Разведчики Жорика из числа диких «ЭВов» показывали мне, что грузовые дирижабли прилетали и днём, и ночью. Каждые сутки на нашу землю высаживались сотни врагов, и если не начать действовать немедленно, то через неделю мы окончательно потеряем все наши земли вместе с фабриками и заводами, а Столица сама откроет свои «ворота» буквально за горбушку хлеба.
Споры до хрипоты продолжались до самого вечера, немного остудил накал товарищ майор, что с честью выполнил задание. За любые продукты сейчас можно было достать всё, а уж за питательные батончики так и подавно.
Генерал вызвонил своих старых приятелей, и к нам присоединились бывшие коменданты поселений Тула и Калуга. Одного звали Сидельников Константин Евгеньевич, а второго Коровин Сергей Владимирович. Вот этим людям и предстояло выполнять самые сложные задачи по удержанию тех плацдармов, которые мы для них расчистим.
Следом к нам присоединился и Орк, что притащил с собой и Ивана Перегудова. Это вот, честно говоря, порядка в наши обсуждения совсем не добавило. Но у нас не было других людей и вариантов.
Тут всё дело в том, что никто из нас не доверял местным начальникам, невзирая на их ранги и звания. За малым исключением они не вызывали у нас доверия. К тому же никто из столичных стратегов не знал лес так, как эти люди. Местные и рядом не представляли, как себя просто вести в лесах, а не то, что производить боевые операции. Может, за этим частично и кроется вся та ситуация, в которую попала страна и Столица в частности.
Уже ближе к ужину к нам примчался взмыленный Граф Шувалов, и, как я и думал, не один. Его пассию сразу отправили к нашим девушкам, а он яростно втянулся в наш спор.
Просто «Волк» задолбал его звонками и нашими выкладками, что шли вразрез с планами его местных генералов. Сложней всего было добиться именно смены парадигмы самого подчинения. И споры шли бы ещё долго, если бы наш командир сам не напрямую позвонил Князю.
Всё решилось назначением «Волка» самым главным в операции по снятию блокады города и окрестностей, и его слово стало последним и решающим.
Он первым делом сразу назначил трёх бывших комендантов командующими фронтами, оставив за собой скромную роль Главнокомандующего. Сбылась его тайная мечта, он стал большим полководцем.
Это дело решили сразу и отметить.
Все присутствующие, кроме Перегудова, были «Сверхами», поэтому спиртное полилось рекой, правда, особо трезветь никто не спешил. Как ни странно, но споров и ругани стало поменьше, и вскоре стал обрисовываться некое подобие упорядоченных действий, уже больше похожие на план. Как только я уяснил свою задачу первого этапа, так сразу свалил к себе домой.
В фойе повстречал своих девчонок с их новой подругой, мерявших наряды, но мне было не до них. Проскочив между «струек», я сразу рухнул спать. Моему телу требовался отдых, чтобы набраться сил. Чувствую, в ближайшие дни нам нормально спать не придётся.
Но первым делом я освежил в памяти наш ночной полёт с Жориком в Золотой город. Ведь он у нас был самым важным центром добычи «золотой руды», а это основа для наших будущих торговых операций, и отдавать его мы никому не собирались.
Тело медленно отходило ко сну, а память, наоборот, заработала активней, возвращая мой разум в прошедшую ночь. Ну а самого Жорика вместе со всей его бандой я отправил в нашу долину собирать войско. Ведь именно на их панцирные плечи и ляжет основная работа по освобождению наших земель.
Тело отдыхало, а память работала.
Облетев гору с рудником, мы перелетели через хребет. Спустя минуты мы уже подлетали к золотому городу. Я ожидал увидеть разное: разрушения или стрельбу, но полная тишина напрягала не меньше. А самым основным поводом для беспокойства служила полная темнота, лежащая на всём городе. Нигде не просматривалось ни одного сильного огонька.
Но это в самом поселении. Шахта и перерабатывающие заводы горели огнями, правда, шума работы слышно не было. Следовало разобраться, что здесь творится.
Полетав над стенами, я запутался ещё больше. Бывшие воины ордена всё так же патрулировали городской участок. Не гремели выстрелы, никто не паниковал, они просто несли свою службу как ни в чём не бывало.
Спустившись, я полетал по улицам. Они были пустынны, но не совсем, кто-то выходил из домов, держа в руках свечки. Складывалось впечатление, что просто произошла авария, но что-то было не так, и я знал, кто ответит мне на все вопросы.
Подлетев к местной администрации, мы заметили в одном из окон слабый дребезжащий свет. Подлетев к окну, мы увидели сидящего за столом Профессора Канорского. Будто почувствовав наше присутствие, он повернул голову, а затем быстро вскочил, опрокинув стул.
Этот человек имел умение видеть «ЭВов», а также прекрасно знал Жорика и его возможности. Правда, не понимая, как это работает.
Открыв окно, он сбивчиво проговорил:
— Давай залетай скорей, наконец-то.
Рухнув на другой стул, Профессор устало потёр пальцами глаза и, тряхнув головой, начал свой рассказ.
— Мы знали, что вы находитесь на другой планете, но верили, что когда-нибудь вернётесь и не забудете нас. Надеюсь, что ещё не поздно, — тихо добавил он.
— Теперь по порядку.
Не далее как недели три назад к нам заявились непрошенные гости. Они прилетели на двух грузовых дирижаблях и с ходу высадились у завода и шахты. Их прилёт мы заметили заранее и успели эвакуировать всех людей с заводов, шахты и даже полей.
Не вступая ни в какие переговоры, они с ходу пытались нас атаковать, но, получив достойный отпор, откатились. На следующий день к нам послали парламентариев. Они в грубой форме потребовали пропустить их в город и возобновить работу шахты и заводов под новым-старым управлением.
Кто это такие, мы поняли быстро. Это сборная солянка наёмников каких-то европейских государств, а вот советники у них всё те же… И это орден. Их чёрные балахоны видно за версту. Вот с тех пор мы и находимся в осаде, каждый день теряя людей ранеными и, к сожалению, убитыми.
Замолчав, он смотрел на Жорика, видимо ожидая вопросов, но обломался. Сообразив, что мы не умеем разговаривать, он усмехнулся и продолжил.
— Потом были ещё делегации всё с теми же требованиями, но мы отказывались открывать ворота. Последний ультиматум был вчера, на этот раз они дали три дня, а потом обещали подключить к штурму миномёты, что в корне меняет дело. Нам очень повезло, что они не спешат и пытаются ничего не разрушить или сломать. А ещё у нас есть десяток ваших лис, вот они и не дают им особо разгуляться под нашими стенами.
Продуктов у нас мало, но мы можем делать вылазки в лес. Там у них нет никаких постов, и наши охотники как могут снабжают мясом и различными травами.
Встав из-за стола, он заходил.
Люди сильно устали, но ещё держатся. Все понимают, что, если мы сдадимся, из нас всех сделают самых обычных рабов. У нас не будет больше жилищ, да и о заработках остаётся только мечтать. Нас ожидают бараки и жизнь впроголодь до самой смерти.
Резко остановившись, он уставился на меня и громко спросил:
— А это правда, что власть в Москве пала и там сейчас правят прогрессивные люди, желающие счастья всему русскому народу? Нам постоянно об этом говорят супостаты!
И вот как ему ответить? Подлетев к открытой книге, мы зависли над ней, протянув вперёд тонкий щуп. Он дураком далеко не был и сразу метнулся за карандашом и листом драгоценной бумаги.
Спустя минут десять мы кое-как сумели вывести на листе несколько слов. Оказывается, это не так просто давалось без постоянной тренировки.
— Нет. Ждите. Скоро. Два дня. Сейчас помогу.
Немного отдохнув, добавил:
— Где свет?
Профессор следил за моим творчеством и, как я только отлетел, шумно выдохнул и ответил на последний вопрос.
— Так у нас генерация от реки, а она приходит сначала на заводы и фабрики, вот они нам электричество и вырубили.
Мы будем ждать с нетерпением, теперь у нас появилась надежда.
Поморгав ему напоследок, я подлетел к окну. Помахав мне на прощанье, профессор внезапно ударился в пляс, но я его понимаю. Рабство — это совсем не то, о чём мечтают местные люди.
