"Фантастика 2024-159". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хай Алекс

Грасс замялась.

— Ладно, все равно узнаешь, — вздохнула она. — Короче, кажется, я перевожусь в Константинополь. В Южный Аудиториум.

— Зачем? — опешил я.

— Ну как зачем… Я же хотела стать психометристом. Там самое сильное направление. Подала запрос на перевод еще в конце семестра. Долго рассматривали, я уже подумала, что отклонили заявку. Даже в какой-то степени смирилась, что останусь в Петрополе… А сегодня утром пришел ответ — меня ждут в октябре.

Я крепко затянулся, выдохнул и растерянно уставился себе под ноги. Так и не удалось нам ее отговорить… Жаль. Было бесконечно жаль. Казалось, движуха, которую устроили надеждинцы на легальном поле, ее отвлекла и заставила жить дальше.

Но, видимо, я ошибался.

— И что, теперь поедешь? — осторожно спросил я.

— Не знаю. Честно. Немного опоздали они, конечно, с ответом — тут уже столько всего завертелось. Но это моя мечта, я хотела…

— Хотела угробить себя к сорока годам?

— Не начинай, Миш, прошу, — неожиданно мягко сказала Аня. — Я все знаю и все понимаю. Потому и сомневаюсь, что увидела другие пути для… Не для борьбы. Для достижения того будущего, которое я хочу видеть. Но от давних желаний отказаться непросто. Поэтому я пока что решила просто съездить туда. Пообщаться, посмотреть на процесс, изучить программу детальнее. И лишь потом принять окончательное решение.

— Здравый подход. К тому же развеешься. Да и Константинополь — город красивый. Думаю, тебе бы не помешало немного отдохнуть.

— Вот и мне так показалось, — улыбнулась Аня. — Только пока не говори остальным. Начнут ныть, беситься… Не хочу.

— Договорились.

Поля как раз раздавала намазанные маслом лепешки с сыром и зеленью — еще один рецепт, который я стащил из своего мира. Давно, еще в детстве, мама пекла такие. Просто и очень вкусно.

И едва я вгрызся зубами в мякиш, как меня отвлек крик Егорушки.

— Михаил Николаевич! Ваше сиятельство!

Я положил лепешку на тарелку и обернулся к спешившему на полянку лакею.

— Что случилось?

Лакей отдышался.

— Там гостья прибыла. Говорит, вы ее знаете. Некая Ефросинья. Модная такая…

— Фрося? — хором воскликнули мы с Олей и Сперанские.

— Да, господин. Дама желает говорить с вами немедленно. Утверждает, что вопрос срочный.

Мы с Ольгой переглянулись. Я поднялся и отставил тарелку.

— Продолжайте без меня, я разберусь, — сказал я и направился к дому.

Стилистка нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Несмотря на то, что выглядела девушка как ходячая реклама собственных услуг, было очевидно, что собиралась она впопыхах.

— Добрый день, Фрося, — поприветствовал я. — Что стряслось?

Девушка едва не бросилась мне на шею, но сдержалась.

— Михаил Николаевич! Могу я переговорить с вами наедине? Пять минут, не больше.

Почуяв неладное, я жестом я отпустил лакея. Егорушка послушно убрался.

— Рассказывай, — потребовал я. — Что-то с Ириной или Матильдой?

— Н-нет, — замотала головой стилистка и потянулась к сумочке. — Сегодня утром я обнаружила в своей городской мастерской вот это.

Она протянула мне конверт, на котором почерком Ирины красовалось лаконичное “Соколову”. То, что писала Ирка, было очевидно — я прекрасно помнил ее правильный, с небольшими завитушками и характерным нажимом, почерк.

— Дело в том, что обычно корреспонденция доставляется прямо к нам в дом, — пояснила Фрося. — Я думаю, это письмо не было доставлено почтой. Кто-то привез его и подкинул в мою мастерскую, чтобы я передала вам. Возможно, это что-то секретное…

— Спасибо.

Я вскрыл конверт и уставился на одинокий лист. Ира явно торопилась, когда писала — ни обращения, ни подписи. Местами буквы были выведены небрежно, кое-где перо процарапало бумагу.

“Я не знаю, когда эта записка попадет к тебе, но прошу отреагировать немедленно. Мы два дня как вернулись из Букурешта в Констанцу. Там еще не так наслышаны об Аспиде, заговоре и бегстве Юсупова. Но князь прибыл в Букурешт — Матильда сама его видела. Он явно хочет воспользоваться нестабильностью в Дакии и собирает здесь беглых аристократов.

Прошу, передай все дяде Вальтеру! Это очень важно”.

Я быстро вернул бумагу в конверт и сунул его за пазуху.

— Спасибо, Фрося. Это и правда очень важно.

Стилистка растерянно оглядывалась по сторонам. Случившееся явно ее взбудоражило.

— Ваше сиятельство, я могу как-нибудь помочь?

Я пожал плечами.

— Пока не знаю. Но, возможно попрошу тебя обновить мой гардероб для путешествия в Дакию.

Алекс Хай

В интересах государства. Дакия

Глава 1

Сентябрь 2023 года, Петрополь

Ну сколько можно было ждать?!

Я нетерпеливо измерял шагами широкий коридор Управления — ботинки цеплялись за видавший многое дырявый ковролин, тусклый свет потолочных ламп делал цвет стен болезненно-желтым. Дама за столом секретаря приспустила очки-половинки на нос и окинула меня ледяным взглядом.

— Ей богу, прекратите маячить, сударь! У меня сейчас начнется эпилептический припадок!

— Прошу прощения.

Не продемонстрировав ни единого симптома приближающегося припадка, дама продолжила стучать на старенькой печатной машинке. Ритмичный звук клавиш бил по ушам и невероятно бесил уже меня.

Я ждал и судорожно думал о новостях из Дакии. Ирка никогда не писала без особой причины — да, мы оба скучали, но понимали, что лучше было лишний раз не светиться. Письма от старой подруги не отличались романтичностью — потому, что афишировать привязанность было опасно. Не столько для меня, сколько для нее: пойми аспидовцы, что Ирэн была для меня слабым местом наравне с сестрой, с них бы сталось этим воспользоваться. И я долгое время думал, что в Дакии Штоффы будут в безопасности.

Судя по ее последнему посланию, этому настал конец.

“Я не знаю, когда эта записка попадет к тебе, но прошу отреагировать немедленно. Мы два дня как вернулись из Букурешта в Констанцу. Там еще не так наслышаны об Аспиде, заговоре и бегстве Юсупова. Но князь прибыл в Букурешт — Матильда сама его видела. Он явно хочет воспользоваться нестабильностью в Дакии и собирает здесь беглых аристократов.

Прошу, передай все дяде Вальтеру! Это очень важно”.

Я успел заучить наизусть текст, пока пытался понять — была ли вероятность, что записку написала не Ирэн?

Разумеется, была. Например, откуда Ирка так быстро узнала о раскрытии заговора и роли князя Юсупова в нем? Бывших сотрудников не бывает — я сам в этом убедился. Матильда наверняка поддерживала связь со старыми коллегами из Отделения и получила весточку оттуда. Но почему сказала Ирине? Насколько я знал, обычно Матильда не посвящала воспитанницу в дела Управления.

Видимо, что-то здорово ее напрягло, раз Матильда позволила Ире написать мне. Но почему не напрямую Корфу? Зачем было разыгрывать карту с Фросей и подкидывать послание ей, чтобы стилистка передала его мне, а уж я потом выложил все шефу?

Боялись, что почту перехватят? Но на каком конце? В Дакии? В Отделении?

Слишком много вопросов. Паранойя опять играла со мной злые шутки и убеждала, что послание — подстава.

— Сударь, может вам чаю? — Дама в очках вытащила из машинки готовый лист и сложила в папку. — Специалисты работают долго. Вы пока присаживайтесь, в ногах правды нет.

— Можно тогда кофе? — Попросил я. — Со сливками, если вас не затруднит?

Секретарша поднялась из-за стола, едва не опрокинув мощным задом стул.

— Ну… Если кофеварка изволит заработать, то будет вам кофеек со сливками, — она взглянула на меня и как-то жалостливо покачала головой. — Такой юный, а уже здесь работает… Мельчает, видать, русский дознаватель.