"Фантастика 2024-159". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хай Алекс

— Вылезай давай. Пойдем в зал, — поторопил я Серегу и помог ему выбраться. — Мда, придется тебе немножко отредактировать фотокарточку…

Я помог Воронцову прошмыгнуть мимо толпы девиц и остановился, почуяв табачный дым.

— Аня?

Грасс осторожно высунулась из-за беседки.

— Ага. Иди сюда, не выдавай меня.

— Кури в положенном месте — и не будешь рисковать.

Грасс растянула ярко накрашенные губы в нахальной улыбке.

— Без риска неинтересно.

Это я уже о ней понял. Если хочешь что-то сказать об Анне Грасс, скажи, что тормоза у этой девицы есть лишь на ее мотоцикле. Хотя и это спорно — прошлым летом имел я неосторожность согласиться на то, чтобы она меня покатала. И после этого вырвала из головы пару седых волос.

— Какие планы? — потушив первую сигарету, Грасс спрятала окурок в карманную пепельницу и тут же закурила снова. Всегда высаживала по две за раз.

Я пожал плечами.

— Далеко уезжать не буду. Нужно продолжать искать.

— Мы роем землю уже больше года, — раздраженно ответила Грасс. — Они словно в ад провалились. Ничего.

— Залегли на дно, но вряд ли сделали все, что собирались. Так что вылезут, не волнуйся, — сказал я. — Нужно просто следить и подмечать любые отклонения от привычек наших аристократов.

Аня с сомнением покосилась на меня.

— Я опасаюсь, что они могут начать работать по-другому. Мы не можем пролезь всюду. И если их работа началась на уровень выше…

— Придумаем что-нибудь. Пока просто смотрим, слушаем и анализируем. К слову, какие планы у тебя?

— Разыгрывать из себя послушную дочку, — фыркнула Грасс. — Наверняка в этом году станут с двойным усердием таскать меня по балам, желая подыскать мне выгодную партию.

Я не выдержал и рассмеялся.

— Что ж, удачи им.

Грасс ответила испепеляющим взглядом.

— Тебе не понять этого. Ты — мужчина.

— Но и меня могут однажды заставить жениться, — пожал плечами я. — У аристократов много привилегий, но есть рамки, которые здорово ограничивают свободу. То не говори, туда не ходи, этого не делай, веди себя подобающе, делай то, чего от тебя ждут. А иначе — всеобщее порицание и остракизм. Кроме того, многие знатные семьи понемногу отходят от старых традиций. Наследникам все еще приходится туго, но ненаследным детям…

Анька потушила вторую сигарету.

— Моя семья придерживается слишком традиционных взглядов. Более того, они будут искать для меня артефактора. В любом случае осталось пережить всего несколько месяцев. Если выдержу до начала третьего курса, уйду на психометриста, и они потеряют надо мной власть.

Так, пора заводить записную книжку. Отметим еще одно дело — встретиться с Грасс в более спокойной обстановке и попытаться убедить ее, что гробить свою жизнь на психометрию — не единственный выход в ее ситуации.

— Купаться любишь? — Внезапно спросил я, и Грасс вытаращила густо подведенные глаза.

— Это сейчас к чему было?

— Заезжай к нам в Ириновку. Можешь на своем мотоцикле, если хочешь. Устроим пикник на берегу Ладожского озера. Есть там хорошее место с плавным заходом в воду, и дно не такое каменное.

Грасс ухмыльнулась.

— Просто признайся: ты хочешь увидеть мой зад в купальнике?

***

Как же, черт возьми, было круто возвращаться в Ириновку не на такси, а пусть и не на своей, но охрененно крутой тачке!

Как чувствовал, не стал много пить накануне, поэтому проснулся с ясной головой. Подхватил дорожную сумку с барахлом первой необходимости, добрался до Вознесенского — в городе я предпочитал оставлять готического монстра Матильды именно там.

И сам не понял, как мне на хвост упал Серега. Умел Воронцов быть незаметным, но прилипчивым.

— Тебе куда? — Обреченно спросил я, когда Серега не пожелал дожидаться шофера от князя.

— В Ново-Знаменское, на Петергофской дороге!

Я прикинул расстояние и помрачнел. Охренеть какой крюк.

— Ладно, — проворчал я. — Но в следующий раз предупреждай. И пристегнись: я тороплюсь.

Монстра по имени Витя завелся со звериным ревом — так что Серега подпрыгнул от неожиданности.

— И как ты с ним управляешься? — прошептал он. — Страшный же…

Я нежно погладил увенчанный черепом рычаг переключения передач.

— У нас с Витей особая связь.

Воронцов, однако, быстро расслабился на пассажирском сидении и увлеченно пялился в окно, разглядывая проносившиеся мимо особняки.

— Выкладывай, на кой черт ты отменил шофера, — не отрываясь от дороги, спросил я.

— С чего ты взял, что я специально?

— Потому что ты любишь ездить с шофером, — напомнил я. — Прямо кайфуешь от того, когда тебе открывают двери и держат над головой зонтик. Так зачем ты тащишь меня в Ново-Знаменское? Твоя хитрость белыми нитками шита.

В этом населенном пункте с весьма непримечательным названием скрывалась настоящая жемчужина елизаветинского барокко — Воронцова дача. Она же — летняя резиденция князя Воронцова. Красивое трехэтажное бело-голубое здание возвышалось над аккуратно подстриженными газонами усадебного парка — князь даже раз в год выпускал открытки с видами усадьбы, и я как-то приобрел их, чтобы получше ориентироваться в архитектурных стилях.

Расположенная недалеко от Петергофа, эта усадьба соседствовала с “дачами” других видных аристократов. Получалась своего рода целая “золотая миля” на побережье Финского залива. И летом там кипела жизнь — приемы, балы, вечеринки и другие праздники.

Воронцов покосился на меня и драматично вздохнул.

— Ну вот, ничего от тебя не утаишь.

— С некоторых пор не люблю сюрпризов. Отвечай, Серега, иначе вышвырну на полном ходу. Ты бессмертный, все равно заживет.

— Ладно, — сдался Воронцов. — Мой отец хочет с тобой познакомиться.

— Мы друг другу представлены.

— Было всего раз, и то на балу. Нет, мой отец хочет познакомиться с тобой более близко.

— Зачем я нужен князю?

— Потому что ты мой друг. Потому что тебе тоже покровительствует Ксения Константиновна. Потому что ты — носитель родовой силы.

— А за мной не будет ходить лакей и тут же подметать следы, потому что я оскверняю жилище истинного аристократа? — начал ерничать я, но Серега моей иронии не оценил. — А то позорный герб еще и не такой эффект на людей оказывает.

— Зря ты так, — скуксился Воронцов. — Отец пытается со мной сблизиться. Честно говоря, я этого совсем не ожидал и не был к этому готов. Думал, все будет более… по-деловому. Но он правда хочет, чтобы между нами возникло взаимопонимание. И в том числе хочет знать моих друзей.

Ага, конечно. Мир, дружба, жвачка и розовые пони скачут по радуге. Тьфу ты.

Князь наверняка хотел убедиться, что Серега не спустит все фамильное богатство, а для этого пытался выяснить, что из себя представляет сыночка-корзиночка. В том числе князь, не будь дураком, пробивал и все контакты и знакомства Сереги, пытаясь выяснить, кому из друзей наследника можно было доверять.

Что ж, жест здравый, и князя следовало уважить. Жаль, что Сергей раньше не предупредил — я был, прямо скажем, не в лучшем виде для визитов, пусть и в летнюю резиденцию.

— Ладно, — сдался я. Непробиваемая наивность Сереги частенько меня обезоруживала. — Если для тебя это важно, мы встретимся. Но что ж ты раньше-то не предупредил?

— Отец просил сделать все неожиданно. Хотел увидеть, какой ты в жизни. Без лоска и наигранности. Он у меня сам не большой любитель роскоши.

Вот же зараза! И не поспоришь — батя делал все правильно, а Серега настолько хотел ему нравиться и заслужить похвалу, что беспрекословно выполнял все поручения.

Мы как раз подъезжали к Ново-Знаменскому, и что-то во всех этих открыточных видах как раз прослеживалась любовь к роскоши. Я свернул на подъездную дорогу, Витя низко заурчал при переходе на нижние передачи.

— Красота, конечно, — хмыкнул я, разглядывая дачу.

Трехэтажный дом с двумя боковыми пристройками — много света и стекла. А над тремя этажами- башенка, тоже остекленная по кругу. Рай для художника, наверное.