Как только Государь пробудил свою силу, вокруг него начало происходить нечто странное. Разнообразные мелкие предметы — подставки для ног, блокноты, бокалы вина — взлетели и зависли в воздухе, будто гравитация внезапно отключилась!
Остальное высшее общество тоже застыло, раскрыв рты! В Императорской ложе творилось сущее безобразие! Пребывание рядом с разгневанным монархом было чревато… чем угодно!
Сэр Уильям Мэлори, посол Британии, нервно теребил свой галстук. С шокированным видом уставился на кувыркающийся перед лицом бокал, силясь что-то понять.
— Небеса всемогущие! — выдохнул он, — Что за чертовщина тут творится? Ваше Величество, вы в порядке?
Герр Штефан фон Лихтенштейн побледнел и вжался в кресло. Нервно сглотнул и просипел:
— Вот это мощь! Вот это я понимаю — царственный гнев! Неудивительно, что Российская Империя никого не боится с таким-то правителем!
— Русский Государь явно не в духе, — философски изрек господин Юйчэн. И со значением поправил съехавшую набок мандаринскую шапочку.
Горовой, мрачный как грозовая туча, сорвал с пояса переговорное устройство. Рявкнул что было мочи:
— Алло, центр управления? Какого дьявола творится с защитными полями? Еще секунда, и они к чертям собачьим сдохнут!
В ответ донеслось невнятное бормотание и треск помех. Наконец, сквозь шум пробился-таки сбивчивый голос:
— Г-господин генерал-губернатор, с-система испытывает беспрецедентную нагрузку! М-мы уже задействовали резервные генераторы духовной силы, господин! Поле вот-вот стабилизируется, продержится! Даем все, что можем!
Горовой выругался, с силой приложил многострадальной рацией по подлокотнику кресла. Заорал так, что у бедняг-техников наверняка уши заложило:
— Живо!!! Шевелитесь, чтоб вас! Если не стабилизируете барьер через тридцать секунд — всех в бараний рог согну! Работайте, идиоты!
— Е-есть, господин генерал-губернатор! С-сей момент исправляемся!
А на трибунах тем временем разгорелась нешуточная драма. Кристина Валерьевна подскочила со своего места, заламывая руки и выкрикивая:
— Господи, Настенька, Костенька!!! Держитесь, родные!!! Умоляю, только не пострадайте!
Мелинта, непривычно серьезная и напряженная, обняла бедную женщину за плечи всеми четырьмя руками, пытаясь успокоить. Но куда там! Кристина только горестно всхлипывала, хватаясь за сердце.
Примерно сотня мирмеций, занимавших ряды позади Кристины и Мелинты, тоже дружно охали и стенали. Болели за свое семейство — аж до мурашек!
— Не-е-ет, только не папочка! — голосила Белладонна, младшая из моих дочурок, — Как же мы без него⁈ Погибнет — нам хана-а-а!..
— Молчи, дуреха! — шикнула на нее Грибника, девица посуровее. И больно пихнула локтем в бок, — Не накликай, дура! Выкарабкается папуля, куда он денется!
Ее слова потонули в громогласных стенаниях и плаче.
* * *
— Девчонки, вы в порядке? — спросил я, прокашлявшись. Воздух переполняли снежинки и крупицы льда, норовящие заскочить в рот и нос.
— А… ага, — выдохнула Настя, стоявшая за моей спиной.
Обернувшись, я их всех пересчитал. Настя, Эмми, Сахаринка и доппель Светки. Все с напуганными моськами, с широко распахнутыми глазами, с волосами дыбом. Но целые! Даже их одежда, кажется, не особо пострадала.
Я улыбнулся. Значит, я все сделал правильно… Мы стояли на том же самом месте, на каком нас накрыл взрыв магии льда. Целые и невредимые, не сдвинулись даже на миллиметр.
— Папуль… что ты сделал? — в шоке произнесла Сахаринка, — Это ведь ты что-то сделал? С нас даже волоска не упало…
— Ага… — пробормотала Эмми, ощупывая себя, — Я уж думала всё, нас щас на другой материк к чертям снесет… Тётя Ася жахнула так жахнула…
Я не ответил. Метался взглядом по арене, пытаясь хоть что-то разглядеть в плотной снежной круговерти. Да только без толку всё — ни зги не видно!
— Тьма и преисподняя, где же Айс? — бормотал как заведенный, до рези в глазах всматриваясь в туманную пелену, — И княжна куда запропастилась? Ведь не могло же их… того… в капусту…
Мысль о том, что девицы могли погибнуть столь бесславно, леденила сердце. Да не, бред! Они обе очень сильные! По моим расчетам, все должно быть ок!
Даже Светке я не желал гибели, хоть она была той еще занозой высокомерной…
И тут, словно в ответ на мои переживания, туман начал понемногу рассеиваться. Медленно, неохотно, но все же с каждым мгновением он истончался, словно шагреневая кожа! Проступали покрытые льдом плиты арены, покореженные магические прожекторы вокруг площадки. И вскоре я смог различить сквозь снежную пелену хрупкую фигурку Айсштиль.
Странно, но подруга застыла неподвижно, будто изваяние. И… одна? А где же вторая дуэлянтка? Куда подевалась княжна Соколова?
Сердце тревожно сжалось. Ох, не нравится мне все это!
— Айс? — окликнул я богиню. Тишина. Даже не шелохнулась, только ветер трепал белоснежные волосы!
Медленно, осторожно ступая, я двинулся к подруге. С замиранием сердца вглядывался в ее лицо, гадая — что стряслось? Почему застыла как громом пораженная?
Но стоило подойти поближе, как меня прошиб холодный пот. Мать моя женщина…
— Что за⁈ — успел только и выдохнуть я.
Айсштиль и впрямь стояла неподвижно, будто ледяная статуя! В самом прямом смысле — богиня обратилась в лед! Застывшая фигура сверкала и искрилась в свете софитов. Черты лица — идеально ровные, без единой трещинки или изъяна. Даже ресницы покрылись изморозью, превратились в острые сосульки!
Трибуны взорвались потрясенными воплями. Комментатор захлебнулся собственной слюной, что-то бессвязно бормоча. Судьи повскакивали с мест, забегали как ужаленные. Никто не мог поверить своим глазам — неужели Снежная королева пала? Обратилась в лед в результате собственной чудовищной атаки?
Только мне сейчас было плевать на судей, зрителей и их реакцию. Все внимание приковано к застывшей богине.
Я знал, что Айсштиль не может пасть так просто.
— Айс, девочка моя… — прошептал одними губами.
Моя снежная королева обратилась в лед! Статую из чистейшего, прозрачного хрусталя, без единого изъяна. Но как? Как богиня холода и зимы могла замерзнуть?
Комментатор орал как резанный, захлебываясь восторгом:
— Поверить не могу! Немыслимо! Такого в истории турниров еще не бывало! Воительница Айсштиль, Одаренная льда и холода, превратилась в ледяную статую после своей же собственной атаки! Что за злая ирония судьбы, друзья мои⁈
Из тумана, шатаясь и спотыкаясь, вышла… Светлана Соколова! Живая, хоть и слегка потрепанная! Одежда в клочья, синяки и царапины на лице, волосы всклокочены — но княжна была невредима! И мало того — ухмылялась от уха до уха, победно сияя глазами!
Я не верил своим глазам. Как? Как она сумела уцелеть после такого удара?
Комментатор надрывался где-то вдалеке, брызгая слюной от восторга:
— Невероятно!!! На арену возвращается Светлана Соколова! Каким чудом она сумела спастись в прямом столкновении со Снежной королевой? Небывалый поворот, дамы и господа!
И тут Светлана сорвалась с места, приблизилась к застывшей Айсштиль. В глазах княжны плясали лазурные молнии, губы изгибались в злой усмешке. Она со всей дури нанесла удар!
*БА-БАХ!!!*
Оглушительный грохот сотряс арену. Лед брызнул во все стороны мириадами осколков, рассыпался искрящейся пылью. А ледяная скульптура Айсштиль разлетелась на тысячи кусочков!
Все произошло за доли секунды… Я лишь успел сделать вперед один шаг.
— Немыслимо! Шокирующее развитие событий! — орал комментатор, срывая глотку, — Княжна Светлана уничтожила остатки Снежной королевы одним ударом! От могучей воительницы остались лишь ледяные осколки! Похоже, потеря безвозвратна!
Краем глаза я заметил, как застыли мои боевые подруги. Настя, Сахаринка и Эмми смотрели на разбитую статую, и в глазах их плескался неподдельный ужас. Даже доппельгангер Светы замер, распахнув рот и отчаянно моргая.
