Легион (СИ) - Кораблев Родион

— Видимо, ему нужно было время привыкнуть, — согласился Алекс.

Тем временем Хемет дал адептам время обдумать увиденное и продолжил:

— Вы не просто изменились — отныне вы связаны с Бесформенным неразрывной связью. Ваша судьба изменилась, и чем раньше вы это поймете, тем лучше. А кто не поймет — умрет! Поверьте, то, что я вам показал — это лишь часть моих возможностей. Любое применение навыков против братьев будет строго караться. А теперь осваивайтесь. Но пока вы не можете покинуть эту зону. Это случится только после того, как вы добровольно трансформируете хотя бы одни старые врата в окно к нашему Господину! Или… потеряете разум и превратитесь в еще одного монстра. Кстати, это часто бывает с теми, кто не хочет принять свою судьбу. Все! Здесь задержатся несколько моих братьев, они объяснят детали…

Хемет развернулся и исчез. Туман вновь стал непроницаемым.

— Мда… впечатляет! — протянула Мирам. — Но почему Хемет? Помнится, у Достойных был другой лидер — Каег. Интересно, где он?

— Вот пойдем и выясним это, — предложил Алекс.

— Ты слышал, что нам нельзя покидать это место.

— Хм… это больше зависит от возможностей. А они у меня не изменились. Так что пойдем прогуляемся.

— Но почему Каег? — не унималась Мирам.

— Потому что, если у тебя забрали власть, ты охотнее идешь на контакт…

Глава 13

Чужак

Ферма. Каег.

Два адепта сидели в небольшой палатке посреди безбрежного красного тумана. Эманации Фермы, конечно, беспрепятственно проникали внутрь импровизированного убежища, однако огороженное пространство создавало иллюзию нормальности. А это давало психологический комфорт, так необходимый сейчас всем Достойным, включая Каега и Доллу. По этой же причине перед ними стоял столик и пара бокалов с вином — остатки былой роскоши.

Вообще, после каждой трансформации — она же милость Господина — требовалось отлежаться и прийти в себя, чтобы не повредиться в уме. Здесь и сейчас это было особенно опасно. Вот Каег с Доллой и «праздновали», как могли. Тем более их можно было поздравить — они не потеряли разум и не приобрели новые органы или конечности. Правда, ни одни из старых врат тоже не переделали, а значит, их ждет новая принудительная трансформация.

Но все равно это был неплохой результат даже по меркам других Достойных. Считалось, что чем дольше ты удерживаешься от «грязного» пути — то есть не превращаешься постепенно в монстра — тем больше у тебя шансов стать истинным слугой Бесформенного. В перспективе — получить высокий уровень, потому что разумные важнее. Мол, монстров у Бесформенного и так много, поэтому его интересуют именно слуги-адепты.

А то, что они не сразу трансформируют врата… это дело наживное. Рано или поздно смогут, и тогда их путь ничем не будет ограничен. Трансформация — это просто испытание на стойкость. Чтобы отделить слабых от сильных… Народ даже поговаривал, что им будут выдавать столько ресурсов, сколько они смогут принять. А ресурсов у Бесформенного было много. Собственно, он сам являлся ресурсом, за которым охотились остальные адепты Радиусов. Поэтому счастливчиков, переживших Ферму, ждет светлое будущее. Надо только потерпеть.

Каег в подобные слухи не особо верил, но и не спорил с ними публично…

— Достойные слишком много выдумывают, — проворчал он. — Это потому, что все сидят без дела и у них полно лишнего времени.

— Как у нас? — сипло усмехнулась Долла.

— Да, как у нас. Но мы не все! — отрезал Каег. — Мы не верим в сказки.

— Считаешь, что при тебе такого бардака не было бы?

— Я бы нашел, чем занять всех. Уж придумал бы что-нибудь.

— Раньше было проще, — криво улыбнулась Долла. — Мы могли прятаться и выживать. А сейчас у Достойных впервые появился свой уголок. Так что не стоит их сильно винить за безделье. Мы просто нагоняем упущенное.

— Вот только сейчас мы даже уйти с Фермы не можем, — буркнул Каег.

— Тем более. Поэтому и строим планы. Чем тебя планирование-то не устраивает?

— Тем, что Ферма и наша трансформация — это большой эксперимент, результатов которого никто не знает и не понимает. Ни мы, ни Хемет, ни даже Фест. А без этого планировать нечего!

— Возможно, ты прав… но, честно говоря, я хочу побыстрее измениться, — вдруг призналась Долла.

— Что⁈ — изумился Каег. — Почему?

— Я устала терпеть все это. Пора признать, что трансформация должна прийти к какому-то логическому завершению. Лучше сохранить разум и стать слугой Бесформенного, чем превратиться в монстра. Сегодня многие не выдержали, я потеряла несколько хороших знакомых.

— Но мы не знаем, что будет, если посвятить Бесформенному все врата! — всплеснул руками Каег. — Хотя совершенно точно нас будут сильнее контролировать. Определять каждый шаг.

— Нас и так контролируют все, кому не лень, — пожала плечами Долла. — Школы, Совет, Второй Радиус… А так мы просто выберем себе нового хозяина.

— Есть большая разница во внешнем контроле и внутреннем! Ни один адепт не хочет превратиться в безмозглого монстра. Даже если это истинный монстр Бесформенного.

— Бесформенный не сделает нас чудовищами. Если бы хотел, давно бы сделал. Думаю, у него иные планы на Достойных. Тут я с Хеметом согласна.

— Главное — не внешний вид, а возможность распоряжаться своей судьбой. Хотя бы минимально. Мда… не ожидал от тебя такого, — покачал головой Каег. — Считал, что ты будешь сопротивляться подольше.

— Я просто не вижу смысла в упорстве, — с горечью произнесла Долла. — Время идет, а риск нарастает. Если бы у меня была цель или твердый план, я бы боролась.

— Гм… а как же вера в мою удачу? — усмехнулся Каег. — Несколько часов назад ты в нее еще верила.

— С каждой трансформацией моя вера падает, босс. Сегодня я сама едва не потеряла сознание. Подошла к самому краю… В общем, в следующий раз я приложу все усилия, чтобы трансформировать эти проклятые врата. Хотя бы статус повышу. Мы слишком далеко зашли на этом пути. С него уже не свернуть…

Неожиданно снаружи послышалось покашливание, а следом смутно знакомый мужской голос произнес:

— Не помешаю?

Каег насторожился. Обычно другие Достойные не тревожили его. Тем более в красном тумане всем хватало места, а конфликты не поощрялись. И даже если бывший Достойный вдруг превращался в монстра, он не нападал на своих и вообще никак не реагировал на бывших товарищей. Как будто у него полностью пропадал интерес ко всему за пределами его маленького мирка. Но такие несчастные не задерживались надолго на Ферме. Они бесследно исчезали. Вероятно, Призыв уводил их дальше.

Впрочем, Ферма была слишком большая, чтобы утверждать наверняка…

— Я пришел с миром. Хочу просто поговорить! — нагло заявил голос, после чего в палатке появилась новая фигура.

Вообще, мобильные палатки только назывались палатками. На деле это была достаточно прочная конструкция, способная выдержать открытый космос, глубины морей и агрессивную среду. Чаще всего они напоминали небольшие жилища, а дорогие модели даже умели перестраиваться в космические дирижабли и путешествовать. У Каега была именно такая. То есть проникнуть внутрь без его разрешения было сложно — противнику требовалось либо разломать стену, либо пересечь ее… другим способом.

Как это сделал их гость.

С одной стороны, подобные таланты не были большой редкостью, особенно у пространственников, а с другой — местные Достойные после получения новых врат и парочки трансформаций превратились в неумех, поскольку ко всем их навыкам начала примешиваться новая Сила. И Ферма этому только способствовала.

Да, они все хорошо знали Бесформенность и долго изучали ее, но одно дело изучать, а другое — восстановить способности до прежнего уровня, а тем более подняться выше. Это, кстати, Хемет им обещал и даже местами демонстрировал на собственном опыте. По его словам, со временем Достойные обгонят элиту великих школ. А самые способные сравняются чуть ли не с Троими! Если переживут Ферму, конечно.