– Да мужика одного, – Эрих останавливаться вообще не хотел, и снова припав к моим губам, добавил невнятно, – с котом.
Я замерла.
С котом?!
– Ссун! – вырвавшись из объятий, заорала я.
Мне ответили полным страдания:
– Мяу!
Когда я выбежала из раздевалки, моему взору предстала потрясающая картина – исцарапанный Тамран, еще два тайремца с одеждой в хлам и кожным покровом местами тоже в хлам, Гэсом, которого приперли к стенке, и Ссуном, который сидел с самым несчастным видом, как будто это не он тут всех порвал, а одного бедненького его.
– Где Сейли? – было моим первым вопросом.
– Мя-ууу-ввв, – определенно обиделся Ссун.
Ссун лишь внешне был лапочкой и им же придуманным Царским Золотистым, а на деле гад гадом, поэтому его я быстро взяла на руки, иначе хана всем тапкам на борту. Он только Багору не гадил, ну и Сейли потому что, по мнению кота, она принадлежала Багору. А после операции на мозге, которую ему Гэс устроил в надежде, что кот поумнеет и одумается, гадить Ссун начал с размахом, и далеко не путем описывания тапок. Он и повеселее вещи делал – минигранаты в сапог сутенеру, который обижал своих «девочек» и Ссун случайно об этом узнал, или натуральную такую гранату во флайт другому темному дельцу. Ссун был изобретательным. А я всегда кошек любила, с детства как-то мечтала о домашнем питомце, но не было дома, не случилось и с питомцем. В общем квартира была не своя, и питомец не мой личный, но этот кот для меня все равно был не чужим, так что мы с Ниром и Эвином пару раз Ссуна прикрывали, и в общем:
– Ты что на Танарге забыл, маленький? – спросила я у кота.
У изодранных тайремцев глаза округлились, и на меня посмотрели как на идиотку, с котом всерьез разговаривающую. Они просто Ссуна не знали.
«Прилетел с этим, – на языке жестов передал кот.– Куда я его одного оставлю?»
На кошачьем языке жестов, я его месяца два учила, но выучила.
– А Сейли?
«Другое задание», – ответил Ссун.
– Ясссно, – протянула я. – Привет, Гэс.
– Здоров, Мегера. Ты как?– прохрипел громила, держа в удушающем захвате офицера Тамрана, в то время как тот держал его в таком же.
Оригинальное было зрелище.
– Руки пока слабоваты, а так в норме. И это, вы оба, расслабились. Тамран, это Гэс. Гэс, это Тамран. Солнышко ты мое золотое, жрать будешь?
– Мяу, – скромно согласился Ссун.
***
По дороге к столовой я узнала, что Удав сейчас где-то на Тайреме, злой ну… ну как Удав. Короче… хана Тайрему. Ирдэран Нельсвер был схвачен, но не нашими – Танарг подсуетился и догадываюсь, что Эрих им в этом помог. Шайтан очень хотел со мной встретиться, но Багор запретил. В целом контакты со мной теперь были под строгим правительственным запретом, потому что я находилась вообще не в форме и на грани выживания – мои парни разхреначили все же информационную базу танаргского медцентра и вытащили данные о моем состоянии. Оказывается, оно было хреновым. В смысле – совсем хреновым. Так что месяц меня вообще не трогали, потому что реально переживали, что транспортировка меня добьет. Что вообще странно – я не в курсе даже в каком состоянии надо пребывать, чтобы полет на космическом корабле вдруг оказался опасен для жизни. Надо бы побольше инфы вытащить из Эриха, что-то он мне не договаривает явно.
Потом я спросила про Багора и на этом Ссун замялся.
«Шеф уходит» – на языке жестов сказал кот.
– В смысле? – не поняла я.
И Ссун пояснил:
«Любые контакты с тобой официально запрещены. Наши в курсе, что архонт вытащил инфу у спящего Шайтана, а это… сама понимаешь».
Я понимала.
«Багор уходит из-за тебя», – добил меня кот.
– Зачем? – я была так раздавлена этой информацией, что не дошла до столовой, остановилась и прислонилась спиной к стене.
«Это его решение», – просто ответил Ссун.
Глухо простонав, спросила напрямую:
– Ты и Гэс, ваша операция… это с руководством вообще согласовано?
Ссун врать не стал и честно ответил, что нет.
Значит где-то во вселенной сейчас Сейли на задании одна, прикрывая Гэса, который рванул за мной, видимо рассчитывая вернуть меня на Гаэру, и тем остановить уход Багора. Только вот…
– Ссун, – посмотрела на наглое рыжее создание, за которое в далеком детстве отдала бы все свои сокровища разом, просто реально всегда кота хотела, – я и Багор… Нет. Я не смогу. Понимаешь?
Кот фыркнул и быстро втягивая и выпуская когти предложил:
«А может мы грохнем этого адмирала по-тихому и свалим?»
И все бы ничего, но тут такое дело: – Ссун, при всем моем уважении, я сама кого угодно грохну за этого адмирала.
«Ага, теперь понял», – вроде реально понял все кот.
И мы пошли есть.
В смысле он ел, а я угрюмо сидела за компанию и портила ему аппетит всем своим видом.
Потом прихрамывающий Тамран привел прихрамывающего Гэса – один:один.
С Гэсом мы практически не разговаривали. Мне было откровенно стыдно и неловко из-за Багора, ему… стыдно и неловко, из-за того, что его поймали. С Гэсом такое происходило редко.
Я себе только одно высказывание позволила:
– Не стоит оставлять ее одну. Она еще ребенок.
Гэс явно психанул, но развивать тему при посторонних не стали – это внутренние дела подразделения.
Потом пришел Эрих с полотенцем. Накинул его мне на плечи, и осторожно распределил поверх него мокрые еще волосы. Сел рядом. Внимательно посмотрел на безмятежного Ссуна, и спросил у меня:
– Ты понимаешь кошек?
– Я понимаю Ссуна, – резко обозначила границы своих возможностей.
– А Ссун кого понимает? – Эрих начал смотреть на животное с явным интересом.
Ссун не разочаровал и нацарапал прямо на столе на танаргском языке «Всех». Вроде даже без ошибок. Надо быстрее учить танаргский, а то неудобно как-то, даже кот знает его лучше меня.
– Всех, значит, – протянул как-то очень коварно архонт. И бодро произнес: – Слушай, Ссун, есть тут у одного моего хорррошего знакомого одна киска…
Мгновенно вскинувшись, котяра выдал:
«Ни слова больше, гони адрес!»
Естественно уникального языка жестов и когтей никто не понял, ну кроме меня, да.
– Он сказал, давай адрес, – перевела я Эриху.
И тут Ссун выдал еще порцию жестикуляции. Я улыбнулась невольно, и перевела Эриху:
– Ссун сказал, что мои друзья, это его друзья. И он все сделает.
Смотреть на Гэса после этого я уже чисто физически не могла. Гэс не дурак и явно все понял. А я из-за этого, почему-то чувствую себя предательницей.
«Я ему все объясню, не парься, – решил утешить меня Ссун. – Так и скажу, что у тебя течка не на Багора, а на этого, носатого. Кстати, не хочешь ему нос исправить?»
– Слово на букву «т» не катит! – высказалась я.
Ссун подошел, молча поставил мне лапу на плечо и от этого, стало чуток легче, но смотреть на Гэса я все равно не могла. А о том, что придется посмотреть когда-либо на шефа и думать не хотелось. Вообще.
***
Эрих с Ссуном вскоре ушли, причем вполне довольные друг другом, Тамран сказав, что скоро вернется, а на дверях охрана, утопал штопаться.
Остались Гэс, я и пустая столовка.
– Слушай, я понимаю, что свой долг родине ты уже отдала, – начал Гэс.
Тут да, у меня было преимущество – я не спец S-класса, в которого государство вбухало кучу денег, и как бы такой спец он да, он должен. Я свой «долг» отдала за десять лет изматывающей службы в десанте, и с моих двадцати пяти мне теперь по идее должна была сама Гаэра – пенсию, помощь в социальной адаптации и все такое. И я умом понимала, что могу в любой момент написать заявление по собственному, но… даже представить себе такой поворот событий не могла. Это было что-то за гранью, это…
– Я знаю, что ты не в курсе, – продолжил Гэс, – но шеф он…
– Заткнись! – сама от себя такой злости не ожидала.
Но, твою мать, да сколько можно?!
– Ты, Удав, даже люди Исинхая все в курсе по поводу шефа. Все! Как один! Но вот только никому из вас как-то не приходит в голову, что чувства другого человека, это чувства другого человека. И не надо ползать по чужой простыне с ультрафиолетовым фонариком, выискивая следы биологических жидкостей. Это унизительно, Гэс, и унизительно не только для меня!
