— Тай, будь серьёзен!
— Кто, я? Глупости! — он вдруг подхватывает ее и сажает на стол — прямо на книгу. — Мне же не шестьдесят. Я хочу развлекаться и заниматься любовью, пока молодой.
Его пальцы начинают перебирать подол платья, комкая его и обнажая бедра Мэй. Она возмущённо пищит, но Тай целует ее прямо в гневно приоткрытые губы, целует страстно и глубоко, проникая в ее рот языком. Мэй цепляется пальцами за его плечи, приникая к нему, у нее кружится голова. Она даже не сразу понимает, что мужчина в нетерпении уже развязал свою одежду и приспустил штаны. Только когда обнажённой плоти касается холодный воздух, она замечает, что и ее белье Тай успел стянуть.
— Ты с ума сошел! — шипит девушка, отталкивая его. — Услышат!
— Если ты будешь кричать, то, конечно, услышат, — невозмутимо соглашается Таймэн, пытаясь успокоить дыхание. — Ты в самом деле не хочешь?
Его пальцы скользят между ее ног, неожиданным рывком проникая в самую глубину. Мэй всхлипывает, закусывая губу.
— Не хочешь? — Таймэн пристально смотрит ей в глаза, двигая рукой.
Она мотает головой, краснея и пряча лицо.
— Смеешь отказывать Императору, женщина?
Мэй понимает, что вместо пальцев к ее лону уже прижимается его горячая твёрдая плоть, и неловко подаётся ему навстречу. Сказать что-то вслух ей стыдно, но нужно показать свое желание. Он ведь может и остановиться. А она совсем не хочет, чтобы он останавливался.
— Мэ-э-эйли, — Таймэн нервно прикусывает ее ушко, проникая в нее разом на всю длину. — Боги… Любимая!
Жалобный стон вырывается из ее груди.
В дверь стучат. Они замирают, тяжело дыша.
— Хуанди! — кричат по ту сторону.
— Отец нашёлся? — Таймэн и не думает прерываться.
— Нет.
Мэй, мстительно прищуриваясь, сжимает его своими мышцами изнутри, с удовольствием наблюдая, как расширяются его зрачки.
— Еще один обвал? — выдыхает Тай.
— Нет.
— Ну так идите к бесу, я занят!
Она снова делает это, понимая, что он чувствует каждое ее движение и весь дрожит от нетерпения. Мэй становится горячо и весело.
За дверью больше не слышно голосов, и Таймэн, оскалившись, зажимает девушке рот, укладывая ее спиной на стол.
— А шуметь не нужно, — смеётся он, с силой ударяя ее бёдрами. — Хотя… ммм… еще неизвестно, кто тут будет шуметь.
Мэй мычит ему в ладонь, выгибаясь, и Тай подхватывает ее ноги под колени и закидывает себе на плечи, буквально складывая ее пополам.
— Ги-и-ибкая, — тянет он, прикрывая глаза и теперь двигаясь медленно и плавно. — Сладкая… Нет, не шевелись. Ты не заслужила.
Она возмущённо рыкнула, специально дернувшись ему навстречу, и тут же его руки с силой прижали ее тело к столу.
— Тише, непослушная, — хмыкнул Тай. — Все равно будет по-моему.
— Скотина, — простонала Мэй, нащупывая на столе какие-то бумаги и пытаясь в него их швырнуть между его вторжениями.
Тай зарычал и принялся двигаться в ней так быстро, что она прикусила запястье, чтобы не закричать от волны, накрывающей ее.
— Люблю… тебя, — прерывисто шепчет Тай, до обидного быстро достигая вершины.
Он прижимает ее к себе, не желая выпускать из рук, гладит по волосам и по спине, успокаивая колотящееся сердце.
— Я тебя не обидел?
— А ты любишь быть главным, — хмыкает Мэй, тихо улыбаясь. Ей ужасно нравится властный Тай.
— Тебя это смущает? — осторожно спрашивает он.
— Нет. Я люблю тебя и таким тоже.
Он отстраняется и заглядывает ей в лицо:
— Любишь?
— Люблю, — Мэй тянется за поцелуем, но в дверь опять стучат.
— Хуанди, там принц срочно требует вас.
— Боги, что опять натворил Самюэль? — стонет Мэй. — Надо спешить.
— Погоди, у меня есть кувшин для умывания. Тебе надо обмыться. Сиди, я сам.
Он опускается на колени и бережно смывает с ее бёдер следы своей страсти. Мэй моргает. Таймэн умеет быть разным: властным и нежным, грубым и заботливым. Как можно не ответить на его чувства?
Глава 25. Развязка
— Я ее потерял, — с несчастным видом говорит Самюэль. Он едва ли не плачет. — Я думал, что справлюсь, но не смог. Она где-то застряла.
— Не волнуйся, — обнимает мальчика Мэй. — Это не страшно. Попробуй еще. Давай все же с мухой. Она меньше.
— Я могу десяток запустить, — оживляется Сэм. — Прямо стаей. Какая-нибудь да пролезет.
— Что нам это даст? — устало спрашивает Тай. — Ну пролезут твои мухи. А дальше? Как мы поймем, что они нашли отца?
— Не знаю, — Самюэль снова сутулится. — А у вас есть дохлая кошка? Небольшая? Мне кажется, с кошкой проще всего. Она сильнее змеи. И увернуться может. И послание перенести. И вода ей не страшна, дохлой-то.
— Кошки нет, — вдруг широко удивляется Акира. — Есть хорек. Буквально утром в капкан попал. Он кур душил.
Хорь был почти как живой, только голова у него болталась. Зато тело не потеряло гибкости и силы. Самюэль сказал, что со свежим тельцем работать куда проще, чем с мухами. Хорек быстро исчез среди завалов, а Акира, в очередной раз попинав камни, вдруг спросил у Тая:
— А воду мне можешь сюда вывести?
— Зачем?
— Я дракона вызову. Пусть немного покидает тут камни.
Братья посмотрели друг на друга.
— Если отец жив… ему бы воду туда вывести… Он своего дракона вызовет.
— Мама бы могла…
— Мама в положении. Куда ей!
— Что значит «в положении»? — обалдело раскрыл рот Акира.
— Ребенка ждет, придурок, — Тай засмеялся над братом. — Знаешь, так бывает, когда женщина с мужчиной сексом занимаются. Хотя ты еще маленький, можешь и не знать.
— Да иди ты! Зачем она это сделала?
— Видимо, мы ей не слишком нравимся, — хохотнул Таймэн. — Решила еще разок попробовать родить кого-нибудь нормального.
Мэй закатила глаза, слушая перепалку забавную братьев, а потом села рядом с Самюэлем. Мальчик был напряжен и бледен.
— Принесите горячего сладкого чая, — приказала она кому-то из рабочих, вертящихся тут же. — И чего-нибудь поесть. Самюэль — работающий маг. Ему нужно поддерживать силы.
Уже темнело, когда юный принц вдруг радостно закричал:
— Есть! Он что-то нашел! Кого-то! Я чувствую, что Тома кто-то теплый держит!
— Тома? — ехидно уточнил Акира. — Забавно.
— Ну… он же такой милый, пушистый, — смутился Самюэль. — Пусть будет Том.
— Можешь определить, сколько до них расстояние?
— Я могу в следующий раз привязать к Тому веревку. И он пронесет ее через камни. Раз уж мы точно знаем, что там кто-то живой.
— Это отличная мысль, — похвалил мальчика Тай. — Из тебя выйдет очень разумный правитель.
Мальчик надулся от гордости, но тут же снова завертелся на месте:
— Отпустили. Я зову Тома обратно.
Спустя пару часов пыльный и облезлый хорь выполз наружу из завала, и к нему был привязан конец веревки. А еще на тельце у животного был повязан шелковый платок.
— Отец жив, это его вещь, — выдохнул Таймэн, изо всех сил сжимая ладошку Мэй, которую весь вечер старался не выпускать из рук. — Слава всем богам, жив! Акира, выводи людей из шахты. Мэй, иди в дом и Самюэля с собой возьми.
— Что ты задумал?
— У нас есть веревка. Я пущу по ней поток воды. Если воды будет достаточно, отец вызовет своего дракона и тот пробьет завал. Он сильный, не может не пробить.
— Я могу вызвать дракона, — не понимал Акира. — Мой тоже пробьет.
— Куда? Чтобы их еще больше завалило? Наружу безопаснее.
— Для них да. Для тебя нет. Тебя снести может.
— Во-первых, я не дурак, я веревку выведу наружу. И воду возьму снаружи, там ее куда больше. А во-вторых, ты же видел Бу? Он очень осторожный, я бы даже сказал, деликатный дракон. Не то, что твой.
— Мой Пайко просто еще молодой, — возмущенно оправдывался Акира. — Ну подумаешь, пару раз увлекся.
— Это сейчас не важно, брат. Иди, готовь одеяла, бочки, горячий бульон. Лекаря зови. Мэй, Самюэля уложи спать, мальчишка выдохся.
— Я останусь с тобой, — твердо ответила девушка.
