Одиночка. Том VI (СИ) - Лим Дмитрий

Система тут же откликнулась:

Внимание! Вы получили Ядро Босса. Для того, чтобы воскресить существо, требуется использовать навык «Воскрешение».

Предвкушая нового помощника, я ещё раз раскрыл информацию о своём навыке:

'Воскрешение (C-ранг). Позволяет вернуть к жизни душу побеждённого вами босса, заключив с ней контракт. Условия:

Применимо только к уникальным существам, обозначенным как «Босс». Обычные мобы, люди или животные не подлежат воскрешению.

Для активации навыка требуется «Ядро Босса», уникальный предмет. Шанс выпадения крайне низок.

После активации душа босса призывается в новом, служебном теле. Его форма, мощность и степень сохранения памяти исходного существа определяются рангом навыка, вашей собственной силой и условиями контракта.

Воскрешённая душа действует в рамках жёсткого магического договора, основное условие которого — беспрекословное подчинение приказчику (вам). Нарушение контракта ведёт к немедленному распаду служебного тела и возвращению души в небытие.

Одновременно может существовать не более одной воскрешённой души. Для призыва новой необходимо расторгнуть предыдущий контракт (добровольно) либо уничтожить текущего слугу.

Примечание: Игра с жизнью и смертью редко остаётся без последствий. То, что вырвано из объятий тьмы, может принести с собой частицу этой тьмы. Ядро Босса можно получить в комиссионном магазине'.

Я сжимал в ладони тёплое пульсирующее ядро, и мысль о том, что сейчас возьму и призову этого зануду в качестве своего личного костыля, вызывала дикую, почти детскую радость.

Представьте: Пепельный лорд, величавый и трагичный, вынужден подавать мне сапоги или носить покупки! Это был идеальный способ отомстить за все эти тиски на моём горле и философские скрежеты о десяти зимах.

— Ну, старина, — пробормотал я, пожимая ядро. — Готовься к карьерному росту. Сейчас ты станешь моим верным пёсиком. Сидеть, лежать, приносить тапки и стирать в прах моих врагов. Безвозмездно.

Прежде чем я успел активировать навык, рядом раздался ледяной, источающий презрение голос.

— Ты собираешься сделать что с этим куском окаменевшей гнили?

Аранис стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на меня так, будто я только что предложил вылить эликсир бессмертия в лужицу придорожной грязи. Его брезгливость была настолько плотной, что её можно было резать ножом и намазывать на хлеб вместо масла.

Утырок, надменный утырок, одним словом.

— Воскресить, — бодро отрапортовал я. — У меня есть соответствующий навык. Это же ядро босса, идеальный ресурс! Представляешь, какой сильный союзник получится? Лорд явно S-ранговый, как и ты.

— Союзник, — Аранис произнёс это слово с такой интонацией, будто это было название редкой и позорной болезни. — Ты хочешь ввести в свою свиту существо, чья суть — прах, тлен и бессмысленное повторение собственной гибели. Это не воин. Это памятник поражению, который к тому же воняет серой и отчаянием. Зачем тебе эта… одушевлённая пыль?

— Ну, во-первых, пыль можно использовать для уборки, — парировал я, чувствуя, как энтузиазм начинает сталкиваться с ледяной стеной его логики. — Во-вторых, у него есть копьё! И доспехи! Пусть и ржавые. Он — готовая боевая единица с трагическим бэкграундом, что автоматически добавляет десять очков к харизме в соответствующей аудитории.

— Его «бэкграунд», как ты изволил выразиться, — это века бесцельного шатания по мёртвой земле в попытках вспомнить, зачем он жив, а теперь — зачем он умер, — отрезал Аранис. — Он не помнит тебя. Он не помнит, вероятно, и своего собственного имени. Ты получишь не воина, а озлобленного призрака в ржавой консервной банке, который будет скрипеть и сыпаться пеплом на твои ковры — если бы они у тебя были.

— Я приберусь! — упрямо заявил я. — И память ему можно подсказать. Восстановить, так сказать, историческую справедливость. Может, тогда он станет чуть разговорчивее и поменьше будет пытаться всех задушить.

Аранис тяжко вздохнул, и этот вздох говорил красноречивее любых слов: он думал, что его господин — безнадёжный идиот, которого он обязан терпеть в силу обстоятельств.

— Давай рассмотрим это с практической точки зрения, раз твоё мышление, судя по всему, застряло на уровне «блестяшка — значит моё», — начал он, словно объясняя ребёнку, почему нельзя есть магические грибы с наклейкой «яд». — Первое: служебное тело. Оно будет слабее оригинала, как и моё. Второе: контракт. Он обеспечивает подчинение, но не лояльность. Это существо будет ненавидеть каждый момент своего нового подчинённого существования, как и я.

— Да срать мне на это, — парировал я. — Слушай, Аранис, вот честно — плевать я хотел на то, что думаешь ты обо мне и что будет думать он. Вы — мои союзники, я вас призываю, и вы обязаны драться за меня. Уж лучше вы, чем другие системные или обычные охотники.

— Третье, и самое главное: он тёмный эльф, серый, называй как хочешь. Они не дерутся красиво, они не знают, что такое путь клинка. Они — как орки, как вы — тупые! Не имеют своего стиля, манер, обяза…

— Закрой рот, ага? — грубо перебил его я. — Я понял: ты недоволен тем, что тебе придётся драться бок о бок со своим, видимо, врагом. Но знаешь, что⁈ — я увидел, как на его лице заиграли скулы. Эльф злился. — Мне похер. Я твой господин и буду его господином. Нравится тебе это или нет. У него явно в загашнике немало полезных навыков, как и у тебя, кстати.

— Навык есть, — согласился Аранис с убийственной вежливостью. — Как и навык плевать против ветра или биться головой о стену. Наличие возможности призвать этот мусор не делает действие разумным. Это ядро, — он указал на предмет в моей руке. — Его можно использовать на более высшее существо! Но превращать его в этого компаньона… — Он покачал головой. — Это верх сентиментального идиотизма. Ты чувствуешь вину за то, что не узнал его? Жалеешь его?

— Вину? Жалость? — я фыркнул, сжимая ядро так, что пальцы побелели. — Я чувствую радость от предстоящей халявы! S-ранговый боец, пусть и депрессивный, в подчинение за так? Это не идиотизм, Аранис, это бизнес. Ты, со своим «путём клинка», может, и не в курсе, но в мире, где тебя постоянно пытаются придушить, лучшая тактика — это иметь больше душителей в своём стане.

— Бизнес, — повторил он. — Очень хорошо. Тогда вот тебе деловой прогноз: его присутствие будет как гнилой зуб. Сначала — просто досадная мелочь, потом — ноющая боль, которая не даст сосредоточиться в бою, а в итоге — сепсис, который убьёт тебя, когда он в самый неподходящий момент задумается о бренности бытия вместо того, чтобы прикрыть тебе спину. Ты покупаешь не актив, а пассив, обременённый экзистенциальным кризисом.

— Зато у него крутое копьё! — упрямо буркнул я.

Спорить с его логикой было всё труднее, но отступать означало признать, что этот высокомерный утырок прав. А на это моё самолюбие было категорически не готово.

— И плащ! Да и вообще, посмотри на него… то есть на то, что от него осталось. Он явно был кем-то важным. Это же ходячая база данных, а не просто «одушевлённая пыль».

— База данных, отформатированная безумием и вечным туманом, — парировал Аранис. — Но как пожелаешь, господин. В конце концов, это твоя душа будет связана контрактом с этим… архивным шлаком. Я лишь надеюсь, что, когда его неизбежное предательство случится, вы оба будете достаточно далеко от меня. Мне не хочется, чтобы на моём клинке оседал ещё и этот серый пепел.

Этого было достаточно. Его тон, этот ядовитый коктейль из предупреждения и презрения, стал той последней каплей. Спорить дальше не было смысла — нужно было действовать.

«Покажу этому выёжистому эльфу», — промелькнуло у меня в голове, смешиваясь с азартом и диким любопытством.

Что будет? Что выйдет?

Я сосредоточился на пульсирующем ядре в ладони, мысленно вызывая интерфейс навыка. Влажный жар камня будто слился с кровью, стучащей в висках. «Активировать. Воскрешение. Цель — Лорд Пепла».