ЭХО-012. Книга I (СИ) - "allig_eri"

Соседей будто бы и не было, что, после короткой паузы, заставило меня заглянуть на кухню, как следует ту изучив.

Холодильник, микроволновка, маленькая плита с двумя конфорками. Холодильник почти пуст. Лишь в углу сиротливо стояла полупустая банка кетчупа. В морозилке лежал покрывшийся льдом кусок непонятно чего. Вообще ни единой мысли.

— «Доверие» к соседям или все питаются исключительно на заказ? — задумался я, а потом полез обыскивать кухонные шкафчики.

Пара кастрюль и сковород, мука, вскрытая пачка лапши, соль, пустая бутылка дорогого на вид алкоголя: «Макаллан» — виски восемнадцатилетней выдержки, если верить этикетке.

— Неплохо, — присвистнул я, мгновение думал, выкинуть ли, но всё-таки оставил там, где нашёл.

Зато следующий отсек шкафчика «порадовал» россыпью засушенных тараканов, коих я брезгливо смахнул в найденный мусорный пакет, который, кажется, не выносили уже пару недель.

Поморщившись, завязал мешок покрепче, а потом наскоро прошёлся по своей комнате, устраняя наиболее крупный мусор. Лишь после этого, под громовые трели желудка, направился завтракать в небольшую кафешку, привлёкшую моё внимание.

Впервые за всё время пребывания в этом мире сумел нормально, мать его, пожрать! До этого только перехватывал разную дрянь на ходу. Так и до гастрита недолго.

Омлет с четырьмя хрустящими полосками бекона, ломтики жареной с луком и перцем картошки, два тоста с маслом и здоровенная кружка горячего кофе, который мне ещё и бесплатно подлили, когда я выпил его чуть ли не залпом!

За всё это великолепие три доллара плюс ещё один я оставил на чай, ведь иначе меня бы в следующий раз сюда не пустили. Шутка. Наверное.

— Ладно, надо составить список дел, — промокнул я губы салфеткой, а потом достал небольшой блокнот и ручку, найденные в комнате Иэна. Моей комнате! Надо привыкать, что теперь он — это я.

Вздохнув, почесал висок обратной стороной ручки и приступил к работе.

Спустя сорок минут направился реализовывать неплохой как будто бы план. Первым делом зашёл в магазин, прикупил дешёвой сивухи за три бакса, шоколадку — непременно с фольгой! — и прозрачный лак для ногтей в соседнем отделе косметики.

По хорошему, ещё бы клея и фен, но… Первый я хер знает, где искать. Канцелярского по пути не заметил. Второй, даже дешёвый, стоил почти шестнадцать баксов и меня откровенно давила жаба. Я, сука, сэкономить решил, а не просаживать последнее, что есть!

Нет, можно попросить Эби — уверен, у неё найдётся, — но во-первых у нас как будто бы не те отношения, а во-вторых, придётся ждать, когда она вернётся, что может быть уже поздним вечером.

А у меня не так много свободного времени. Значит, придётся использовать подручные средства. Эх…

Вернувшись в квартиру, достал бутылку из-под дорогого «Макаллана», аккуратно промыл (чтобы не повредить этикетку!), потом перелил туда купленную бормотуху, оставив небольшую воздушную подушку в полтора сантиметра от горлышка.

— Как будто бы неплохо, — хмыкнул я.

На руку шло, что стекло слегка затемнённое, отчего цвет жидкости внутри угадывался слабо. В принципе можно было вообще воды налить. Или чая. Но я решил столь явно не наглеть. Глядишь, открывший сей презент профессор ни хера не поймёт, оставшись довольным подарком. А вот за воду мне точно влетит по самое не хочу.

Проблемой оставалась крышка. Пробка имелась, но горлышко голое. Любой, хоть раз державший в руках нечто премиальное мгновенно меня спалит. Благо, тут на руку сыграла шоколадка, в которой я позаимствовал фольгу.

Аккуратно развернул её, стараясь не мять. Вырезал ножницами квадрат, стараясь, чтобы края вышли ровными. Получился достаточно большой кусок, которого хватило, чтобы закрыть пробку и опуститься вдоль бутылки сантиметров на пять.

Положил квадрат по центру пробки, прижал края вниз, вдоль горлышка. Проблема была в том, что фольга неизбежно собиралась в складки там, где горлышко сужалось. Чтобы избежать лишних заломов, я распределил их по кругу, будто собирал шторку. Получилось четыре ровных вертикальных складки.

Потом взял кухонное полотенце, обхватил горлышко через ткань и с нажимом начал втирать круговыми движениями, стараясь не порвать. Фольга постепенно прижималась к стеклу, заломы исчезали, металл повторял рельеф горлышка.

По нижнему краю прошёлся обратной стороной ложки — получилась чёткая ровная линия, как будто так и было задумано. Купленным бесцветным лаком чутка обмазал концы, где фольга соприкасалась со стеклом бутылки.

Подождав, пока он засохнет, протёр получившуюся «упаковку» каплей растительного масла на краю полотенца — убрал отпечатки пальцев, заставив фольгу заблестеть.

Отошёл, посмотрел.

Мой старый армейский старшина сказал бы, что я зря трачу талант, но в вопросах очковтирательства важна каждая мелочь. И… честно говоря, выглядит лучше чем ожидал. Довольно убедительно. Не идеально, если рассматривать вплотную и знать, что ищешь, но на столе в кабинете, когда тебе протягивают бутылку и говорят «спасибо за помощь» — никто не будет рассматривать настолько подробно.

И вообще, обычно смотрят этикетку, а не фольгу возле пробки!

— Презент готов. Можно ехать в универ.

Часть IV

Глава 15. Полицейский участок

Адрес своего университета я обнаружил, покуда перебирал долговые бумажки Иэна. Ещё раз клятвенно пообещав себе, что сегодня точно-точно наведу порядок в этом хлеву, направился к метро.

Нью-Йоркский институт прикладных наук оказался примерно таким, каким я его представлял — серая бетонная коробка. Непонятная и слегка враждебная. Три этажа, доски объявлений с распечатками, студенты с рюкзаками, которые куда-то деловито спешили, будто уже имели план на всю свою жизнь.

У меня план на жизнь тоже имелся. Просто он был другого рода.

— Откуда столько народу? Сейчас же лето, каникулы, не? — сам у себя негромко спросил я.

В руках нёс был пакет с бутылкой. Хорошее виски — начало хорошего разговора. Примерно так говорил мой дядя в прошлом мире. Хотя скорее всего он имел в виду немного иное.

Остановившись посреди холла с видом человека, который точно знает, куда идёт, я осмотрелся по сторонам. Потом медленно прошёлся вдоль стены, скользя взглядом по табличкам. Кафедра биологии. Кафедра истории. Деканат. Туалет.

Ничего полезного.

Мимо прошла девушка с горой папок.

— Привет, — обратился я, — не подскажешь, где кабинет экономической теории?

— Двести двенадцатый, — индифферентно ответила она и пошла дальше.

— Второй этаж, значит…

Коридор был длинным, с флуоресцентными лампами, одна из которых мигала. Ещё головной боли мне не хватало! Вокруг сновали толпы людей, как молодых, так и не очень. То ли я пришёл в день экзаменов, то ли тут учились летом — хер бы его знал.

По пути наткнулся на стенд с расписанием — листы формата А4, напечатанные мелким шрифтом. Часть висела косо, часть выцвели или были напечатаны на принтере с минимумом чернил.

Присмотревшись, нашёл экономическую теорию и профессора: Леджера Пеннингтона.

— Хотя бы теперь знаю, как его зовут.

Мне повезло, сегодня был приёмный день.

Возле двести двенадцатого находилась небольшая очередь.

— Я не студент, — заявил я парням и девушкам, уверенно проходя мимо.

Несколько удивлённых взглядов и едва слышное ругательство в спину — вся их реакция. Открыв дверь, я обнаружил внутри профессора. Лет пятьдесят, средний рост, небольшой живот. Растительности на лице не имелось, а в волосах мелькала седина. На носу — очки в тонкой металлической оправе. Твидовый пиджак, рубашка без галстука, брюки со стрелками. Более ничего видно не было.

Он читал что-то в папке и не поднял глаз, когда я вошёл.

— Я же просил подождать за дверью, — заявил он, продолжая пялиться в бумаги.

— Я не жду за дверью, — слабо улыбнулся я.

Это дало эффект. Пеннингтон оторвался от записей и уставился на меня.