"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей

— Ты должен остаться, иначе они не выдержат! — обернулся Иваныч к Вячеславу.

— Я понял! — выкрикнул Вячеслав.

Он тут же перекинул рюкзак мне. Я поймал на лету, переложил через плечо. Два увесистых мешка заколотили по хребту. Вячеслав подлетел к потерявшему сознание солдату, сорвал автомат, и дослал патрон в патронник.

Мы побежали дальше, до самолета оставалось ещё двести метров, когда за спиной прогремел близкий рокот выстрелов. Обернулись с Иванычем — припав на одно колено, Вячеслав расстреливал вторую группу оборотней, перепрыгивающих через колючую проволоку забора. Десантники почти расправились с первой волной, когда вторая волна оказалась ближе к нам.

Вячеслав срезал пулями мчащихся перевертней, несколько кувыркнулись в траву, но остальные продолжали лететь на стреляющего берендея.

— Не тормози! — гаркнул Иваныч в мою сторону и шлепнул по рюкзакам, подталкивая к самолету.

Похожий на нахохлившегося сокола, самолет двигался по полосе разгона. Опущенная платформа в задней части начала понемногу подниматься. Мы мчались, не разбирая дороги, под ногами бетонные плиты менялись на заросшую травой землю, и опять на плиты. Оглушительно выли турбины, сухой воздух разрывало от воя, криков раненных людей, непрекращающейся стрельбы.

Огромная белая птица приближалась, вырастала в размерах, под задорно поднятым хвостом закрывался огромный люк. Турбины ревели, разгоняя по земле тучи пыли, ошметки травы. Иваныч бросился наискосок к белому борту, рукой показав двигаться за ним. Я бежал изо всех сил, мог бы в скорости составить конкуренцию гепарду, но Иваныч всё равно опережал меня. Ненамного, но опережал.

Рюкзаки со всей дури колотили по хребту, словно кто-то хлестал меня боксерскими перчатками, пот заливал глаза, ноги спотыкались о комья земли на поросших травой участках. Сзади выстрелы, крики, вой…'

— Вот тут можно бы поправить, — вслух произнес писатель, делая исправления. — «Я поймал рюкзак и закинул на плечо». Так было бы лучше.

Его палец дернулся, когда воздух прорезал леденящий душу вой.

Глава 4

После протяжного воя, такого нереального посреди Москвы, я сразу же вперился взглядом в зеркала заднего вида.

Почему нереального? Потому что оборотням запрещено появляться в крупных городах и при больших скоплениях народа. Запрещено ради их же безопасности.

Народец у нас нервный — выставленные в его сторону клыки и когти сразу же принимает за призыв эти самые когти вырвать с корнем. А ещё съездить пару раз по клыкам, чтобы неповадно было зараженной слюной брызгать.

Ну да, никому потом не хочется с голой жопой под полной луной прыгать. И если орки-оборотни ещё представляют из себя монументальные фигуры, то вот бородатые гномы превращаются в нечто среднее между чау-чау и козлом.

Премерзкое зрелище, скажу я вам! И это премерзкое зрелище ещё и укусить норовит с упрямством барана. Прямо нарывается на то, чтобы его разорвали на сотню мелких кусочков, сожгли, а пепел развеяли по ветру!

Оглядываясь назад, я пропустил тот момент, когда здоровенный оборотень выскочил из подворотни. Серое тело мохнатой тучей промелькнуло перед ветровым стеклом и раздался скрежет, от которого похолодела кровь. Так может скрежетать вспарываемое железо…

— Ой, мамочки-и-и… — протянула Маринка, когда в лобовое стекло на нас оскалилась мохнатая морда.

Перевертень, человек-волк, поднял башку в небо, чтобы ещё раз пропеть свою тоскливую песнь на одной ноте.

Я крутанул руль влево, сбрасывая с капота неожиданного пассажира. Не люблю, когда обзору на машине что-либо мешает!

Оборотня скинуло в сторону. Он так и не успел распеться и, соответственно, не огреб заслуженные аплодисменты. Зато получил сотрясение мозга, ударившись башкой о стоявший фонарный столб. Возможно, получил другие повреждения, мало связанные с жизнедеятельностью — мне некогда было тормозить и узнавать.

Я нажал на педаль газа, выруливая обратно на свою полосу. На наше счастье никто на встречке не имел желание ударить нас лоб в лоб.

Машина сопровождения тоже вильнула, как будто хотела повторить наш маневр. Уже краем глаза я успел увидеть, что за их бампером показался серый бок ещё одного чудища.

— Кто это, Эдгарт? — дрожащим голосом спросила Маринка.

— Дурачки какие-то! — бросил я в ответ. — Паспортные данные потом спрошу, при удобном случае.

— Может снимешь с меня кандалы-то? — Баба-Яга подняла вверх руки с магическими наручниками. — Пока ты рулишь, я хоть пульну кому в морду!

Перевертень вскочил на крышу джипа сопровождения, ударил когтистой лапой по бронированной плоскости. Когти настолько легко вспороли металл, как будто он был из бумаги.

В морду брызнули мелкие стальные пчелы, превращая оскаленную пасть в кошмар дантиста. Перевертня сбросило прочь. Парни из сопровождения совершенно точно не зря жуют свой хлеб — вон как четко среагировали!

В это время ещё один перевертень спрыгнул с газетного ларька, что стоял возле автобусной остановки. У ларька осталась погнутой крыша.

Перевертень бросился на нашу машину. Я так резко затормозил, что сумка с лежащей пикси слетела на пол!

— Чо, пля? Слышь, водила, ик! не дрова везёшь! — тут же раздалось недовольное ворчание служанки.

Перевертень попал под колеса пятитонника с надписью «Возон», отлетел прочь. Сразу же вскочил и тут же получил очередь в широченную грудь из опущенного стекла машины сопровождения.

Свинцовые пчелы с восторженным визгом устремились на своё новое место проживания. На горизонте показались ещё две большие серые фигуры.

— Освободи её! — я протянул назад магическую печать.

— А может не надо? — с сомнением проговорила Марина.

— Надо, милочка, надо! — Баба-Яга тут же подставила под печать сухонькие ручки. — Иначе дырочку сделают — не запломбируешь!

Марина ещё раз взглянула на меня, я кивнул в ответ. А что ещё оставалось делать? Сопровождение хоть и мощное, но не всесильное — рано или поздно, но их выковыряют из джипа, как кильку из банки. Без магии с оборотнями не справиться…

Приложенная печать лязгнула, наручники сухо щелкнули, освобождая руки Бабы-Яги. Она удовлетворенно вздохнула, потирая запястья, а потом нажала на кнопку опускания стекла. Высунула руку наружу. Я увидел, как на ладони заплясала небольшая голубоватая искорка.

В это время перевертни приблизились. Они неслись громадными прыжками, заставляя народ шарахаться в стороны. Машины отворачивали, сталкивались. Раздавался лязг и скрежет. Над этим всем летел волчий вой.

— Дуй прямо на них! — скомандовала Баба-Яга. — Не сворачивай!

Оборотни прыгнули, синхронно вытягивая лапы по направлению нашей машины. Я с трудом заставил себя не зажмуриться, не отвернуть в сторону…

Навстречу оборотням метнулся целый фонтан искр. Во мгновение ока эти мелкие посланники волшебного огня охватили-опутали подпрыгнувших зверюг. Они промчались по шерсти, по мышцам, по венам, обездвиживая и заставляя оборотней закостенеть.

Удар Миллиона Молний… Очень хорошая штука, если под рукой нет шокера. Принцип тот же, но эффект сильнее!

Два мохнатых тела рухнули рядом с машиной, оторвав к хренам собачьим оба зеркала. Ещё и по стеклам успели прочертить когтями, утырки клыкастые!

Эх, не довелось мне долго пофорсить на дорогой тачке…

— Ух, ушлёпки! — проворчал я. — Ну почему именно сегодня?

— Потому что с вами я! Малыш, со мной не соскучишься! — хихикнула Баба-Яга. — Вон, смотри, там ещё трое!

— Да откуда они только берутся-то, уроды мохнорылые? Глянь, как летят! Как будто здесь бесплатная раздача мяса происходит!

И в самом деле — ещё три оборотня показались из переулка Борменталя. Они выскочили в тот момент, когда наша машина проскочила дальше, но вот машина сопровождения ещё не успела.