И костёр не разведёшь. Не с чего. И нечем. И баллон с газом исчез. И таблетки спиртового топлива пропали. А что осталось-то? Лишь свободное время и возможность его использования. Для чего? Правильно: для личного усовершенствования! Ведь как учил дэм Прогрессор: только свободное для размышлений время даёт смертному возможности вырваться на следующий этап своей эволюции. Иначе говоря: тренируйся, и будет тебе счастье!
Вот и начал Труммер работать над своими умениями. Тем более что чувствовал настоятельное требование организма избавиться от чуждой, совершенно неприемлемой энергии, подобранной у океанского монстра. Даже подозрения возникли: «Вдруг меня эта опасная энергия превратит в подобие своего хозяина?»
Первые три часа а’перв пытался только согреться. Или хотя бы просушить мокрый матрас и тот самый кусок вожделенного брезента. Потому что прекрасно помнил, как во время одного из воздействий по бугрящейся плоти чудовища она стала парить и дымиться от получившегося жара. Значит, стоит повозиться именно в плане прогрева объекта воздействия.
А хвалёный плащ-артефакт функции обогрева при такой температуре не имел. Или, может, в нём что-то поломалось?
Вначале поощер экспериментировал на самом уголке грубого полотна. Долго ничего не получалось с калибровкой силы. Точнее, с иным способом её подачи. Потому что уголок брезента то рассыпался прахом, то леденел, то банально обугливался. Но именно обугливание подсказало, что эксперименты ведутся в верном направлении.
В итоге через три часа Поль с огромным наслаждением вытянулся на просушенном матрасе и укутался в прогретый кусок брезента. Пусть тот и стал на четверть меньше, но укрыться хватало. Появилось ощущение полного блаженства, и стала наваливаться нега подступающего сна. Только и оставалось себе пожелать: «Спокойной ночи! Утро вечера мудренее!»
Увы! Какое там утро?! При всей усталости и крайней необходимости выспаться сон так и не пришёл. Наверное, эмоции прошедшего дня продолжали истязать бедный мозг. Или это голод истязал желудок? А уже тот капал недовольством на мозги?
Но заснуть не удавалось, какие только способы для расслабления ни принимались. Пришлось продолжить работы по самоусовершенствованию. А в каком направлении продолжать? Коль хочется пить да есть? Естественно, что в нужном! Рыбу пока глушить не стоило, попробуй её в такой темени рассмотри. А вот попить – ну оченно не мешало бы!
Тем более что вокруг океан. Казалось бы, пей – сколько влезет. Вернее, вначале дистиллируй эту воду (коль есть источник тепла!), а уже потом спокойно употребляй во всех направлениях. Но как дистиллировать, если нет простейшего перегонного аппарата? Над решением этого актуального вопроса прошло ещё два часа. К сожалению – без толку. Ничего должного под рукой не нашлось, всё оказалось смыто за борт. Разве что оставалось только разобрать двигатель, использовать топливные трубки и непосредственно емкость для солярки.
Но уж настолько пить не хотелось, чтобы лишать свой кораблик подвижности. Подобный вариант можно оставить на самый крайний случай.
«Зато можно отыскать и совсем иные способы добычи пресной воды! – продолжал интенсивно работать разгорячённый мозг. – Ведь что такое здешняя океанская жидкость? Да та же пресная вода, только щедро пересоленная. Значит, мне только и следует каким-то образом удалить соль. Или отделить её?.. Ещё лучше – попросту пустить соль в осадок. Возможно такое?.. Вроде не слыхал… Но ведь и умений поощера, доступных мне, наверняка нет во всём ДОМЕ. А у меня – есть! Вывод: нет ничего такого, с чем бы не справился поощер!»
Отыскал банку, которой вычерпывал воду, набрал в неё воды, устроился поудобнее, да и приступил к самоусовершенствованию. И полная темнота ему в этом не мешала. Потому что суть своего воздействия, а также дозировку оного он научился отличать каким-то новым чувством. Примерно так же тело ощущает, как по нему прокатывается холодная или тёплая вода. Или примерно так же человек может прочувствовать местонахождение своей ступни в пространстве, поднять её вместе со всей ногой или опустить, пошевелить или расслабить. Ему для этого зрение, слух или осязаемость не нужны. Как не нужны они и при определении «верх-низ», при условии привычной силы тяжести.
Вода вскипала. Порой перегревалась и моментально испарялась. Чаще просто разрушалась, исходя не совсем приятным запахом. Но ещё через два часа что-то стало получаться. Соль проявлялась, концентрировалась, словно бесцветные льдинки в воде, и начинала опускаться на дно банки. Понятное дело, что тут же кристаллы начинали вновь растворяться, вновь делая воду солёной.
И всё-таки! Если сразу удавалось сделать пяток быстрых глотков, вода чувствовалась на вкус только чуточку, совсем не трагично подсоленной. Иначе говоря – пригодной для питья. Только не следовало усердствовать, пить нижний слой, и уж тем более не выпивать образовавшиеся осадки.
«То ли я – гений?! То ли мне просто повезло из-за нечего делать? – восторгался Труммер собой, раз за разом черпая за бортом морскую моду, очищая её и выпивая половину ёмкости. Остальное выплескивал как можно дальше и повторял процесс. – Красота! Смерть мне от обезвоживания никак не грозит. Утром рыбки наловлю… Или вообще до берега доберусь, а уж там… Э-эх! Живём, короче!..»
Напился так, что резко навалилась сонливость. Опять добрался до матраса с брезентом, прогрел их лёгким воздействием, да и поспешил улечься с угрожающими мыслями: «Если я и сейчас не усну, то…»
Додумать не успел. Уснул.
Глава седьмая. За место под солнцем
Проснулся Поль, когда красное солнце уже стояло чуть ли не в зените, начав пригревать и тем самым сравнительно раскалив верхнюю палубу, ту, что над каютой.
Быстро вскочил, осмотрелся. Проверил, нет ли течи корпуса и далеко ли от Излома. Прислушался к себе: настроение отличное! Ничего не болит. Силёнок тоже хоть отбавляй. Зато зверски хочется жрать! Но тут особой дилеммы не возникло. С едой ещё можно час, а то и три подождать. Ибо оказаться уже немедленно на берегу – намного предпочтительнее. Так что ничего не оставалось, как вновь напиться уже проверенным способом, набив тем самым желудок и успокоив его урчание. А потом заводить двигатель и мчаться к далёкой, в пределах видимости, кромке суши.
Тем более что никто не разыскивал Труммера, не звал его на волне ментального общения и не подавал знаки с низко пролетающих самолётов. Хотелось верить, что уж Азнара всяко-разно озаботится его поисками. Да и Прогрессор не останется в стороне чисто из любопытства. Или хотя бы для того, чтобы поиздеваться над привычками а’перва вечно попадать в какие-то неприятности.
«Шутник… И рифмоплёт из него неважный… Ничего! – думал Труммер, с оптимизмом вглядываясь в приближающуюся береговую черту. – Я и сам выберусь к дому! Как говорится, на дэма надейся, а сам не плошай. Лишь бы сейчас топлива хватило, двигатель не отказал, ну и на каких-то воинственных идиотов не нарваться, имеющих огнестрельное оружие дальнего действия».
Потому что довольно быстро заметил в нескольких местах многочисленные серые, белые, а порой и разноцветные паруса. И ни одного на горизонте дымка, поднимающегося из трубы какого-нибудь парохода. Эпоха парусного плавания – во всей красе! Скорее всего уровень жизни здесь никак не превышает уровень жизни в Диких землях или в Вольных городах.
А коль у них тут нет двигателей разного типа, то стоит ли сразу, издалека привлекать к себе внимание? Поэтому Поль резко сбросил скорость своего судёнышка до минимума. Тем более что рассмотрел и много одиноких лодок, которые с убранными парусами занимались рыболовством. Или перемещались с помощью вёсел. А чуть позже лодок и корабликов стало так много, что пришлось даже издалека огибать наибольшие скопления местных рыболовных флотилий.
Ну и хотелось как можно быстрей понять: островная это плоскость или материковая? Потому что болотная тоже отпадала. Там, по отрывочным сведениям, и морских просторов-то с чистой водой толком не было. А предпочтение большим материкам отдавалось по одной простой причине: оттуда и караванов на божественную плоскость отправлялось не в пример больше.
