Утро… Джинджер не выдержала, пришла посреди ночи и устроилась рядом с Алексом на диване. Коту пришлось переместиться на кресло, но он не стал громко возмущаться, а принял это как неизбежность. Пес вообще сделал вид, что его это не касается — как спал под окном, так и продолжил дрыхнуть, разве что ушами пошевелил на всякий случай.
Джинджер вроде как и сердилась, но делала это больше для проформы. Тем более, что сама все это заранее предсказала, просчитала, придумала, как использовать… К тому же Алекса чуть ли не впервые со времени гибели Бриджит перестали мучить кошмары, он уже не просыпается посреди ночи и не зовет ее. Джин совсем недавно рассказала ему об этом. Ведь это очень тяжело — быть рядом и слышать, как во сне называют чужое имя. Пусть даже и погибшего человека…
Алекс тихонько погладил Джин по руке и плечу, она сонно приоткрыла один глаз и спросила:
— Что, уже встаешь?..
— Минут через десять пора…
— Тогда сделай что-нибудь на завтрак, я тоже в город поеду… Дела…
— Джин, я завтра утром вылетаю.
— Тогда сегодня вечером не задерживайся, хорошо? Или вообще сразу после обеда возвращайся.
— Постараюсь, Огонек…
Алекс на завтрак решил ограничиться омлетом, чтобы долго не возиться. Включил для Джин кофемашину, сам с чуть заметной гримасой стал пить травяной чай. Кстати, букет все-таки стоял в подходящем кувшине, и сейчас в кухне смешались запах горячего кофе и сильный цветочный аромат.
Когда закончил с готовкой, вошла Джинджер, снова представшая в образе успешной бизнесвумен.
— Джин, замечательно выглядишь! — совершенно искренне откомментировал Алекс.
— Ты тоже, — парировала она. — Наконец-то улыбался во сне, а не вздыхал.
— Прости, пожалуйста… Если бы я только знал…
— …То все это время спал в другой комнате? Ладно, будем считать, что это помогло тебе прийти в норму. Только прошу — не прибегай к данному лекарству слишком часто.
Джин подошла к Алексу и погладила его по щеке:
— Знаешь, если бы ты сразу забыл о Бриджит — я бы очень сильно разочаровалась. А теперь убедилась что права, решив связать свою жизнь с тобой. Как только вернешься из рейса — пойдем и сделаем то, к чему так долго готовились. Зря, что ли, я девичник устраивала?..
Они уселись за стол и начали неторопливо завтракать, а через четверть часа разъехались каждый по своим делам.
Вечером красный «Гелендваген» Джинджер уже давно стоял под навесом, когда Алекс аккуратно припарковал своего «Буцефала» рядом и пошел к дому. Джек бдил на пороге веранды, и когда Алекс приблизился к дверям, гавкнул и побежал к углу дома. Там он остановился, посмотрел на хозяина и снова гавкнул. Зовет за собой, что ли?
За домом, на топчане возле бассейна лежала Джин, сегодня опять надевшая купальник желтого цвета. Тень от зонтика закрывала ее полностью — не нужно ей сейчас загорать на солнце.
— Вот и я!
— Отлично, через час или два будем с тобой обедать… или ужинать? — отозвалась она. — Привезла кое-что, пока в холодильник поставила. Давай, переодевайся и ныряй в бассейн.
Алекс вышел из дома и с разбега прыгнул в прогревшуюся за летний день воду. Спустя несколько минут вылез и попытался расслабиться в кресле возле бассейна. Чуть было не задремал, но Джинджер плеснула на него водой, так что пришлось снова нырнуть в бассейн и гоняться за ней. Конечно же, не смог догнать, пока она сама не остановилась и не обняла его:
— Все, пора заканчивать купание, у нас еще ужин впереди!..
Вслед за ней Алекс выбрался из бассейна, вытерся, надел домашнюю одежду и приступил к приготовлению ужина. Сегодня нужно всего лишь разогреть стоящие в холодильнике «заготовки» и накрыть на стол. Пока Джинджер переодевалась, затем сушила волосы, он успел почти все сделать и начал тихо напевать себе под нос:
Снова туда, где море огней,
Снова туда с тоскою своей,
Светит прожектор,
Фанфары гремят,
Публика ждёт,
Будь смелей, акробат…
Джинджер тихо прошла по коридору и остановилась, не заходя на кухню. Этой песни она раньше не слышала, но слов понимала больше половины, так что смысл был понятен.
Со смертью играю,
Смел и дерзок мой трюк.
Всё замирает,
Всё смолкает вокруг.
Слушая скрипку,
Дамы в ложах вздохнут,
Скажут с улыбкой -
Храбрый шут…
Судя по всему, Алексу опять предстоит какое-то сложное и довольно опасное задание, о котором он не хочет подробно рассказывать, чтобы не беспокоить ее лишний раз. Заботливый какой!..
Устал я греться
У чужого огня,
Но где же сердце,
Что полюбит меня.
Живу без ласки,
Боль свою затая,
Всегда быть в маске -
Судьба моя…[5K31]
Вот, опять он про любовь!.. Кстати, что он имеет в виду, когда поет о «жизни в маске»? То, что у него с Бриджит не было безумной страсти — это совершенно точно. Брак по расчету? Скорее всего, да… Но почему тогда он до сих пор иногда называл ее имя по ночам?.. Или она использовала его, а он и не догадывался? Или догадывался, но терпел?.. Для чего, почему?.. Есть мысли, но их лучше оставить при себе…
— Интересная песня, — решила высказаться Джин. — Голос, конечно, не для оперы, но слух у исполнителя определенно есть, и пел очень душевно. Тебя вроде раньше на классические произведения не тянуло?
— Да что-то настроение сегодня для такой музыки, вот и вспомнилось.
— Ты там что-то пел о «жизни без ласки», а я думаю, что зря жалуешься. — Тут она с хитрым прищуром посмотрела Алексу в глаза. — Или мало вчерашнего сеанса интенсивной терапии с Эвой?
— Песня не потому вспомнилась…
— А, это про «жизнь в маске»?
— И поэтому тоже.
— Надеюсь, сегодня мы с тобой разрешим этот вопрос, и некоторые другие заодно…
Алекс только сейчас рассмотрел, что на ней было надето: обтягивающее темно-красное платье-«перчатка», оставляющее открытыми плечи, внизу длиной примерно до середины бедер, и туфли на каблуках весьма приличной высоты. Надо же…
— Сегодня мы отмечаем какой-то праздник, а я и не в курсе, наверное?
— Я хочу, чтобы этот вечер для нас обоих стал праздничным.
— Как скажете, леди Гордон, как скажете…
Стол был накрыт не «по-королевски», с торцов стола, так что уселись поближе, разделенные не очень широкой столешницей. Букет стоял сбоку, и его аромат до сих пор не ослабел.
Ужинали молча, только смотрели друг на друга и улыбались. Наконец, Алекс не выдержал:
— Джин, может, скажешь все-таки, в чем дело? Если честно, я был готов ко многому, но сейчас просто ничего не пойму.
— Помнишь, я вчера отправила тебя спать на диван?
— Еще бы…
— Ночью я подошла и присела рядом. Когда дотронулась до тебя, знаешь, что ты сказал во сне?
— Да откуда, спал ведь…
— «Отойди, я люблю Джинджер…» Как думаешь, можно ли после этого мне на тебя сердиться?
— Надеюсь, нет.
— Поэтому сегодня и празднуем. Пока будешь в рейсе, я не стану гасить свет в окне. Пусть он освещает тебе обратный путь…
— Теперь знаю, что есть дом, где меня ждут. Это очень важно, честное слово.
Джин вдруг поднялась, обошла вокруг стола и села Алексу на колени, заставив массивный стул скрипнуть.
— Не хочу отпускать тебя так далеко и надолго. Но это зависит не от меня и не от тебя лично, правильно?
Алекс кивнул, соглашаясь.
— Знаю, куда ты летишь. Прошу тебя, передай своему начальству вот это. — Она разжала пальцы, и Алексу на подставленную ладонь упала маленькая флешка в пластмассовом корпусе. — Содержимое зашифровано дважды, как долетишь — сразу вышли мне телеграмму. В ответной первое и последнее слова будут первым и вторым ключами соответственно.
— А что там? Орденские секреты?
Джин прижала свои пальцы к его губам.
— Тихо! Сейчас тебе об этом говорить не буду, на месте разберетесь, когда прилетишь в пункт назначения. Главное — чтобы эта флешка не попала в чужие руки. Кодирование довольно простое, поэтому его вполне могут вскрыть, если возьмутся за это дело всерьез. В случае опасности — уничтожь ее, разбей, сломай…
