Я помахал растерянно переглянувшейся парочке и поехал обратно в город. На берегу все уже было решено, а у меня оставалась еще целая куча своих собственных дел… Пусть за двое суток перемирия мы и успели немного прийти в себя, разобраться с ранеными и поврежденной техникой, но другие-то задачи никуда не делись. Наладить поставки продовольствия, организовать ночевки, ротацию, потом разбор японских позиций, перепись взятой добычи. От выкопанных мин и снятой колючей проволоки до новой батареи гаубиц, которую просто забыли в одном из брошенных составов на железной дороге.
И, конечно, самое главное. Я каждый день искал людей, которые могли бы сделать 2-й Сибирский сильнее. Среди других частей, среди раненых, среди добровольцев. Офицеров, инженеров, даже ученых-теоретиков. Я не сомневался, что уже скоро враг попробует перехватить инициативу, но и мы не будем стоять на месте!
Глава 10
Новый корпус Путиловского завода располагался чуть дальше от порта, чем старые здания. Не очень удобно, особенно сейчас, когда еще не успели подвести ветку железной дороги. С другой стороны, рядом протекала река Екатерингофка. Короткая, всего четыре с хвостиком километра, зато по ней можно было выйти и на фарватер Невской губы, и на Обводный канал, и на Большую Неву.
— Хорошее место, — кивнула сама себе Анна Нератова и несколько раз выдохнула, собираясь с мыслями.
— Анна Алексеевна, — почти сразу же сбил ее Сашка Микулин, студент из Михайловского инженерного, которого девушка привлекла в качестве помощника. — Ваш отец передает, что задержал новое собрание акционеров на месяц. Так что надо постараться, чтобы в следующий раз вам было что им показать.
— Покажем, — уверенно сказала Анна, хотя внутри этой самой уверенности ей очень не хватало.
Зайдя внутрь будущего цеха, девушка огляделась. Высокие потолки, чистые полы, стены и огромные окна — даже без оборудования и рабочих тут уже чувствовался размах… Впрочем, одних станков и простых людей для создания того, что ей нужно, было катастрофически мало. Прежде всего Анне были нужны инженеры, которые смогут направить процесс, довести до ума идеи… Собственно, их сейчас ей и нужно было убедить присоединиться к проекту, к заводу, к ней!
Осмотрев на ходу еще один будущий цех, девушка открыла неприметную дверь и зашла в следующее помещение. Уже небольшое, но обставленное. Стол, стулья, чай с печеньем и они.
— Доброго дня, господа, — Анна улыбнулась и оглядела тех, кого ей удалось собрать.
Тринадцать мужчин, все в возрасте, с хмурыми взглядами, в каждом из которых явственно читается вопрос «и что же я тут делаю». Еще один мысленный вдох-выдох, Анне пришлось приложить все усилия, чтобы не поправить юбки, пряча за их шелестом смущение и отвлекая внимание от покрасневших щек. Вдох-выдох. Очень страшно. С другой стороны, пути назад нет. Если она сейчас не справится, то все мечты будут растоптаны на корню: никто больше никогда не станет воспринимать ее всерьез. И тогда… Может, действительно начать, как советовал в переписке Макаров?
— Если честно, изначально я думала, что будет проще собрать молодых инженеров, — Анна чуть не вздрогнула, увидев, как сразу несколько человек напряглись, словно собираясь встать. — Даже с кем-то поговорила. Но, как оказалось, молодежь сейчас больше интересует накопление капиталов и карьера. А сделать что-то для России без государственных денег, без высоких покровителей и под смех тех, кто не верит, что мы можем обойти другие страны — все в один голос заявили, что это для стариков, которым уже нечего терять. Собственно, так я и собрала именно вас. И теперь главный вопрос: как вы смотрите на то, чтобы годик поработать ради будущего нашей армии?
Анна замерла. Сейчас либо все разом закончится, либо…
— А вы умеете удивить… Анна Алексеевна, верно? — первым улыбнулся мужчина с похожей на треугольник головой и такой же бородой. Владимир Григорьевич Шухов, инженер, автор множества статей по добыче нефти и проектированию сложных конструкций, от мостов и башен до артиллерийских платформ. Впрочем, последнее он, кажется, пока не афишировал.
— Хорошая шутка, — согласился его сосед, также приехавший из Москвы Николай Егорович Жуковский. — Новые дела — это не для молодых, а для старых. Надо будет рассказать Дмитрию Павловичу и остальным нашим в Аэродинамическом институте.
Дмитрий Павлович — это Рябушинский, меценат, энтузиаст и одна из проблем, с которой Анне надо будет иметь дело. Мало ведь найти нужных людей, мало их убедить, надо будет их еще и увести на Путиловский хотя бы на год. А того же Жуковского ей так просто точно не отдадут.
— Это не шутка, — девушка покачала головой. — Просто я решила быть с вами с самого начала предельно откровенной. Потому что без этого вы мне не поверите. Точно не настолько, чтобы согласиться остаться.
— И во что же мы не поверим? — следующий вопрос задал человек не в гражданском, а в военном мундире.
Александр Григорьевич Дукельский — с этого года начальник артиллерийского технического бюро и один из создателей 10 и 12-дюймовых башен для броненосцев типа «Пересвет» и «Ретвизан». Один из важнейших людей в будущем проекте, если, конечно, у нее все получится. Анна снова медленно вдохнула. Выдох…
— Вячеслав Григорьевич Макаров выделил все свои средства, а Путиловский завод готов предоставить все свои мощности, чтобы в ближайшее время Россия смогла создать новый перспективный броневик. Даже два. Один — тот, что мы должны будем поставить в серию уже через месяц, и второй — здесь у нас будет запас примерно до 1907 года.
— И зачем вам мы? Прежде всего, я? — следующий вопрос задал Николай Александрович Шапошников. — Или, думаете, без профессионального математика ваши инженеры сами ничего не посчитают?
Анна мысленно выругалась. Как же с ними со всеми тяжело: неудивительно, что того же Шапошникова со скандалом попросили из Московского технического. Хорошо, что остальные пока молчат. Девушка быстро пробежалась взглядом по всем занятым стульям.
Доливо-Добровольский — исследователь трехфазной системы тока и ее применения в разных системах приводов. Шателен — электрические машины и трансформаторы. Поморцев — создатель и энтузиаст оптики для изучения облаков, но и для прицелов эти наработки более чем подойдут. К нему же в пару Алексей Николаевич Крылов — сейчас заведующий Опытовым бассейном и большой специалист по системам стабилизации орудий при качке.
По связи, увы, не удалось вытащить Попова, зато Анна смогла пригласить его недавнего помощника, Рыбкина, который как раз отошел от дел и был не особо занят. И Розинга — этот, правда, специализировался на чем-то совсем странном. Хотел научиться передавать даже не звук, а изображение, но безумные идеи — это еще не повод отказываться от хорошего специалиста. По орудиям же девушка рассчитывала на одного из недавно принятых в Михайловское училище профессоров, Леонида Лазарева, двух опытных инженеров со старых линий, ну и на инструкции, присланные самим Макаровым.
— Ваша задача, Николай Александрович, очень простая и в то же время невероятно сложная, — Анна окончательно взяла себя в руки и все-таки ответила на заданный математиком вопрос. — Если у нас получится то, ради чего я вас собрала, это будет значить — тысячи новых машин для армии. Совершенно новых! И людей нужно будет учить ими пользоваться. Не загонять под пушки и на мины, не сжигать без толка, а выжимать каждую лошадиную и человеческую силу, что мы туда заложим! А для этого нужно будет учить. Создавать опытные классы, учиться самим, а потом передавать этот опыт уже в боевые части. Не сухими учебниками, а на практике, не «кто хочет, тот и учит», а вбивая новые знания палками. До соплей и кровавого пота!
— Кажется, у вас, Анна, не очень простые отношения с учебой, — хмыкнул Шапошников, но было видно, что он остался доволен. А там и остальные начали просыпаться.
— Так какой же броневик вы от нас хотите? — спросил за всех Шухов.
