Командор. Том 2 (СИ) - Киров Никита

— Я бы написал рапорт об отставке, господин контр-адмирал, но…

— Какие бумажки вы собрались писать⁈ — вскричал адмирал. — Осмотрите крепость! Если найдёте ещё свечи или бомбы… или что там есть! Найдите всё. Даже своим заводам нельзя доверять, — добавил он тише.

— Разрешите обратиться, господин контр-адмирал? — попросил подполковник Станислав Варга и вышел вперёд.

— Говорите, Варга, — Извольский покосился на него.

— Я думаю, это был запасной план врага на случай, если не получится захватить нас на земле или атаковать. Тем самым они убрали у нас возможность возвращения домой. Или хотели вынудить садиться, здесь, где ещё идёт бой, или на другом острове. Там тоже может быть засада, командор уже озвучил свои опасения. Десант же здесь, крепость беззащитна.

— С этими сраными Накамура иначе не бывает! — воскликнул командующий крепостью. — Они на этих диверсиях и интригах… ладно. Действуем дальше. Передайте приказ проверить там всё. И кто там хочет к нам прилететь?

— Господин командующий имперской армии на архипелаге, — доложил старпом. — Прибывает на крепость лично, его самолёт запрашивает посадку на нулевой палубе.

— Сбить нельзя? — адмирал вздохнул. — А то он такой нудный.

— Никак нет, господин адмирал, — ответил старпом. — Вернее, вы можете отдать такой приказ, но…

— Да я шучу. Ладно, пусть садится.

В это время, база снабжения…

Рота первого батальона уже пересекла периметр, державшие эту часть наёмники откатились к центру, но зато оставили несколько систем ПВО без прикрытия, которые десант сразу захватил.

Капитан Бронин шёл по разбитому лётному полю. Бетон местами потрескался, через трещины уже проросла трава, но это были не следы сегодняшнего боя. Просто полотно давно не ремонтировали.

Но крепость сесть сможет, главное, чтобы её в этот момент не атаковали. Северную часть базы ещё удерживал противник, плюс оставалось неизвестным состояние топливных складов и оружейных погребов, где должна была работать разведка.

Зато первый батальон свою задачу выполнял успешно, поэтому Бронин сделал то, что делал редко, только в особых случаях — достал из своей сумки трубку. Он её пока не забивал, просто держал при себе, чувствуя запах табака.

Третья рота продвигалась дальше, первая же, которая была на пике атаки, занимала позиции, бойцы переводили дух.

Несколько десантников засели за бронёй БД-49 и глядели в темноту через переносной тепловизор. Один что-то рассказывал, и Бронин прислушался.

— А вы в курсе, пацаны, что Славка Андреев на врача учился?

— Да ну, — удивился кто-то другой.

— Ещё как. Хотел стать доктором, который жопу осматривает.

— Реально?

Бойцы засмеялись.

— А как он назывался? Жоподоктор? Жопоглаз? Очковед?

— Да идите вы все, — огрызнулся Андреев и перезарядил автомат. — Вам только про жопы и думать.

— А если так подумать, — продолжал тот же боец, — понятно, почему ты на сверхсрочную остался. В армии-то всё через жопу, поэтому ты себя как дома чувствуешь…

— Боец! — осадил его Бронин. — Хорош шутить. Смотрите в оба!

— Виноват, господин капитан, — тут же отозвался солдат.

Бронин хмыкнул и пошёл дальше, где старший лейтенант Самохвалов выслушивал доклады взводных. Закончив, он подошёл к Бронину.

— Давим врага на северном направлении, — доложил Самохвалов. — Но они не отходят, а мы пока не напираем, как вы и приказали.

— Правильно, — Бронин кивнул. — Ждём сигнала от разведки, потом давим всеми силами… — он тихо усмехнулся. — Да бойцов твоих слушал. Говорят, один на доктора учился, который жопу осматривает.

— Ну, был такой у меня, — Самохвалов задумался. — Андреев, кажется.

— Зато в армии чувствует себя как дома. У нас же всё через жопу.

Оба тихо засмеялись, но минута покоя закончилась, и надо было давить ПВО дальше, чтобы высадился второй батальон.

Тем временем, туннели под землёй…

— Ты на мой пистолет наступил, — тихо прошептал Кеннет и отпихнул журналиста. — Иди отсюда!

Военный журналист, лейтенант Кен Райджо отошёл и прижался к прорытой в земле стене. Офицер-инспектор поднял с земли увесистый ПР-18 и снял с предохранителя, но нацелить в сторону шагов не успел.

Ему в лицо ударил луч фонарика и раздался знакомый, хотя и приглушённый противогазом голос:

— Господин офицер-инспектор? Что вы здесь делаете?

— Шутник? Это ты? — спросил Кеннет, подняв руку к глазам. — Разведка?

— О, командир, — раздался второй голос, и силуэт мужика покрупнее и крепче приблизился к Кеннету. — А ты здесь чего? Ты же в штабе должен сидеть, бумажки перекладывать.

— Да я тут подумал, капитан Ермолин, — начал Кеннет приободрённым голосом, — что это слишком важная операция, чтобы бросать вас здесь одних.

Он посмотрел наверх, в дыру, в которую они провалились. Похоже, её пробило взрывом чуть раньше, вот они и упали. Кеннет огляделся. А туннели оказались больше, чем он думал.

Бой сверху закончился, но он может возобновиться в любую минуту. Выжившие морпехи вызывали санитаров. Доносился гул вертолётных винтов и далёкие взрывы.

— Да и проход заодно нашли, — похвастался Кеннет. — Ну и надо же, чтобы население империи знало своих героев, у нас тут и журналист. Правда, бесполезный и бестолковый, — он показал на Кена Райджо, который стоял у стены, прижимая к себе разбитую камеру. — Инструмент сломал.

— Вот же срань, — расстроенно протянул Ермолин. — А я думал, меня по ящику дома покажут. Всем бы потом хвастался.

— А что поделать? — вздохнул Кеннет.

Часть отряда тем временем протискивалась дальше, разведкорпус и разведка десанта продолжали свою миссию. Один перерезал идущий вдоль стены телефонный кабель.

Мимо прошёл лейтенант Смирнов.

— Вам лучше стоять здесь, у дыры, господин офицер-инспектор, — посоветовал он. — Воздух слишком тяжёлый, пары игниума токсичны. Можете задохнуться.

— Я могу посторожить это место, — предложил Кеннет и поднял пистолет. — А вдруг кто-нибудь тоже свалится сюда сверху? И ударит с тыла. А здесь же могут пройти сапёры, будет быстрее.

Лейтенант кивнул и оставил одного бойца, чтобы прикрывал. И ещё одного отправил наверх, чтобы тот доложил командованию о найденном проходе и показал.

Один десантник легко забрался, оставив противогаз Кеннету, второй занял позицию. Кеннет устало выдохнул, надел чужой противогаз, после нашёл упавшую фуражку, но оставил в руках.

— Вот так-то, — сказал он журналисту.

Тот, уже наевшийся войны, не отозвался, а просто смотрел на сломанную камеру.

— Это тебе не это, — продолжил Кеннет и сам задумался над сказанной фразой.

Впереди грохнуло, а затем послышались автоматные очереди. Глушитель в тесном пространстве звук не приглушал вообще.

Та-та-та-та!

Затем одиночные выстрелы, чей-то вскрик, но сверху началась канонада артиллерийской пальбы, и вряд ли на базе слышали этот бой внизу.

— И как? — спросил Кеннет у возвращающегося Шутника.

— Всё хорошо, господин офицер-инспектор, — сказал тот. — Зачистили, ждём сапёров. Я их встречать пришёл.

— А чего у тебя стёкла в противогазе запотели? — спросил Кеннет, покосившись на него.

— Дефект, наверное, — Шутник неловко отвернулся, снял противогаз и протёр стекло изнутри рукавом, но оно тут же запотело снова.

Гул вертолёта приблизился, несколько сапёров в форме десанта вскоре начали спускаться.

— Может, лучше отойти подальше? — спросил Кеннет и огляделся.

— Не успеем, господин офицер-инспектор, — сказал Шутник. — Если взорвётся, то разнесёт всё в радиусе километра. Будет сильнее, чем пятитонная игниумная бомба.

Кеннет поёжился. Но туннели уже зачистили, он подумал и пошёл вслед за сапёрами, поправляя противогаз.

— Вы же офицер-инспектор Кеннет? — восторженно спросил один. — Я про вас в учебке смотрел.