— Но почему…
— Где Лора? — резко оборвала я ее. Уже во второй раз.
— Лора? — Ее взгляд метнулся по комнате, словно она не понимала, о чем именно я спросила. К счастью, повторять не пришлось. — Она должна была встретиться с Карином и Лаэртом. Я сейчас…
— Не надо, — тихо и, надеялась, достаточно твердо, чтобы вернуть ей хотя бы подобие спокойствия, попросила я. — Я свяжусь сама.
— Мария… — Мама смотрела на меня так, что для сомнений места не оставалось. Я только что дала ей повод задать вопрос, ответа на который у меня не было. — Все еще хуже, чем я думала?
Мысленно укорив себя за беспечность, отвела взгляд.
Что я могла ей сказать? Что сама не осознавала до конца сути происходящего вокруг? Что за внешней веселостью Йорга видела надвигающиеся проблемы? Что, ловя вроде как случайные взгляды Вацлава, замечала тень беспокойства в его глазах? Что больше не верила в искренность улыбки на лице отца? Что думая о будущем браке не забывала и о младшей сестре, для которой мое решение могло стать либо дорогой в будущее, либо…
Я могла только молчать, надеясь, что она догадается о том, что творилось в моей душе и «услышит» все, что я так и не сумела произнести.
Она услышала, но… моей боли это не уменьшило.
— Значит, хуже, — протянула она задумчиво, холодным равнодушием, прозвучавшим в голосе, заставив посмотреть на себя. — Теперь хотя бы понятно желание отца как можно скорее избавиться от тебя и Лоры.
— Мама…
Она качнула головой, глядя на меня, но словно не видя. Взгляд был тяжелым, касаясь меня, отдавал неизбежностью.
— Не надо ничего объяснять, — выдавила она из себя через силу и, резко тряхнув головой, на миг закрыла глаза. Когда открыла, ничто на ее лице не напоминало о последних минутах. — Свяжись с Лорой и предупреди, что к ужину мы не вернемся, они с Летой остаются за старших.
— Мама… — попыталась я ее вразумить, но маминой настойчивости могло хватить на несколько Каринов, не говоря уже обо мне.
— Я больше не хочу об этом говорить, — твердо произнесла она, отключая планшет. — Моя дочь выходит замуж, остальное не имеет значения.
Если бы все было так…
— Мама, — усмехнулась я, — мы пробудем в Ратуше от силы десять минут. Это такая формальность…
— Формальность?! — Вот теперь она точно разозлилась. Отбросив сумочку, которую успела взять со стола, подошла ко мне. — Я не ожидала от тебя такой легкомысленности!
Вздохнув, пожала плечами, грустной улыбкой вымаливая себе прощение.
— После приема у императора Индарса меня бросает в панику при одном намеке на официальные мероприятия.
Сочувствия в ее взгляде, на которое я очень рассчитывала, так не появилось.
— Приемов у императора Индарса может быть сколько угодно, а вот этот день больше никогда не повторится. — Она окинула меня задумчивым взглядом. — Если, конечно, твое решение серьезно настолько, насколько мне бы хотелось.
Дополнение было из разряда тех, когда что бы ни сказал, все равно будет мало. Говорить о том, что люблю Карина — бесполезно. Слова, как аргументы, вряд ли были способны убедить ее в моей уверенности.
Да и была ли она, эта уверенность?
Четыре стандарта рядом, из них только половина последнего во взаимоотношениях между мной и Карином ощущалась та незримая связь, что отличает слаженный экипаж. А до этого, то ли с трудом сдерживаемое презрение, то ли брезгливое равнодушие, но в любом случае любезностью являлось уже холодное приветствие, до которого он буквально снисходил.
Плотину сорвало резко, в одно мгновение. Секунду назад я помогала медикам с ранеными и даже предположить не могла, что стоит ей пройти, как Карин протянет мне кружку с горячим глостом, о котором и знать-то не должен был, заставив меня мысленно признать, что все это время я исподволь искала его внимания.
Что стало гранью, разделившей мою жизнь на ту, где мы были врагами, и ту, в которой я тоже избегала встречи с ним, но лишь потому, что не могла поверить собственным глазам, я так и не узнала. Задавать вопросы не спешила, опасаясь услышать, что потеряла несколько лет, в течение которых мы могли быть хотя бы друзьями.
— Только не белое, — пряча улыбку, протянула я, делая вид, что последнюю фразу она даже не произносила.
— Тогда беж или жемчужный, — тут же подхватила мама, поднимая брошенную на кресло сумочку. — Я видела в Самивале… Думаю, тебе понравится.
Мне оставалось только развести руками — я опять забыла, что в житейских делах мама была значительно опытнее меня, и пока я занималась глобальными проблемами мироздания в лице самаринянина Исхантеля, она решала более мелкие, но не менее важные. Платье для торжества, скорее всего, было лишь одним из них.
— И что мне еще должно понравиться? — признавая собственное поражение, вздохнула я.
— Всему свое время! — усмешка была лукавой, вот только затмить собой беспокойство, продолжавшее жить в ее глазах, ей так и не удалось.
Фыркнув, что ничего другого и не ожидала, попросила маму подождать меня еще пару минут. Прежде чем связаться с Лорой, я хотела переговорить с Карином.
Выйдя в холл, активировала внешку комма. Тот ответил сразу, словно ждал моего вызова, тут же отошел в сторону, оставив сестру с Лаэртом.
— Ты новости смотрела?
Хотелось мне пройтись по поводу его подозрительной осведомленности о наших семейных сложностях, но я предпочла в очередной раз избавиться от этой мысли. Слишком свежи были воспоминания о том, с какой скоростью те начали разрешаться, как только стало известно о возобновлении моего контракта и скором появлении здесь старха.
— Смотрела, — кивнула я, глядя на стоявшую в стороне Лору. Судя по улыбке, она еще ни о чем не знала. — Не хотите отправиться на прогулку к островам?
— Значит, — вздохнул он, — я правильно понял предупреждение Вацлава. Лора была с ней знакома…
— Они ходили на один факультатив, — подтвердила я, не удивляясь высказанному предположению. За те несколько дней, что Йорг провел на Зерхане, он успел основательно прорасти в жизнь моей семьи.
То ли старховская основательность, то ли… просто основательность. При всей своей внешней бесшабашности ветреным и легкомысленным Карин точно не был.
— Боюсь, что одними островами здесь не обойтись. — Он оглянулся, произнес что-то одними губами. Предназначалось сказанное Лаэрту, говорил Карин не на всеобщем. Я хоть и не спец, но в ситуациях, когда о смысле команды приходилось скорее догадываться, бывать приходилось. — Я заблокирую комм Лоры. Думаю, так будет лучше.
— Ты… что? — посмотрела я на Карина с изумлением, когда до меня дошел смысл фразы. С его решением была согласна — будет лучше, если о гибели своей сокурсницы сестра узнает, когда вернется домой, но вот сама возможность подобного вызывала очередные вопросы.
Йоргу повезло, от необходимости ответить его избавила Лора. Подскочив, развернула руку Карина к себе, встретившись со мной взглядом, подмигнула и показала язык.
— Ну, ты и капуша! Лета уже давно ждет вас с мамой в Самивале.
Еще и Лета… Лично я была уверена, что средненькая как раз сейчас знакомится с командой, в которой ей предстояло работать ближайший год. Сестра пошла по стопам отца, выбрав в качестве специализации медицину катастроф, а затем и более узкое направление, позволившее ей претендовать на флотскую вакансию — сложные случаи волнового и импульсного поражения.
— И давно она ждет? — грозно сдвинув брови, поинтересовалась я, глядя, как на лице младшенькой появляется замешательство.
— Ждет? Кто? — тут же залепетала Лора, отступая за спину подошедшего Лаэрта. Добавила она, выглядывая из-за него, как из убежища: — Я ничего не говорила, и ничего не знаю.
Посчитав, что это неплохой повод, чтобы закончить разговор, улыбнулась Карину и отключилась, поймав себя на том, что предпочла бы сейчас находиться рядом с ними. Лора была лишь поводом для возникшего желания, а вот Йорг — причиной. Я и не заметила, как он стал частью того мира, без которого меня просто не существовало.
