"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий

Что знал обо мне мой родственник — было непонятно. Знал ли он, что я увидел только что и кто мне открылся вместо него? Если так, почему он ведет себя как обычно? И как мне быть? Скрывать о своем знании или стать откровенным? Как не навредить плану, костяк которого только наметился? И хотя мне было очень трудно, я решил сжать волю в кулак и вести себя как прежде, а по ходу делать выводы.

— Пойдем скорее кормиться, — улыбнулся Валентин, похлопав меня по плечу и направляясь в шестой отсек. — Урожай поспел.

Мы добрались до Алых Врат и остановились перед ними, я тут же почувствовал тягу, которая заставила развернуть воронку. Ощутился прилив чего-то очень мощного, и моя центрифуга замотала кольца, превращая их бег в сплошную полосу. Скорость развилась бешенная, и они пришли. Темные дрожащие сгустки, их было множество, и все они тянулись ко мне. Я не мог отказаться ни от одного из них. Я желал поглотить как можно больше, словно меня обуяла безграничная жадность. Сгустки смешивались с кольцами воронки, наполняя меня эйфорическим ликованием, а позади меня стоял Валентин и поглощал этот коктейль, втягивая весь поток в себя, как в гигантскую безграничную утробу.

Когда процесс был завершен, мой родственник одернул полы пиджака и поправил узел галстука.

— Просто праздник, — довольно произнес он. — Подарок моих адептов. Первый выход и такой удачный.

Уже в зоне нулевого этажа я спросил:

— Это был плод работы ребят?

— Да. Мия великолепна. Ее сбор самый мощный. Она рождена для другого мира, и я подарю ей этот мир.

В этот же день стало известно о скором возвращении моих друзей. От этой мысли я не мог найти себе места, переживая, как пройдет встреча, и что расскажет каждый из них.

В ожидании я тренировался ставить руны и смешивать их. Подолгу сидел на пирсе, глядя в даль океана, иногда под палящим солнцем, а порой, под мелким дождем, и просто бродил по территории острова.

И вот, в один пасмурный день на дорогу, ведущую к зданию института, завернула машина. Она остановилась у ступеней главного входа, и из открывшейся двери показался Джозеф. Он с важным видом оглядел нас с братьями, учтиво кивнул Валентину и дернул ручку дверцы.

Я смотрел, затаив дыхание. Первым спрыгнул Серафим, поправив рюкзак, он приветливо махнул мне рукой, за ним появился Ян, бросив небрежный взгляд на братьев, он скинул ношу за плечами и поставил на выставленный ботинок. Леон, Николь и Эвелин вышли следующими, за ними появилась Стефания, она улыбнулась Томасу и присоединилась к брату.

Мое сердце дрогнуло в предчувствии, что больше никто не выйдет из тонированного джипа. Секунды заменили часы. Джозеф нырнул внутрь машины и вытащил еще один рюкзак, после чего показалась белокурая голова. Мия спрыгнула последней. Увидев ее, я ослабил напряженно зажатые плечи и медленно выдохнул.

— Друзья мои, — радостно произнес Валентин, — вы подарили мне массу желанных плодов. Мы с Марком собрали этот щедрый урожай, и теперь каждый из вас получит награду. А сейчас следуйте в свой корпус на отдых.

Было томительно ждать, когда мои друзья примут душ и приведут себя в порядок. Я ходил по комнате, как запертый зверь, хотелось послушать каждого, особенно Мию, рассказать ей мои новости и решить, что открывать ребятам, а что пока не нужно. Но время шло, а Мия не выходила. За ее дверью была абсолютная тишина. И когда все отправились на обед, я заглянул к своей напарнице, обнаружив комнату пустой. Никаких следов недавнего присутствия тоже не обнаружил.

С тревогой я отправился в левый корпус. Желая увидеть, где находится Мия, напряженно представлял места ее возможного пребывания, как вдруг увидел кабинет Валентина изнутри. Мия была там. Я торопливо зашагал по коридору, разбирая на ходу, как мне удалось об этом узнать.

Медленно приблизившись к двери, остановился, чтобы прослушать обстановку.

— Дорогая, не нужно все портить, — раздался голос Валентина. — Ты одна превосходишь группу. Пусть все остается.

— Я не хочу больше этим заниматься, — отозвалась Мия. — Это чудовищно.

— Тебе придется. По договору.

— Да плевала я на твой договор, — отрезала моя напарница. — Мне долго так не выдержать.

— Если ты откажешься, придется выполнять другую часть. Хотя… Эта часть так или иначе ждет тебя, дорогая будущая супруга.

Услышав последнее, я распахнул дверь с недоумением:

— Что? Какая еще другая часть?

— Марк, — улыбнулся мой брат, — конечно, входи. Мы тут обсуждаем перспективу.

— О чем ты ей сказал? — повторил я, непонимающе глядя на обоих. — Что значит «будущая супруга»?

Валентин качнул головой.

— Забавно. Выглядишь, как ревнивый муж.

— Ты все еще носишь эту страшную идею⁈ — воскликнул я.

Мой родственник озадаченно дернул бровями.

— Если бы я не познал тебя однажды, подумал бы, что ревнуешь. Но мой сосуд на это не способен, из чего возникает вопрос: что с тобой, Марк?

Я едва не задохнулся от возмущения, но вовремя сдержался.

— Оставь Мию. Это страшный план.

— Почему же страшный? Мия самый подходящий вариант для нашего будущего.

— Это невозможно! Она же человек.

— Естественно. Человек выбирает человека, не вижу поводов для твоего волнения.

— Есть очень веский повод, — с тяжелым сердцем объявил я. — Ты не имеешь права сочетаться с ней браком.

Валентин прищурился, внимательно глядя на меня.

— Ты уверен? Будь любезен объясниться.

В моем горле пересохло, но совсем недавно во время открытия Перт я увидел настоящее лицо Валентина и больше сдерживаться не смог.

— Я знаю, кто ты.

Повисла пауза, от которой мое сердце мелко заколотилось в голове и ушах.

— Отлично, — вкрадчиво произнес мой брат. — У тебя все?

— Нет. Не все. Ты не можешь претендовать на Мию, потому что ты не человек.

— Хм… Только что я был твоим братом Валентином. Что изменилось?

— Ты не Валентин, — заявил я, ощущая, как тяжелый питон обворачивает мою шею. — Ты пользуешься его телом, но ты не он.

Мой родственник улыбнулся, словно все происходящее было для него игрой.

— Так кто же я?

— Ты древнее зло. Верховный дух темной Изнанки. Самаэль.

— Что ж… — неторопливо произнес Валентин, довольно качая головой. — Ну, здравствуй, Марк. Начнем с начала?

Глава 16

Сообщающиеся сосуды

Я все чаще рождаю зло

После моего признания правды о сущности Валентина, мы трое даже не смогли поговорить, потому что я был словно рассеян. Онемение тела и невозможность сконцентрировать речь сделали меня невменяемым, и мой брат отправил нас с Мией отдыхать, пообещав вернуться к разговору позже. И это повисло грузом в сердце, мне стало страшно.

О чем говорить с чудовищем? Оно завладело телом моего брата, возможно, еще во время его внутриутробного развития. А ведь я тоже мог стать таким… Когда моя мама была одержима Самаэлем, она носила меня в животе, и темный собирался внедриться в мою душу, сделав при рождении своим сосудом. Это произошло, только не полностью. Самаэль вошел в мое сердце внутриутробно и обитал во мне. Но мой отец с помощью схимонаха Адриана и учителя Тоши Кимура изгнал древнего из утробы матери и отправил его на Изнанку вместе с темным полчищем тринадцати. После изгнания запечатал портал выхода в наш мир. Они сделали это до моего рождения. Но внедрение оставило последствия. Я был поврежден. Самаэль сломал во мне клетку любви. Я ощущал некую пустоту, чувствовал изъян внутри, незаполненность. Хоть мама очень старалась пропитать мою душу добротой и любовью и заполнить этим рану от тьмы. Но вот я здесь, на острове, рядом с братом, управляемым древним Самаэлем, и меня несет. Отец Адриан не раз повторял: неважно, что войдет в тебя, важно — что выйдет. А я все чаще рождаю зло. Все чаще являюсь виновником ярости и гнева. И самое страшное — мне это нравится.

Стоя у окна на следующий день, я чувствовал зов. Валентин звал меня. Наш разговор должен был завершиться, и сейчас глава тринадцати ждал меня. Я слышал его. Видел его. Он сидел в кабинете и смотрел перед собой, зная, что я приду. Но мне было страшно. Тот, память о котором я тщательно старался заблокировать — в нашем мире, он нашел лазейку на этой стороне и теперь находится рядом со мной. Это чудовищно. Выходит, отец был прав, предостерегая и подготавливая к такому исходу. Зло тянет ко мне свои темные пальцы, сжимая змеиную петлю вокруг моей шеи. И нужно собрать силы, но почему-то мое сознание превращается в цепенеющего кролика, в жутком страхе ищущего глубокую нору для спасения.