"Фантастика 2025-16". Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Волковский Андрей

— Рент! — Кторвик начинал злиться. — Ты можешь меня хотя бы раз в жизни послушать и ПОМОЛЧАТЬ?!

Обычно главный автор Культа был куда сдержаннее, но вот Рент-а-Ил на правах старшего брата умел его взбесить буквально несколькими словами. Да же не так, это выходило у него само собой. Возможно, всё дело в конкуренции Кторвика с Рент-а-Илом, который с ранних лет отличался неординарностью, граничившей со странностью, и огромным талантом изобретателя, граничившим с гениальностью. Кторвик подобным похвастаться не мог, зато имел практическую жилку, у Рент-а-Ила напрочь отсутствующую. Не могло ли случится так, что желание победить старшего брата стало детским комплексом, который Кторвик пронёс через всю жизнь? Именно этот комплекс, с одной стороны, дал ему моральные силы для быстрого продвижения по карьерной лестницы. С другой, не думаю, что главный автор Культа смог добиться внутреннего спокойствия, так необходимого для счастья. Погоня за успехом приносит лишь нервные расстройства, если, помимо жажды успеха, в твоей жизни больше нет ничего.

Впрочем, что это я о братьях? У них свои проблемы, у меня — свои. Потеря памяти, уж простите, для меня гораздо важнее детским травм Кторвика.

— Вы знаете, что со мной произошло? — спросил я у Рент-а-Ила, мысленно набираясь сил для выслушивания малопонятного монолога от поехавшего учёного.

— Скажем так, ахах! Догадываюсь… — начал было Рент-а-Ил, снова потирая ожог, но Кторвик уже выталкивал его из отсека. Главный автор Культа был значительно крупнее своего высокого, но худощавого старшего брата, поэтому Рент-а-Ил даже и не думал сопротивляться.

— Итак, — как ни в чём не бывало продолжил Кторвик, когда автоматическая дверь закрылась, — слушай, что ты расскажешь аудитории…

Интервью получилось необычным.

Следуя тексту Кторвика, который он, поминутно прохаживаясь по отсеку в поисках вдохновения, написал на планшете, я бодро отвечал на все вопросы о своей предыдущей жизни. Главный автор Культа не даром ел свой хлеб: получилась настоящий криминальный детектив с участием властей, полиции, силовых служб, бандитов и, конечно, любви (любовь просто необходима, чтобы зайти на широкую аудиторию).

Желая найти средства на лекарство своей смертельно больной девушке, я облапошил одного крупного авторитета. «Призванная с Того света» бабушка, общаясь через молодого экстрасенса, успешно соврала насчёт места нахождения драгоценностей. Естественно, никаких драгоценностей в указанном месте не оказалось.

Авторитет был вовсе не дурак и понял, что соврала отнюдь не его любимая бабушка, а сам экстрасенс. Но к тому времени я уже скрылся в неизвестном направлении с крупной суммой денег, и взбешённый авторитет отправил на мои поиски бритоголовых бандитов.

Далее меня находит один экцентричный детектив по фамилии Козлов (фамилию придумал я для большей аутентичности), который хочет взять авторитета за… ну, вы поняли. Требуется побыть приманкой. В конечном счёте план воплощается в жизнь, Козлов ликует, операция проходит удачно — девушка спасена. Но в тот самый момент, когда я в сопровождении омоновцев и скрученных бандитов еду на базу авторитета, происходит Катастрофа, уносящая жизни всего многомиллиардного населения Земли.

И вот теперь я, желая найти Вторых, которые вроде как и затеяли всю эту заварушку с концом света и Игрой, лечу на их планету, чтобы отыскать виновных в уничтожении моего мира.

— …Чтобы больше ни один из миров не был уничтожен! — я даже кулаком в воздухе потряс для пущего эффекта.

— И… снято! — улыбнулся Кторвик. — Вот это я понимаю, мотивация! Ещё бы Иву в виде той самой погибшей девушки представить — и была бы вообще конфетка! Но уже поздно… Эх.

История историей, но у меня имелась мотивация и получше. О ней Кторвику пока что знать не следовало. Я намеревался завладеть Ладьёй и раз и навсегда выяснить у Системы, какая тайна скрывается за этим центральным элементом Игры.

Но о чём хотел рассказать Рент-а-Ил?.. Это я собирался выяснить в самое ближайшее время.

Летающая тарелка неспешно вращалась вокруг своей оси, изредка выплёвывая в космическое пространство плазменное топливо, унося нас всё дальше и дальше от мира октопусов навстречу скрытой во мраке космоса планете Вторых. Я ещё ничего не знал об этом мире. Возможно, в нём обитают самые настоящие боги, одной мыслью способные уничтожить всю нашу экспедицию. Может, там давно уже никого нет в живых… Но ведь кто-то же должен активировать Ладью, чтобы уничтожались целые миры, а в Игру попадали всё новые и новые виды? Или Ладья — это и есть тот самый бог (или же Создатель), играющийся с миллиардами жизней? Но в таком случае зачем нужен я, Харон?..

Летающая тарелка неспешно вращалась вокруг своей оси, а её временные обитатели уже разбрелись по своим отсекам, чтобы на утро быть разбужены громким воплем Зелёного, который бежал от отсека Уолк-Дэ.

За час до этого репортёр, покачиваясь и зажимая ладонью колотую рану, выполз в коридор и обмяк, привалившись к металлической стене и чуть слышно шепча: «Сбежал с-сука…».

Глава 10. Покушение

Девушка нетерпеливо трясла меня за плечо и что-то говорила. Я с трудом открыл тяжёлые веки (запись интервью затянулась, и в свои отсеки мы вернулись уже глубокой ночью):

— Что такое, Ива? — неспешно спросил я, зевая.

— Уолк-Дэ!! — девушка была на грани истерики, что для спокойной Ивы совсем не свойственно.

— Что Уолк-Дэ? — как же не хочется вставать… извилистые иероглифы, мигающие на часах, показывали только семь утра. Спал, дай бог, четыре-пять часов.

Я взял с прикроватного столика платок и хотел было передать его плачущей девушке.

— Ночью кто-то совершил покушение на Уолк-Дэ!

Платок выпал из моей руки.

Крыс едва успел отскочить в сторону, пропуская своего хозяина. Застёгивая на бегу пуговицы болотного комбинезона, я пробежал через узкий округлый коридор и несколько отсеков к западной части летающей тарелки.

Здесь уже столпилась едва ли не половина всех обитателей космического аппарата.

На полу лежал Уолк-Дэ, рядом с ним виднелась красная лужица засохшей крови, а в животе журналиста торчал длинный нож с крепкой стальной рукоятью. Впрочем, журналист был в сознании и даже разговаривал с Пауком, спешно обрабатывающим его рану. Паук уже выудил необходимый запас паутины и ждал анестезию, чтобы вытащить лезвие и зашить рану бывшего спецслужбиста.

Чуть в стороне тихо переговаривались Кторвик и Зелёный. Я впервые видел, чтобы эти двое говорили наедине.

— Кто это мог быть? — с ужасом спросил Зелёный, глядя на безуспешные попытки Уолк-Дэ изобразить беззаботную улыбку: крови он потерял порядочно.

— Всё гораздо серьёзнее, чем мы думали, — задумчиво проговорил Кторвик. — Сегодня ночью Шол де-Мой нас почти что переиграл.

Через полминуты второй помощник капитана прибежал из медпункта вместе с уколом анестезии. Уолк-Дэ аккуратно перенесли обратно в отсек, и Паук начал операцию. Сделав укол анестезии, он осторожно извлёк нож, ассистируя сам себе при помощи стальных паучьих лапок. К счастью, внутренние органы репортёра не пострадали, а потому можно было смело зашивать рану. Хирург закончил уже через четверть часа.

— Повезло тебе, Уолк, — улыбнулся Паук, снимая перчатки. — На несколько сантиметров вправо, и твоя… чёрт, забыл местное название. Короче, что-то типа печени пришлось бы синтезировать на 3d-принтере. И я совсем не уверен, что тот халтурный аппарат, который мы имеем в распоряжении, способен на подобные задачи.

Уолк начал приходить в себя, и на него тут же посыпались вопросы от встревоженной команды. Ещё бы! Вполне очевидно, что Уолк не сам напоролся на лезвие… ему, скажем так, помогли это сделать. И прямо сейчас несостоявшийся убийца находится на летающей тарелке. Возможно, прямо в этом отсеке.

— Уолк, что произошло? — спросил Кторвик, выпроводив из отсека большую часть экипажа со словами: — Нечего здесь толпиться! Сейчас со всем разберёмся.