"Фантастика 2025-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рэд Илья

«В каком из них сейчас ты?»

Этого никто не знает, но чем раньше она откроет врата, тем быстрее увидит любимого. Она его не подведёт.

Спустя пару часов вся троица вышла наружу и растормошённый Аничков взял в руки белоснежный камень.

— Начинаем, — кивнул ему Ломоносов и рукой отодвинул Софи назад, оба покрылись защитным барьером.

Некромант сосредоточился на лежащей под ногами раскрытой книге и сделал несколько пассов руками. Гем завис в воздухе. Посланцы не говорили, но Аничков сразу догадался — одна ошибка и он отправится к праотцам. Собственно, он не боялся умереть. Пустой внутри он забыл, что такое страх, что такое любить, чего-то желать. В этом плане жизнь в лесу была для него идеальным выходом из ситуации. Тут всё подчинялось древнейшим законам существования: убей или будешь убит сам. Всё просто.

Следущая стадия соединила его ментальное тело с останками бога света. Тысячи мельчайших каналов впились в него, напитывая божественной маной. Барятинский так рассчитал пропорцию, что она должна была смешаться с человеческой при этом не уничтожив владельца. Ведь сосудом для бога света могли стать очень немногие. Здесь же говорилось о заимствовании силы.

По сути гем это магический замок, а он, Пётр, ключ от него. Сейчас они соприкасались на ином уровне существования, активируя все пазы. Когда это произошло, в сознание хлынула адская боль. Его тело мгновенно раскалилось, покраснело, а потом наружу пучками света вырвалась родная мана. Та, что не хотела смешиваться.

Благо он некромант и привык к таким нагрузкам, потому справился, но неожиданно, всё равно повалился на землю.

«Что это?»

Его правая нога отвалилась от туловища и левая здоровая рука тоже, как какой-то разросшийся ноготь. Она покрылась струпьями и сгнила у него на глазах, пузырясь трупными газами. Так прошёл отказ от некромантии. Договор Сопричастности был разорван, а следовательно смерть больше не покровительствовала ему, отобрав дарованные конечности.

Камень всё ещё парил в воздухе, осталась последняя стадия. Первое заклинание. Поднявшись одной рукой, Пётр сделал усилие, чтобы не упасть и застыл на месте, сидя на земле.

«Прямое воздействие. Только прямое воздействие. Излечись».

Он больше не видел окружающий мир как раньше. Некромантское зрение не подсвечивало притаившихся Софью с Иваном, а также множество других зверей в лесу. Аничков словно ослеп, но вместе с этим обрёл что-то новое. Сжимая обрубок оставшейся рукой, он буквально заставил его быть живым. Плоть создавалась напрямую, без использования ресурсов тела. Раньше надо было чем-то жертвовать, но сейчас строительный материал брался из ниоткуда!

Точно также выросли и отрубленные давным-давно пальцы, результат стычки с бандой отступников. Через пару минут он был полностью здоров, даже тот самый неисчезающий шрам с рубцовой тканью заменился на здоровую кожу. Так чувствует себя вылупившаяся в мир бабочка после долгой фазы куколки.

Обряд закончился, когда он вновь коснулся камня. Повисшие в воздухе завихрения древней энергии тут же исчезли, послышалось привычное пение птиц и звуки леса.

— Что теперь? — спросил целитель подошедшую к нему Софи и разочарованно добавил. — Я думал эта штука наполнит меня новыми смыслами, но всё осталось как есть.

— Разнесём эту магию в народ. Ты теперь первомаг и наш учитель.

— Чего? — удивился Аничков, — Да я сам ни черта не понял, какой из меня учитель?

— Мы поможем, — Ломоносов протянул бывшему некроманту руку.

— Думаю, я сто раз об этом пожалею, ну да ладно, — Пётр пожал её и все трое засобирались в полный опасностей новый путь.

«Надеюсь, тебе там икается, Аластор», — подумал про себя Аничков, ещё не осознавая, какую важнейшую роль он сыграет в будущем, как люди в империи и за её пределами увековечат его имя за исчезновение всех болезней. Оно встанет наряду с тем, кто… Впрочем, это уже другая история.

Глава 35

Эпилог

За две тысячи лет до открытия червоточины.

— Учитель, они нас догоняют! — в панике закричал Койшак, помогая ослабевшему архимагу опереться на себя.

Песок под их ногами безразлично впитывал капающую кровь с руки раненного волшебника. Одетый в свободные белые одежды с синей вязью он олицетворял собой мощь и мудрость для Койшака, простого манускриптора из глубинки.

— Погоди, давай здесь остановимся, — попросил архимаг.

— Гриммиус, но как же… Вас ведь убьют, — закусил губу мальчишка, он так любил этого старика, давшего ему образование и показавшего мир, что готов был сражаться за него до конца.

— Не бойся, тебя не тронут, — сумка мага упала на песок.

— Я не за себя переживаю! — вспылил Койшак.

— А напрасно, — хмыкнул Гриммиус и попросил помочь ему перебинтовать раненную руку. — Не вечно же тебе записывать за мной заклинания, пора бы и самому стать магом.

— Мне? — удивлённо спросил мальчик, одна только мысль об этом нагоняла на него оторопь.

Ещё бы, не каждый достоин такой чести.

— Давай-ка я тебя быстро посвящу в адепты, — сказал учитель, облизнув потрескавшиеся от жары губы. — Жалко я не маг воды, кха-кха, — он схватил Койшака за предплечье и мальчишку обожгло огнём магической метки. — Вот, теперь тебя примут в любую ак… Кха-кха! — закашлялся он, — … академию. Всё, достаточно, — поблагодарил он за перевязку.

— Учитель, а что это? — спросил вдруг Койшак, когда складывал медицинский инвентарь обратно в сумку, на песке валялся шарообразный антрацитовый камень размером с медальон.

— Не трогай! — строго велел архимаг, его лицо исказила тревога. — Ни в коем случае не прикасайся, ты понял?

Койшак вместо ответа кивнул, но взгляд не отвёл. Что-то было в этой вещи страшное, тянущая внутрь себя пустота завораживала. Зажмурившись новоиспечённый адепт избавился от воздействия явно магического предмета, заставшего их в бегстве от пустынников. Вынув изогнутый кинжал, ученик встал подле своего учителя, наблюдая как сверху с барханов к ним уже мчится лавина гигантских скорпионов, подгоняемая позади племенными магами.

Те умело использовали «блага» самой большой пустыни на континенте в свою пользу, одомашнив местных монстров. Хессия не любила чужаков.

«Зря мы пошли напрямик».

— Койшак, беги отсюда.

— Я вас не брошу!

— Идиот, — мальчик получил толчок в грудь и упал на песок. — Я сказал пошёл прочь! — магия ветра так сильно вытолкнула растерявшегося адепта, что он отлетел на две сотни метров, приземлившись в раскалённый песок, неподалёку шмякнулась и его сумка с записями.

— Ая-яй! — запричитал он, подбирая груз на ходу.

Скатившись в тень, мальчик успел застать последний миг жизни Гриммиуса. Вместо привычного урагана или стены ветра, он одним махом уничтожил своих врагов накатом тёмной материи. Словно вода она растеклась повсюду и впитала в себя всё живое, в том числе и пустынников-погонщиков, что стояли поодаль и наблюдали за травлей архимага. Их тела искорёжились и стали частью подвижного кровавого полотна.

Койшак впервые такое видел и застыл в страхе. Вся эта волна стекалась обратно к ногам Гриммиуса и исчезала. Когда испарилась последняя капля, послышался надрывный крик. Гриммиус упал на колени и схватился за песок.

— Учитель! — закричал Койшак и скатился вниз без раздумий, однако было поздно.

Тело волшебника засасывало внутрь песка, а в воздух летели брызги крови. Они левитировали облаком вокруг несчастного, ожидая своей очереди. Архимаг потерял сознание и нечто затянуло его труп в себя, а потом и всё до единой капли крови, что от него осталось.

— Учитель, — шмыгая носом, Койшак упал на колени в том месте, где исчез его наставник.

Антрацитовый камень. Да это всё он. Вокруг было так тихо, что уши заложило. Под коленями что-то зашевелилось и адепт, шатаясь, поднялся. Из места, где покоился камень, пробилась первая травинка. Она требовательно потянулась вверх, потом другая, третья, десятая и так пока не образовался мягкий зелёный покров. Он пополз во все стороны на многие-многие километры. Где-то поднялись первые стволы новых деревьев, кустарники зажили своей жизнью, а из-под земли в сотне метров забил фонтан подземного источника.