И улыбнулась Эриху.
Он улыбнулся мне в ответ.
Запах цветов вокруг стал сильнее, и еще сильнее, и еще…
Риантан Харсейди поднялся, склонил голову и произнес:
– Тактично оставлю вас наедине. Миледи Дагрэй искренне рад, что вам стало лучше. Эрих.
И танаргский чуть круче по чину, чем генерал на Гаэре, покинул террасу.
Проследив за уходом этого военного, я едва слышно спросила у Эриха:
– Почему мы здесь?
Пауза, и едва слышное:
– Потому что я доверяю Рэнделу.
Вот оно как.
– Мы останемся здесь еще на несколько дней, – продолжил Эрих. – Все вопросы решим… позже.
Ааа, малыш ты мой любимый, сообразил, наконец, что доверять здесь никому и никогда нельзя.
– Я бы прогулялась, – протянула мечтательно.
И услышала резкое:
– Нет!
В следующий миг Эрих сам был потрясен своей столь яростной реакцией, но только на миг. Стремительно наклонившись к моим губам, он нежно прикоснулся к ним и произнес:
– Мэл, ты пока не можешь ходить. Прости. Мне жаль. Мне очень жаль. Мне безумно жаль всего, что случилось, и того, что случилось с тобой, жаль особенно. Прости. Я не знал. Когда искал тебя, когда хотел получить, когда за азартом погони, не обратил внимания на собственные чувства.. Я не мог даже представить, что ты станешь для меня важнее моей жизни, важнее моего мира, важнее всего для меня. Мелани, я…
Я посмотрела на его лицо, бледное, почти обескровленное, на седину, редкими серебряными блесками пробившуюся на висках, на морщинки, залегшие на переносице, на тени, залегшие под глазами. Эрих был на грани.
А мне категорически требовалась передышка.
А значит с Танарга пора бежать.
– Сопли-слюни вытер, не баба, – мрачно прервала я исповедь Эриха.
И он замер на полуслове, потрясенно глядя на меня.
А его темно-серых глазах расползалось недоумение с недоверием вместе.
А я, потянувшись ослабевшим и каким-то истончившимся телом, грубо добавила:
– Замуж в мундире я выходить не стану, учти. Мне нужно платье. И туфли. И…
– Хорошо, – произнес Дагрэй, определенно раненный моими словами и моей грубостью в самое сердце, но… я видела, как с ним мать разговаривала, так что ему не впервой – переживет.
– Еще украшения, в танаргских не хочу.
Взгляд архонта становится напряженным. Но я не от него собиралась скрывать свой побег.
– И чулки. Классные такие. Прочные.
Если бы он мог что-то сказать, он бы сказал… но произошедшее нападение определенно заставило его пересмотреть границы своего доверия. Не удивлюсь, если теперь в круге его доверия осталась вообще только одна я.
– Организуешь полет на Химеру? – спросила игриво.
– Почему именно Туманность Химеры? – своего напряжения он скрыть не мог.
– Ооо, – мечтательно протянула я, – там есть охрененный дизайнер свадебных платьев. Всегда мечтала примерить хоть один из его шедевров.
Эрих улыбнулся и произнес:
– Я куплю тебе их все.
Это вряд ли, чувак давно умер, я лично его пристрелила, если уж честно, но:
– Спасибо, любимый.
***
Вылетели спустя два дня. К этому времени я смогла более-менее ходить, но первую встречу с зеркалом забыть оказалось… стремно. В зеркале передо мной отразилась девчонка лет пятнадцати. Тощая. Такая по-девичьи тощая, когда вроде и анорексия здравствуй, а вроде как все в норме, просто организм стремительно растет. Короче, я была ничего так, только очень тощая, и совсем юная. В общем Эрих не врал, говоря что усилители не стареют. Здравствуй вечная молодость, чтоб тебя.
Вылетала с Танарга я в платье, потому что ни один мундир на меня не сел.
Риантан Харсейди, который летел с нами, и я сильно подозреваю, что не по собственному желанию, странно на меня поглядывал, но в итоге поделился с Эрихом предположением, что у меня гормоны скачут, как у подростка, поэтому я такая нервная и на месте сидеть не могу.
Но это были не нервы – стимуляторы.
Сама коктейль делала, так что весь спектр побочных эффектов пришлось испытывать тоже самой, но мне нужно было прийти в норму максимально быстро, так что выбора особо не было.
А Эрих нервничал.
Заметно и существенно.
Я в целом не знаю, в какой момент между нами начало формироваться это чувство, приведшее к подобным последствиям, но хреновее всего от происходящего было именно Эриху. Снотворные он больше не принимал, спал с оружием, даже в спальне в особняке риантана Харсейди стояла сотня датчиков движения и сигнальных систем. И я понимала почему – при нападении на наш корабль Эрих проиграл. И если бы не мое вмешательство, меня бы там все славно поимели. Зная Эриха, я даже не сомневалась в том, что он оклемается, вытащит меня и отомстит им всем по полной программе, но… Видеть свою женщину пущенной по кругу то еще удовольствие. И для парня, выросшего в условиях, где такой же участи подвергали его мать, это было… убийственно.
И мне бы поговорить с ним. Просто поговорить и обсудить ту ситуацию, но… не при танаргцах. Они, конечно, милые ребята, как оказалось, и в целом – неплохая планетка, если уж честно, но в правительстве у них мрази последние. А этого костоправа я таки найду. Тварь, он у меня получит парочку «инъекций», да таких, после которых мучительно дохнут лет десять. Нужно будет связаться с Удавом, он толк в таких вещах знает.
И тут Эрих посмотрел на меня. Я на него.
Вопрос и тревога в его взгляде.
Решимость и уверенность в моем.
Мне хотелось бы протянуть руку, коснуться его ладони, и сказать, что все будет хорошо. Но не при Харсейди. Да и прикасаться к своему телу Эрих мне теперь не позволял – боялся за меня. Зря, милый, это же я – так что они пусть боятся.
Туманность Химеры
Я обожала это место! Просто вот любила всей душой, сердцем и кошельком. Кошельком особенно – здесь идентификация шла сходу именно по кошельку, правда знали об этом лишь избранные. Держала это местечко по большей части группировка Исинхая, так что внешне все было максимально прилично – идеально чистый супер современный космопорт, для Танарга так вообще отдельный, как впрочем и для Гаэры, и потому я не боялась встретить своих раньше времени.
Но вот кого я не ожидала встретить вовсе, так это свой ночной кошмар – Кейсиди Моррис.
Начиналось все вполне нормально. Мы с охраной и в сопровождении Харсейди спустились с корабля, прошли паспортный контроль, причем по документам я оказалась урожденной танаргкой, что меня слегка… скажем так удивило. После мы двинулись к выходу из космопорта в один из самых огромных во вселенной торговый центр, тот вообще на пятидесяти уровнях располагался. Вышли себе, вклинились в толпу и толпа опасливо разошлась, формируя вокруг нас стремительно пустеющие пространства, потому как… в охране у риантана Харсейди были и гаракхай, а их черную форму знали везде, и тут вдруг…
Сначала словно шепоток прошелся по торопливо убирающейся с нашего пути толпе. Потом такой словно ветерок. А потом Харсейди тормознул и сделал то, чего вообще никогда не делал – обронил сигару изо рта. Да и охрана его охренела тоже, так что…
Я могла даже не поворачиваться, чтобы понять, кто к нам идет.
И я не обернулась, нет, хотя следовало бы, я в этот момент почему-то смотрела на Эриха. Сама не знаю зачем, но… когда Дагрэй взглянул на идущую к нам девушку, мое сердце вообще замерло. Просто я знаю Кей, она офигенная. Я никого офигеннее нее никогда не видела. У нее красота фантастическая, и дело не во внешности – она как-то красива вся. Взгляд, поворот головы, движения – в ней чувствовалась эта красота. Просто как-то чувствовалась. И реагировали на нее все и всегда соответственно – с открытым ртом.
Я сама так отреагировала, когда впервые увидела Кей, но вот сейчас… вдруг поняла, что я сдохну от боли, если на нее так же посмотрит Эрих. А Дагрэй как и все взглянул в сторону приближающейся нереально красивой девушки, только равнодушно как-то взглянул, после чего смотрел уже только на меня, явно не понимая причин моей тревоги. А я это…
