— А что Джим? — полюбопытствовал я.
— Ответил, что он уже не молодой, чтобы меряться… — Эвелин смутилась и покраснела. — В том смысле, чтобы соревноваться. И у китайских двигателей ресурс гораздо меньше, хотя они вроде бы и мощнее. Спешить некуда, привезут деталь, и долетит.
— И что потом?
— Они улетели… Запчасть привезли только к вечеру, потом мы решили, что лететь уже поздно… Утром появилась пара желающих лететь сюда, так что на бензин мы все-таки заработали. Потом… Мы прилетели сюда, и я увидела…
— Да, по ночам здесь лучше сидеть дома, — изрек я с умным видом.
— Согласна… Можно у вас переночевать? Не хочу быть сегодня одна, — заметно смущаясь, попросила Эвелин.
— Оставайся, — дотронулась до ее руки Джинджер. — Как уложим Уильяма спать, постелю тебе здесь на диване. Устраивает?
— Конечно!
— Тогда давайте посмотрим, чем там наш сын так увлечен? Может, и нам понравится? — Джинджер обняла Эвелин за плечи и подвинула дальше, в сторону телевизора. Так как я в самом начале разговора пересел на пуфик у дивана, чтобы лучше слышать, то получилось, что они обе переместились очень далеко.
— Ну, вы тут смотрите мультфильмы, а у меня наверху еще дела есть. — С этими словами я их покинул. Нужно посидеть в тишине, чтобы обдумать то, что услышал. Да к тому же подходит время вечернего сеанса связи, чуть про него не забыл!..
Включил свою радиостанцию, и почти сразу же услышал, как меня вызывают. После взаимных приветствий мне сообщили, что конвой благополучно добрался до фермы, и завтра начнется разгрузка и обустройство прибывших. Мой канал остается как резервный, на всякий случай, так что связываться каждый день нет необходимости. Приехавший с конвоем специалист уже развернул свои ящики и передал что надо кому надо. Мне осталось только завтра утром заехать к Игорю и сообщить ему хорошие новости.
А потом… Я долго крутил ручку настройки, слушая бурлящую в вечернем, а потом и в ночном эфире жизнь. Кто сам когда-нибудь слышал подобное, тот меня поймет.
Когда за мной пришла Джинджер, было уже совсем поздно. Мы тихо прошли по коридору, и из темного зала я услышал мерное дыхание спящей Эвелин. Перенервничала, но мы ее вроде как успокоили… Надеюсь, утром она будет в норме.
Укладываясь в кровать, мы с Джинджер молчали. Погасив свет, она легла рядом и обняла меня. Повернув голову, я ощутил привычный запах ее волос, и… Почти мгновенно уснул.
Глава 14
Утро… Вроде бы совсем такое же, как и предыдущее… Но…
Я чуть-чуть пошевелился, не открывая глаз, и понял, что меня придавили сразу с двух сторон. Ну, слева все понятно — приоткрыл глаза и увидел рыжие пряди. А вот посмотрел направо — темные волосы… Ой!.. И к тому же, обладательница этих темных, не очень длинных волос явно не воспользовалась для сна хотя бы футболкой. Осторожно проверив рукой ниже пояса, я убедился, что трусы с меня никто не стянул, и то ладно!.. Только вот почему я так крепко спал, что не почувствовал, когда Эвелин проникла, так сказать, в «святую святых» — нашу спальню? И ведь Джинджер все время повторяла, что никаких «лямур де труа» она не допустит!.. Что-то поменялось?.. Ох, а если войдет Уильям? Он ведь уже вполне большой, как ему такое объяснить? И ведь… не было ничего- Просто спал, и всё!.. Только вот не хочется никому ничего доказывать и в чем-то убеждать.
Тут же я почувствовал, как зашевелилась Джинджер. И что дальше?..
— Привет! — прошептал я ей.
— Доброе утро!.. Я ей разрешила… Но без глупостей, понятно?!.. — Вот как ей удается шептать с такой грозной интонацией, а?..
— Ясно… Надеюсь, Уильям к нам еще не заглядывал.
— Нет, он так рано не просыпается. Сегодня выходной, ты помнишь? Но, конечно, надо ее разбудить… А тебе тоже придется встать и приготовить нам завтрак.
— Тебе бы только командовать!.. — проворчал я.
— Ну, это же я любя, — усмехнулась Джинджер и тут же придавила меня к постели, потянувшись к неприкрытому плечу Эвелин. (Сами понимаете, чем и как придавила…)
— Милая, пора вставать! Мы же не хотим, чтобы нас всех тут увидел Уильям?
Эвелин с трудом приоткрыла глаза, улыбнулась в ответ, но тут же вспомнила, где и в каком виде она лежит, тихо ойкнула и покраснела, цветом щек напомнив мне пионерский галстук.
— Простите… — Гостья тут же вскинулась, на мгновение сверкнув всем, что у нее имелось, накинула на себя простыню (оказывается, она принесла ее с собой, и укрывалась ею же), и бесшумно убежала в зал, где оставалась ее одежда.
— Ну что, ты доволен жизнью, мой падишах? — Джинджер решила посмеяться. Ну, или проверить мою реакцию…
— Как бы проще сказать… Я не упал только потому, что уже лежал. Когда она успела сюда проникнуть?
— Почти сразу после того, как ты уснул. Сказала, что никак не может успокоиться, и попросила разрешения пристроиться с краешку…
— И ты вот так спокойно разрешила?!..
— Я почувствовала, что Эва не обманывает. К тому же… Помнишь, о чем мы не так давно говорили? Если вдруг и в самом деле есть какая-то непонятная связь, то ее лучше поддерживать…
— Думаешь, это нам может пригодиться?
— Думаю, не думаю, какая разница? Сам мне рассказывал про «Синдром Кассандры». Так что или просто поверь, или не обращай внимания. Все, вставай! — Джинджер вернулась на свое место, освободив меня. — И ты обещал Уильяму свозить нас в тир, помнишь?
— Да помню, помню… Может, и Эвелин позовем за компанию?
Джин заложила руки за голову и дразняще повела плечами. (Простыня укрывала ее снизу до талии.)
— Ну, если она согласится, то почему бы и нет? Только давай не затягивать, поедем сразу после завтрака, там народу будет немного, и еще не очень жарко.
— Ясно… Тогда поцелуй меня… Просто так…
Она не стала отказываться, притянула меня к себе и поцеловала. Когда я вставал с постели, то оглянулся и увидел вокруг фигуры Джин неяркую дымку зеленоватого цвета. Нет, не отпускает меня «дурман- трава»… Но вот что интересно — видения-то не постоянные! И влияет ли это непонятное вещество (или как там его назвать) на других? Например, Эвелин еще ни разу ни о чем подобном не упоминала…
Но уже через несколько минут мне пришлось заняться более житейскими делами — например, опередить женщин в посещении ванной комнаты, иначе рисковал остаться неумытым на час, а то и больше. Потом, согласно распорядку дня, пришлось по-быстрому готовить завтрак. Сегодня на одного человека больше, надеюсь, что продуктов у нас для этого хватит. Шучу, конечно, Эвелин никогда не ела больше меня, даже когда выступала и тренировалась по полдня.
Омлет сегодня получился удачным, так что за столом разговоров почти не было. Поехать в тир Эвелин согласилась сразу, как только услышала. Но чуть позже сказала, что ей надо сначала заехать домой, переодеться, а уже потом она присоединится к нам в тире. Уильям вообще сидел в молчаливом предвкушении, с явно читающимся выражением «Ну вот, наконец-то!» на лице.
Так что уложились мы примерно в полчаса. Джинджер увела сына переодеваться, Эвелин поехала к себе домой, а я прибирался на кухне, заодно прикидывал, что бы еще из своей легкой стрелковки можно взять с собой на пострелушки.
Внезапно засигналил мой телефон, лежащий на холодильнике. (Привычка — держать сотовый в шаговой доступности от себя, чтобы не бегать по дому, услышав вызов. Мало ли что, вдруг богатый клиент захотел срочно вылетать!..)
Оказалось, что это захотел переговорить со мной сам Хокинс.
— Привет!
— Привет! Наверное, думаешь, чего это я решил тебя побеспокоить в такую рань? Не разбудил? — В динамике послышался добродушный смех.
— Нет, встал давно, уже позавтракать успел. Только думал, что ты позвонишь ближе к вечеру.
— Сначала так и хотел… Есть дело, можешь приехать?
— Мы сейчас едем в тир, могу заскочить после обеда, устроит?
— Сегодня до вечера — в любое время, буду ждать.
— А что, опять вылет планируешь? Далеко?
