К чести Кузьмича он действительно нас срисовал на подступе к автомобилю, метров за 400. Но не стал стрелять или орать на всё округа. Пару раз крутнув стартером, ожил мотор газели и фургон поехал нам навстречу.
Остановив автомобиль в паре метров от нас, Кузьмич выскочил из‑за руля и бросившись нам на встречу, взволновано спросил:
– Что с вами приключилось? На вас смотреть страшно, все чумазые в грязи и без оружия.
Я быстро осмотрел себя в свете фар машины и понял, что Кузьмич прав. Мой черный костюм был весь в пыли и грязи. Сейчас он больше напоминал не униформу охраны рынка, а рабочую робу землекопа. Дополняли эту картину мои содранные в кровь и покрытые грязью ладони.
Остальные члены отряда выглядели не лучше. Витя скинул балаклаву и теперь подслеповато щурился, оставшись без очков. Его некогда стерильно‑белые бинты, сейчас были грязными как моя униформа.
Артём и берсерк тоже были перепачканы в грязи с ног до головы. Последний стоял, зажимая здоровой рукой, вторую пострадавшую руку. Увидев это, я мысленно обозвал себя идиотом и ответил Кузьмичу:
– Некогда лясы точить, нам нужно уезжать отсюда, в машине расскажем каким гандо…м оказался твой Видлен!
– Чё это мой? – Растеряно произнёс Кузьмич. – Это Виктора коммунистический приверженец!
Виктор не стал спорить с Кузьмичом и тот растерянно пожав плечами, запрыгнул на водительское место.
Оказавшись внутри автомобиля, мы тут же были засыпаны вопросами от встревоженного женского коллектива. Я обещал рассказать всё чуть позже, а пока необходимо было осмотреть руку берсерка и свалить подальше от этого проклятого места.
В первую очередь я сказал Кузьмичу трогаться и ехать прямо по полю, в сторону Москвы, а сам принялся передаваться в чистый камуфляж.
Сейчас лишившись всего, что у меня было при себе, я по достоинству оценил присказку про запас, который карман не тянет. В данном случае он карман не тянул, а занимал места в кузове газели. Но благодаря ему, я был вновь в чистом камуфляже расцветки мультикам, в бронежилете, с новой запасной рацией и вооружён автоматом Калашниковым 74М.
Артём последовал моему примеру и тоже переоделся в чистое и вооружился. Только судя по его грустному лицу, стандартный калашойд не приносил ему радость. Оно и понятно, уроды увели у него бесценный прицел ночного виденья, самодельный ДТК закрытого типа, и другие мелочи в виде снаряжённых магазинов, патронами с малой навеской пороха.
Если патроны Артём ещё мог накрыть в любом количестве, то для создания нового глушителя, ему нужны были исходные материалы, с которыми сейчас было туго. Поскольку это не просто труба, которая накручивается на ствол, там всё манипуляции должны быть выполнены с ювелирной точностью, для соблюдения соосности. Про прицел ночного виденья вообще молчу, такие вещи сейчас мало кто продаёт, а если и продаёт, то озвучивает такую цену, услышав которую, можно заработать инфаркт.
Поэтому меня не удивило кислое лицо Артёма, потерявшего свои любимые плюшки‑игрушки, которые стоили целого состояния и очень нам помогали в различных ситуациях. Но как бы там не было, жизнь продолжалась и нам требовалось выполнить задание, поэтому я взял в руки карту и подсев к Артёму сказал:
– Нужно прикинуть наш дальнейший маршрут.
Артём пару минут сосредоточенно рассматривал карту, потом поднял на меня взгляд и произнёс:
– Мы только недавно выехали с гынка, а меня уже задгали все эти бесконечные пгиключения настолько, что я готов пгедложить ехать всю догогу по полям и отстгеливать всё, что шевелиться в зоне видимости.
Услышав его слова, Кузьмич удивленно хмыкнул, но не рискнул бросить очередную колкость, видя хмурое лицо Артёма. Я в ответ укоризненно взглянул на опечаленного потерей ценных вещей товарища и сказал:
– Нет Артём. Оттого что мы встретили на своём пути беспринципных уродов, потерявших человечность, мы сами не должны превращаться в таких же негодяев. Поэтому я понимаю, что в тебе сейчас говорят эмоции, но не позволяй им одержать верх над разумом и сделать твоё сердце чёрным.
– Не волнуйся я пегеживу, что у меня спиз…ли ствол и тюняшки к нему и не стану монстгом. Поэтому не нужно мне сейчас читать пгоповеди, а то складывается ощущение, что меня вегбуют в секту.
– Сектантов и без нас полно, тем более они сейчас не в почёте, большинство выживших видя их сразу стреляет. Поэтому возвращаясь к твоим словам, я ещё раз говорю, нам нужно составить маршрут и доехать до Москвы по полям, не самая лучшая идея.
– Да я понимаю, что такими темпами мы будет ехать год и топлива для этого нужно сжечь целую тону.
– Это хорошо, что ты это понимаешь. Поэтому прокладывай маршрут, а я пока пойду гляну, что там у Алёшеньки с рукой.
Тихо сказал я Артёму и поднявшись с кресла, отправился в заднюю часть салона автомобиля, где девочки вместе с Виктором окружили берсерка и раскрыв аптечку колдовали над ним. Усевшись неподалеку на пол, я тихо спросил у жены:
– Что у него рукой?
Она откинула со лба прядь волос и ответила:
– Нас конечно викинг обучал медицине, но эти знания весьма поверхностны. Если мы не ошиблись, то у него открытые и закрытые, множественные разрывы сухожилий. Всё что мы можем сделать, это приглушить воспалительный процесс и наложить гипс. Скорее всего ему потребуется помощь настоящего доктора и операция по наращиванию и сшиванию сгибателей.
Я удивленно вскинул бровь и с восхищением проговорил:
– А говоришь ничего не понимаешь, а сама вон как на гипократском шпрехаешь.
Было заметно, что похвала приятна Яне. Её глаза счастливо заблестели и на губах заиграла ели заметная улыбка. Погладив рукой моё плечо, она подтолкнула меня в направлении передней части автомобиля и сказала:
– Иди льстец, ищи ближайшее поселение, где можно найти более опытного доктора чем я.
– Слушаюсь моя госпожа.
Шутливо произнёс я и вернувшись к Артёму, который внимательно рассматривал карту, сверяясь с пометками о известных нам локациях, сказал ему:
– Нам нужно заехать куда ни будь, где есть доктор.
Артём озадачено вскинул бровь и посмотрев на меня сказал:
– Дядь ты же сам видел пометки на кагте! Тут название известных гестаповцу больших и мелких анклавов и их кгаткие хагактеристики. Напгимер: «Дгужелюбны» «Лучше объехать стогоной» «Склоны к каннибализму» как видёшь, пго уговень медицины нет не единого слова.
– Вижу, поэтому ищи ближайший, более‑менее крупный анклав, поедим туда.
Артём согласно кивнул и произнёс:
– Согласен логично.
– Куда едим?
Не выдержал долго молчания, сгорающий от любопытства Кузьмич. Артём усмехнулся и ответил ему:
– Тебе не всё гавно куда ехать? Главное кгути педали пока пиз…ы не дали.
– Да я вижу, что вам уже дали, но хочу услышать грязные подробности.
Бестактно произнёс Кузьмич, явно стараясь убить двух зайцев сразу, позлить Артёма и удовлетворить своё любопытство.
Престарелой хитрец легко достиг своей цели, поскольку Артём и так был злой после предательства автостопщиков и потери снаряжения. Впив в затылок Кузьмича испепеляющий взгляд, он произнёс:
– Лучше не шути сейчас свои дугацкие шутки, иначе я за себя не гучаюсь.
Осознав, что в воздухе пахнет жареным и есть не иллюзорная вероятность получить люлюй, Кузьмич включил заднюю и примирительно сказал:
– Всё больше никаких шуток! Спрашиваю абсолютно серьёзно, куда ехать?
Артём отвел свой испепеляющий взгляд от затылка Кузьмича и ответил:
– Выезжай на трассу, по ней нужно проехать километров 30 и потом я скажу куда свернуть.
– Понял принял.
Покорно ответил Кузьмич и направил автомобиль в сторону посадки, за которой проходила трасса М4.
Я наклонился поближе к карте, чтобы хорошо видеть все мелкие обозначения на ней и спросил у Артёма:
– Куда едем?
– Сюда.
Проговорил Артём и ткнул пальцем в место, которое на карте было обведено карандашом в небольшой круг и подписано восемнадцатым номером.
