"Фантастика 2025-135". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Звездная Елена

– Гнать его надо было, – грустно сказал богатырь.

– Ото вам гнать, – Кот фыркнул. – А Яга молодая была, горячая, стыдно ей было, что старик, и то в магию не верит. Взяла она одно-единое семечко да вложила в него чары магические. А дедок взял, спасибо не сказал да и побег домой, а он известный на селе лентяй был. Прибежал, ямку вырыл, семечку бросил, да и пошел домой, на печи лежать, тараканов гонять.

Я припомнила детскую версию: «Посадил как-то дед репку, и выросла репка большая-пребольшая – рук не хватит обхватить!»

– Значит «как-то» это не про временные рамки, это в смысле «кое-как», – задумчиво проговорила я.

Кот прищурил зеленые глаза да и продолжил:

– Долго сказка сказывается, да крепка дольше растет. Уж собрали урожай в деревне, уж листья опали, а крепка все растет, деда радует. И такая выросла – не обхватить. Вот перед самыми морозами пришел дед и решил собрать урожай свой. Тянет-потянет…

– Вытянуть не может, – решила я блеснуть знаниями.

– Какой там! – Кот фыркнул в усы. – Это нормальную репку тянуть можно, а крепка, она магическая, стало быть гордая да разумная. Вот взялся дед крепку тянуть, она ему молвит голосом человеческим…

Я затаила дыхание, жадно внимая сказке. Кот от такого внимания немного опешил, но тут же спохватился, грудь колесом, осанка стала горделивая, да и сказ не в пример интереснее:

– Молвит ему крепка голосом человеческим: «Пошто, супостат, ручонки ко мне свои протягиваешь? Жить надоело али горюшка увечного желаешь?»

Молча взяла блинчик и, зачарованно слушая Кота Ученого, стала намазывать его…

– Э… Рита-краса, ты… – попытался остановить меня богатырь.

– Не поправлюсь, – отмахнулась я. – Котик, а дальше что?

– А дальше? – Кот задумчиво и как-то даже неодобрительно посмотрел на мой блинчик. – Испужался дед, сломя голову к бабке своей бросился, в дом влетел, да и молвит: «Горе-горькое, бабка, репка наша заколдованная стала! Из землицы ее не вытянуть». Не поверила бабка, пошла за дедкой, схватились они за крепку, тянут-потянут, а она им: «Руки поотрываю, ироды сиволапые!»

Я улыбнулась и потянула блин ко рту…

– А может, не надо? – как-то напряженно спросил Кот.

– Расказывай-рассказывай, должна же я знать историческую подоплеку сказки.

И откусила… Рот обожгло огнем, из глаз слезы, из горла хрипы… И кружку протянутую богатырем я схватила, не брезгуя, и даже выпила все махом, стараясь затушить пожар… В голову ударило мгновенно, тяжелый дух медового спирта вызвал головокружение, а обожженное горло требовало еще.

– Это что было? – грохнув кружкой по столу, вопросила у притихших собутыльников.

– А неча было хрен вместо меда мазать, – весомо заметил Кот Ученый. – Дальше рассказывать?

Мир начал покачиваться плавнее… Нет, он и так покачивался – у избушки на курьих ножках шаг не мерный, не на колесах же, а останавливаться нельзя, убегаем как-никак, но теперь меня вдруг перестало укачивать, и подпрыгивающая избушка не раздражала больше, и Стужева я теперь не боялась, и вообще как-то хорошо стало… Одна проблема – чувствую себя драконом огнедышащим… В смысле Змеем Горынычем… А кстати!

– Вопрос, – вдруг понимаю, что Котов теперь два, и главное, оба Ученые, – Змей Горыныч у вас тоже есть, а?

Богатырь у меня кружку отобрал, да ответ его был таков:

– Змея Горыныча не встречал, но с Гадом Змеевичем знаком лично, к нему и идем.

– Опа-ся, – вдруг поняла, что богатырей вообще три, и все такие здоровенные, – а зачем нам Гад Ползучиевич?

– Змеевич, – поправил Илюра. – Идем мы к нему в топкие болота, чтобы, значит, тебя да избушку ему на хранение да убережение оставить. Опосля я за дружиной своей отправлюсь, чтобы, стало быть, дать бой великий.

– Ик! – выдала оторопевшая я.

И медленно накатило – это что же я делаю? Это я вместе с богатырем, избой, живностью всяческой сказочной и не сказочной тоже, что на террасе увеличенной уместилась, совершаю самый что ни на есть побег с места преступления!

А дело было вот в чем – едва мы с Илюрой от Стужева, в яме возлежащего, отошли – громыхнуло так, что деревья с корнем повыворачивало, а едва земля гудеть перестала, няшка фэнтезийная начала атаку. Исключительно магией! Наученный горьким опытом Князь больше в рукопашную не вступал. И понеслось в богатыря – каменья, вывороченные из сырой земли, деревья столетние, молнии смертоносные… Насилу ноги унесли! Если б не метла, лежать Илюрочке в земле русской сказочной, так как меня Князь за цель атаки не принимал, наоборот, берег и камни в сторону направлял, если орущая и бегающая я под траекторию полета попадала. И вот когда Илюра, как подкошенный, упал, что-то во мне током ударило – метла ко мне сама и прилетела, а дальше крик богатырю: «Хватайся!» и полет ввысь, над деревьями, чтобы примчаться к избушке. Решали все быстро и как-то даже без моего участия. Избушка нарастила террасу, на нее забежали кони, коровы, живность подворная, стадо лебединое, а после изба и ноги себе увеличила, а затем как припустит…

Так вот тогда ударило, а сейчас накатило! Осознанием! Стужев гад, с этим никто не спорит, но… но там Ромка и родители… И Ромка… с феей! Нет, я бы не переживала, но именно сейчас вдруг вспомнился рык яойки обыкновенной: «Марго, зараза рыжая, ты достала!»

– Ик! – вырвалось у меня, и мысли мерно зашатались в такт бегу торопливой избушки на курьих ножках.

Почему-то захотелось сидеть здесь и дальше, есть блинчики, да и каша вот уже почти подошла, аромат на всю избу… И сидеть бы, слушать сказки Кота Ученого под мелодичные переливы гуслей… не помню, как называются, одна проблема – Ромка, родители и гад Стужев!

– Метла моя где? – Я встала из-за стола. – Метла, говорю!

Средство перемещения вылетело из-под потолка и замерло, касаясь моей ладони… оставалось только сжать.

– Ягушечка, ты ж на ногах не стоишь, – заметил кот, он тут был не только самый умный, но и самый трезвый.

А меня догоняло конкретно. Но основная мысль алкогольный дурман удерживала крепко:

– Домой лететь надо. Срочно. С гадом Стужевым разобраться, Ромку спасти…

Странное ощущение жжения кончиков пальцев в очередной раз напрягло, вызвало смутные подозрения, но я снова постаралась не обращать внимания. Такое ощущение было, как во сне – вот видишь что-то краем глаза, а только сосредоточишься – пропадет.

– Рано тебе, ведьмочка, – важно сказал Кот, – только в силу вступать начала, метлу призывать научилась, рано. Эти няшки анимешные, что уж за ругательство такое, не ведаю, да звучит оскорбительно, они коли угрозу почуют – погубят, душегубы окаянные. Если даже Илюре-воеводе бежать пришлось.

– Отступать, – вставил богатырь.

– Отступать. – Кот кивком принял его точку зрения. – То тебе куда соваться, Рита? Ведьма им первый враг, только ведьмы силу закрывать миры имеют, только ведьма им и опасна.

О-па-ся еще раз!

Я села, продолжая сжимать метлу, и очень трезвым голосом переспросила:

– Что?

– Что? – вопросил богатырь.

И даже печка ворчать перестала, что пирожки у нее уже подрумянились, а доставать никто не спешит. Мне ее даже жалко стало, встала, заслон отодвинула, ухватом противень с пирожками вытащила, кашу назад задвинула, заслон поставила и села, готовая слушать. И тогда Кот начал рассказывать:

– Со стародавних времен жили ведьмы в вашем мире, в наш лишь наведывались, да не каждая ведьма Ягой становилась.

– Ягой? – переспросила я. – А есть разница?

И тут ответила Курочка:

– Яга, квох-ох, заступница нечисти лесной, защитница, а ведьма – это ведьма.

Кот важно кивнул. А я вдруг подумала – может, от того бабы Яги злые ко всем были, что вечно какой богатырь или Иван-царевич норовил убить то Кощея, а то Горыныча, ну или кикимору какую… У охранников тоже рожи злые всегда. И у пограничников…

– И? – осторожно у Кота спрашиваю.

– И бывало так, что, став Ягой, ведьма в вашем мире жила, точнее с нами и избушкой на курьих ножках туда перебиралась, да только было это во времена древние, пока не воцарился на вашей земле князь Володимир, что на гречанке женился и веру греческую привнес. А там, где новые боги в почете, старым места нет, вот и вернулись Яги к нам сызнова.