Аркадий Петрович попытался было получить заказ от военного или военно-морского ведомства, но пока безуспешно. А тут ещё и мичман, который зудит в уши о непременном отступлении армии и оккупации Дальнего.
Словом, мне удалось убедить его эвакуировать мастерскую в Артур, благо и помещения под это дело уже готовы, причём по пожеланиям самого Горского. Оставалось только решить, как именно это сделать. Потому что о железной дороге можно было забыть. Весь подвижной состав был отдан под армию и флот, исключение только пассажирские вагоны, но тут всё понятно.
Однако мне удалось решить вопрос и организовать эвакуацию морем. Чего мне это стоило, отдельный разговор, но сумел договориться, и ладно. А сейчас прибыл в Дальний специально, чтобы проконтролировать процесс эвакуации мастерской.
И да, делал я это вовсе не бескорыстно, а за десять процентов прибыли от будущих заказов с перспективой роста доли до тридцати, если Дальний всё же будет занят японцами. Не сказать, что я так уж нуждался в этих деньгах. Но влезать в это совсем уж без прибыли для предпринимателя, каковым являлся Горский, выглядело бы более чем странно.
- То есть вы по-прежнему сомневаетесь в том, что генерал Фок не удержит позиции у Цзиньчжоу? - спросил я инженера.
- Я разговаривал с офицерами, они полагают, что позиции на перешейке достаточно сильные.
- Как показал бой на Ялу, это далеко не факт. Там тоже готовились встречать японцев, используя реку как естественную преграду. Результат вам известен. И вообще, снявши голову, по волосам не плачут. Погрузку завершили?
- Это-то да. Н-но… Нас ведь могут нагнать японцы?
- Что значит нас? Вы, Аркадий Петрович, отправляетесь в Артур поездом вместе со своими рабочими. Нечего вам делать на палубе парохода. И переживать по поводу оборудования также не стоит, у вас ведь есть заверенный договор, согласно которому я полностью компенсирую вам финансовые потери. И в качестве страховки открыт под это дело счёт в банке. Так что вы ничего не потеряете, а, наоборот, приобретёте. С деньгами отбыть в Россию всё проще, чем со станками, - хмыкнув, закончил я.
- Не для того я вложился в предприятие на Дальнем Востоке, чтобы вернуться обратно в Россию с деньгами.
- Ну а чем вас не устраивает Владивосток?
- Здесь, в Дальнем, перспективы были гораздо выше. А во Владивостоке слишком высокая конкуренция, ну и нет соответствующих льгот.
- Ну что же, тогда пусть вас успокоит мысль о том, что вы не просто сохраните свою мастерскую, но и получите большие заказы. Разумеется, если организуете производство миномётов, боеприпасов к ним и полевым орудиям. Уверяю, что недостатка в заказах у вас не будет.
- Я очень рассчитываю на это.
- Так и будет, Аркадий Петрович. А иначе с чего бы под вас выделили пароход.
Вообще-то, всем было на него и его мастерскую наплевать с высокой колокольни. Место под возведение цехов я взял в аренду. Клочок никому не нужной земли, за который какой-то придурок готов платить живые деньги. Да, сумма небольшая, ну так там ведь сейчас вообще ничего нет, к тому же договор на год, без пролонгации.
Пароход же и вовсе оказался в распоряжении Горского только благодаря хитрой многоходовочке. Спасибо контр-адмиралу Лощинскому и его хозяйственности. Ну не смог он мне отказать в такой малости, как отправка небольшого грузового судна в Дальний…
- Здравия желаю, Александр Васильевич, - подойдя к причалу, окликнул я командира миноносца «Сердитый».
- Ого! Олег Николаевич, какими судьбами⁈ Прошу на борт, - сделал приглашающий жест Колчак.
Нас познакомил лично Эссен, и будущий Верховный правитель России уже многое знал обо мне. К примеру, о том, что я за собственные средства переделал и обслуживаю минный катер. Об изобретённом и изготовленном мною трале охранителе. О парашюте, который сейчас используют для наблюдения. О том, что перевооружил матросов и обучил их абордажному бою. О пограничниках, благодаря мне получивших миномёты и гранаты, а также кое-какие дельные советы по тактике боевых действий, успешно опробованные на хунхузах. О том, что я передал им ручные пулемёты, приобретённые за собственные средства. О доставке в Артур большой партии мёда, оказавшегося отличным средством для лечения ран. Ну и о других моих достижениях, реальных и мнимых.
Как результат, Александр Васильевич проникся ко мне уважением. Чему способствовала не столь уж большая разница в возрасте в одиннадцать лет. Тут у нас всё сложилось, как и с поручиком Лоздовским. Оба офицера успели послужить и, с одной стороны, я им не ровня, но в то же время они не могли не оценить мою светлую голову, личную храбрость и способность вести людей за собой.
Колчака вообще отличала как смелость, так и авантюрный склад характера. Для начала он сам выбил себе перевод в Порт-Артур, едва вернувшись из арктической экспедиции, не смирился с назначением на «Аскольд», как после не усидел и на минном заградителе «Амур». За какой-то месяц лейтенант прошёл через три назначения и в результате оказался на мостике «Сердитого».
Зная об этом из истории в других мирах, я намеренно предложил Макарову переделку геометрии гребных винтов именно этого миноносца. И, несмотря на все недостатки, тот теперь уверенно держал максимальный ход в двадцать семь узлов. Что не помешало ему остаться в распоряжении командующего отрядом подвижной береговой обороны контр-адмирала Лощинского. Иными словами, охрана прохода, патрулирование прибрежных вод близ крепости, минные постановки.
Три дня назад, уже после начала японской десантной операции, его превосходительство решил усилить правый фланг позиций у Цзиньчжоу дополнительными минными постановками. Для выполнения этого задания был отправлен один из пароходов КВЖД, реквизированный для нужд флота, и миноносец. Рисковать минным заградителем «Амур» после гибели «Енисея» он не решился.
Увы и ах, но спасённый мною корабль всё же погиб, наскочив на японскую мину. Радовало только то, что дело ограничилось лишь двумя легко раненными. Остальные благополучно переправились на берег, и капитан второго ранга Степанов в том числе.
Так вот, потерю небольшого судна «Ляодун» его превосходительство полагал вполне оправданной. Тот должен был доставить в Дальний шестьдесят мин, которые следовало установить «Сердитому». На обратном пути, в случае появления кораблей противника, Колчаку надлежало снять команду с парохода, потопить его и уходить в крепость. Ну а оборудование мехмастерской инженера Горского всего лишь сопутствующий груз, подлежащий эвакуации в крепость. Всё вполне логично.
Будучи натурой деятельной, за прошедшие три дня Александр Васильевич успел установить несколько минных банок. Чем именно он руководствовался при выборе перспективных направлений, я не знаю. Но к делу подошёл вдумчиво, для начала хорошенько изучив район минирования.
К слову, в известной мне истории на выставленных им минах подорвался и затонул лёгкий крейсер «Такасаго». В первую мировую на Балтике Колчак заведовал минными постановками и считался мастером этого дела…
- Здравствуйте, Александр Васильевич, - протянул я ему руку, поднявшись на борт.
- И вам не хворать, - ответил на рукопожатие Колчак.
- Возьмёте с собой до Артура?
- Да мне не сложно. Только что вы вообще делаете в Дальнем. Погодите. А это не этот инженер занимается изготовлением миномётов, мин и гранат? - указал он на удаляющегося Горского.
- Именно он. И я очень хочу, чтобы погруженное им оборудование и материалы непременно доставили в Артур. Когда дело дойдёт до осады, возникнет большая нужда в изделиях его мастерской.
- Полагаете, что будет тесная осада?
- Уверен в этом. У нас нет достаточных сил в Маньчжурии, чтобы на первых порах успешно противостоять японцам. И коль скоро сбили отряд Засулича, точно так же потеснят и Фока. И уж тем более на фоне полного бездействия нас, моряков.
- Трудно вам возразить. Спрятались в Артурской луже и нос боимся высунуть, - раздражённо бросил лейтенант. - Ума не приложу, как Лощинский вообще решился отправить меня сюда. Погодите. А не ваших ли это рук дело?
