегда находилась рядом с Проводом, даже во время боевых выездов.

— Красивая,— Войла прищурил глаза и взглянул на сидевшего рядом с ним Кабину.

— Есть маленько. Но её Провод уже заприметил,— Кабина усмехнулся.

— Да ну, мне она и не нужна. Просто факт констатирую. Обычно эти… Ну короче, все чурки такие, непритягательные на вид,— Гуляев выпрямился.

Разговор о разносортности народов прервал Дактир, который сказал собираться по машинам.

Войла, так и не успевший начать свою тираду о мнении насчёт южан, грустно вздохнул и направился к своему мотоциклу.

Припаркованное транспортное средство стояло возле небольшого деревянного забора. Рядом рюкзак, автомат, и ещё какие-то вещи. Кажется, спортивная сумка и барсетка. Сверху на них прицеплена записка:

«Войла, у меня в кабине вообще места нет, захвати себе на заднее. Разрешаю пользоваться, но с осторожностью. Провод».

Гуляев присел на корточки и расстегнул сумку. Сложенный минак. А в барсетке разные провода и прочие комплектующие к поисковому устройству.

— Ну мечта,— тихо прошептал Войла. В какой-то степени даже позавидовал тому, что у Провода такое есть.

Закинув сумку и барсетку на заднюю часть седла, Войла закрепил вещи на стропах. Потом взял свой рюкзак и автомат, накинув на плечи.

— Поехали…— сквозь зубы пробормотал Войла, достав ключи от мотоцикла и вставив их в замок зажигания, переключился на нейтралку. Двигатель как и в прошлые разы, запускался с пол-пинка.

Войла дождался пока проедут вперёд грузовые машины, а только потом встроился сзади. Уже на подъезде к воротам, объехал всю колонну и выехал первым на дорогу.

После трёх последних выездов, Провод сжалился над Войлой и по собственной наработке спаял сталкеру хорошую гарнитуру. В условиях, когда мотоцикл дребезжал, а ветер был сильным, ларингофон казался наилучшим выбором. Но, Гуляева посадка устройства не устраивала, да и к тому же, натирала покрытую шрамами кожу.

И мало того, что Провод спаял хороший усилитель сигнала, чтобы Войлу было лучше слышно на дальнем расстоянии, так он ещё и приспособил мягкий уплотнитель на ободок ларингофона, который существенно облегчал сталкеру жизнь. Наушник вдруг тихо зашипел. Войла по привычке чуть замедлился, прислушиваясь к голосу.

— Стартер-Проводу. Дорогу хорошо видно? Как слышно? Приём.

— Провод-Стартеру. На связи. Дорогу вижу хорошо.

— Стартер-Проводу. Отлично. Хорошей дороги. Конец Связи.

Войла усмехнулся и отжал тангенту, чтобы в наушнике прекратилось шипение.

Упираясь ладонями в руль, он спокойно ехал по размытому шоссе. Этот участок города был намного более открытым, чем какие-либо другие. По крайней мере, данное различие заметил Войла после многочисленных узких кварталов каменных джунглей Мешка.

Однако в этих бескрайних просторах был свой особый шарм, которого порой не хватало Войле.

Мужчина оторвал взгляд от высоких зданий и посмотрел на дорогу. Дождь хлестал по мокрому асфальту, и дорога казалась размытой. Она становилась более чёткой только там, где на неё падал свет от жёлтых фар.

В остальном же, приходилось вглядываться вперёд, чтобы увидеть возможные препятствия.

Войла прищурил глаза и попытался разглядеть какие-то силуэты впереди, автоматом начиная замедляться. Внезапно он услышал резкий, пронзительный гул по каналу связи. Схватившись за голову одной рукой, Гуляев вынул наушник, оставив его прижатым балаклавой к щеке. Головная боль неприятно отозвалась в висках.

Как только хорошо слышимый гул прошёл, Войла вставил наушник обратно, полностью остановил мотоцикл и зажал тангенту.

— Провод-Стартеру. Что случилось со связью? Как слышно? Приём.

Молчание. Войла только хотел развернуться, но, на канале связи послышалось шипение.

— Стартер-Проводу. Ящиков много. Один не справляюсь. Будь осторожнее, спину не надорви. Приём.

Войла на секунду завис. Потом, начал вспоминать, что ему говорил Провод о своём способе шифровки разговора.

Ящиками он называл бандитов, а заботливая фраза про спину, буквальный аналог фразы: «Нас слушают».

— Провод-Стартеру. Остановимся, помогу разгрузиться. Конец связи.

Гуляев отпустил узел связи и развернулся, поехав в обратную сторону. Караван уже ожидал его на одной из узких, закрытых улочек. Все машины заглушены, из ПАЗика выглядывал ствол ДШК.

Войла на малых оборотах заехал за ПАЗик. Заглушив мотоцикл, осторожно поднялся внутрь автобуса. На заднем сидел Капля, приложившись к ДШК, а за рулём Кабина. На пассажирских — несколько торговцев, нервно поглядывающих в полузакрытые железными листами окна, и рядом с ними человек пять-шесть рядовых, которые уже держали оружие наизготовку.

Гуляев высунулся обратно и залез в соседнюю буханку, где ютился мёрзнущий Провод.

С ходу, Войла высунул гарнитуру из рации и присел на корточки.

— Чё у вас тут? Чё случилось?

— Нас слушают. Кто-то перехватил канал связи. Я тут тоже чуть не оглох,— Провод посматривал на выключенную аппаратуру. Закутавшись в караульный тулуп, грел руки горячим воздухом со рта.

— И чё? Ебать их через три весла, и дальше ехать. В чём проблема?

— У нас груза на девять тысяч. Считай ещё пару координат и нас встретят с распростёртыми объятьями.

— Ну? Теперь что, по дорогам не ездить? Трогай Дактира, возобновляйте движение. Я поеду впереди, предупрежу если вдруг что увижу.

— Я бы подождал, чтобы лишний раз не вступать в конфронтацию.

— А тебя никто под огонь и не высунет, лежи тут на своём полу и рацию к уху прикладывай. Давайте, двигайтесь дальше,— Войла вышел из Буханки и закрыл за собой двери. Ткнув гарнитуру в рацию, глубоко выдохнул.

Вернувшись к мотоциклу, Гуляев сел на него и запустил двигатель. В эфире послышалось, как Провод говорил Дактиру, Пилоту, Кабине и Градусу заново выезжать.

Гуляев же, выехав обратно на шоссе первым, дождался остальной караван, и только потом снова поехал вперёд.

На месте где его оглушило, уже не было перебоев со связью. Подслушивающие плотно сели на эфир.

— Провод-Стартеру. Уже за стенкой. Не вижу наших клиентов, задерживаются. Как слышно? Приём.

— Стартер-Проводу. На связи. Следи за дорогой. Плотный дождь.