Марта сжимала одеяло меж ног, свернувшись в клубочек. Она мило посапывала. Нос моментами дергался, как и кошачьи ушки на голове. Во сне барс всегда принимает истинную форму. Шинда уже давно это заметил. Харана делает точно также. Когда они спали, змея всегда выпускала хвост на ночь. Объясняла это тем, что так проще и безопаснее. Инстинкты.
Решив немного развеяться, Шинда спустился на первый этаж, заметив на кухне Харану. Она снова стояла у кухонного стола, смешивая какие-то травы в деревянной чашке.
— О, уже проснулся, — выдала змейка, продолжая разминать листву толкушкой. — Рано ты сегодня.
— Доброе утро. Не спится.
— Слышала я, как вы вчера отжигали, — Харана усмехнулась, отложив чашку и принявшись нарезать на доске какие-то стебли.
— Да… слушай, а что ты делаешь?
— Заготовку.
— Это же… капуста? Что это? — трава выглядела, как… трава. Большие листы, маленькие, стебельки, даже парочка цветов.
— Это лечебные травы. Я заготавливаю их на поход.
— Поход? Погоди, ты куда-то собралась?
— Сегодня ухожу на неделю. Хочу посетить соседний город. Там сейчас Тито.
— Тито? Это тот самый хамелеон? Погоди, так мы недалеко от моего города⁈
— Не сказала бы. Достаточно далеко, но где именно — сказать не могу.
— Послушай, Харана, а если я пообещаю, что не сбегу, ты покажешь мне выход?
— Человеческие обещания ничего не стоят. Вот у нас, к примеру, есть обычай — давать клятву на собственном имени, расе и племени, если такой есть. Подобное не нарушается. А в случае нарушения — ты обязан убить себя.
— Это как? Какая-то магия высших духов?
— Нет. Мы не владеем магией. Это все сказки. Все строится на уважении к виду. Соврешь под такой клятвой — оскорбишь собственный вид. К примеру, — она отложила нож, подошла ближе к ученому и коснулась рукой груди, — я, Харана из расы лесных змей, клянусь, что никогда не причиню вред Марте или тебе, пока ты остаешься здесь и не предаешь меня. Если нарушу слово — самолично казню себя.
— Понятно. Высшие духи и впрямь отличаются от людей.
— Это точно. Люди забыли о благородстве. Вы живете вместе, собираетесь в огромные общества, но все равно остаетесь одиноки. Не прислушиваетесь друг к другу, не советуетесь, не доверяете. Ваши лидеры постоянно лгут и отнимают у вас все блага. Скажи, похож этот город на ваши, человеческие?
— Не совсем. Здесь… спокойно, что ли.
— То-то же. Мы — один народ. Нам не нужны правители. Племена готовы делиться всем с одиночками. Разве что, не делятся самками. Но это нормально. Еды и воды не так много, но всем всегда хватает, потому что мы добываем ровно столько, сколько нужно для жизни, а не все и сразу, потому что просто хочется обладать припасами.
— А раньше люди также делали?
— Раньше? Если только очень давно. Еще до возникновения у вас полноценных цивилизаций, люди, да, вели себя подобающе, потому что брали с нас пример. Мы учили вас, как жить в мире. Но затем появились правители, которые установили свои правила, и вы, люди, пошли за ними, желая всего и сразу.
— Даже как-то стыдно, — нервно посмеялся Шинда, почесав затылок.
— Ну, отчитывать я тебя не собираюсь. Ты всего лишь крупица в вашем обществе. Люди правят миром, здесь не поспоришь. А нам достаточно оставаться в тени, чтобы быть счастливыми. Кстати, ты голоден?
— Ну, слегка.
— Тогда буди Марту. Нужно сходить в город за припасами. Пойдешь с ней.
— Хорошо.
1
Будить Марту, как сказала Харана, всегда не просто. Стоит попытаться, и она хватает в свои объятия. И хорошо, если закончится на этом. Иногда девушка и впрямь просыпается, желая утреннего секса. В этот раз все обошлось. Шинду схватили и обняли. Марта спала еще минут десять, а затем открыла глаза, окончательно придя в себя.
Уже через полчаса они собрались в город. Марта взяла свою излюбленную корзинку, Шинда натянул балахон с длинным капюшоном. В городе до сих пор не знают о его существовании. Пусть так и остается. Правила также не изменились. Шинде приходилось держаться кошки, чтобы его запах не выделялся. Марта же отправлялась лишь в возбужденном состоянии. Перед выходом она хорошенько поработала ротиком, оставив самое сладкое на потом. Решила помучить себя ожиданием.
Выйдя из дома, барс взяла ученого за руку и потащила за собой. На лестнице она и вовсе подняла его на руки, быстренько спустившись в самый низ. Главная улица была заполнена существами с хвостами, крыльями и прочими атрибутами животных. Каждый раз Шинда удивлялся такому зрелищу, словно видел впервые. Больше всего его поражали именно птицы, парящие под потолком. Перья иногда спускались к земле. Все они имели разный окрас, блестели под светом сталактитов.
— Ну что, идем? — взяв мужчину за руку, Марта улыбнулась, направившись вперед. За следующий час они набрали корзину фруктов, взяли мяса и сетку рыбы. Все, как и в прошлые разы. Шинда уже раз пять ходил с кошечкой в город. Всегда держался рядом и слушал разговоры. Сейчас же, направляясь уже назад, он решил поболтать со своей самкой.
— Слушай, Марта…
— Да? Что такое, милый? — полюбила девушка это слово.
— Ты ведь знаешь, где находится выход отсюда?
Замедлившись, Марта взглянула на мужчину с легким испугом и возмущением в глазах.
— Ты… хочешь уйти? Хочешь бросить меня, да?
— Нет, что ты! Я никогда не брошу тебя. Просто… я бы хотел хотя бы на день попасть на поверхность. Все же там мой мир.
— Харана говорит, что если ты найдешь выход, то обязательно сбежишь и расскажешь о нашем городе людям. И тогда сюда придут, и наша жизнь уже не будет такой хорошей. Она говорит, что все люди очень опасные и страшные. А еще вы все делаете только ради собственной выгоды.
— Марта, ты же не считаешь меня таким?
— Нет… ты хороший… — она засмущалась, отведя взгляд.
— Марта, я… я бы хотел однажды уйти с тобой на поверхность.
— Что? Со мной? Но… зачем? Здесь же хорошо.
— Да, но там — цивилизация. Ты бы могла столько нового узнать, столько всего получить. Разве не интересно?
— Я боюсь людей.
— Ты сильнее любого человека. Не стоит так бояться.
— Сильнее, но у вас есть оружие. И вас много. А нас мало. Одна я не справлюсь.
— Ты будешь со мной.
Сильнее сжав мужскую руку в своей, Марта уткнулась взглядом в землю, ускорив шаг.
— Идем домой. Я… не хочу говорить об этом.
— Хорошо, прости.
2
Настроение было испорчено. Марта даже не приставала к Шинде, когда они вернулись. Ученый засел в своей комнате. Он не ожидал, что его слова настолько засядут в голове кошки. Она и вовсе ушла куда-то, и долго не появлялась. Решив проверить, Шинда вышел в коридор и спустился на первый этаж. Уже на лестнице он услышал разговор девушек. Подойдя к дверному проему, чтобы подслушать, Шинда припал к стене, стараясь не шуметь.
— Харана, и что теперь делать?
— Не волнуйся ты так, милая моя, — голос змеи был спокойным, даже игривым. — Никуда он не денется.
— Но я… я не хочу держать его здесь против воли. Если он хочет уйти…
— Марта, не забывай, что я его сюда привела. Да, он твой самец. Но и мой заложник тоже. Я не отпущу Шинду на поверхность.
— А если… если привести другого человека? А его… отпустить…
— Почему ты хочешь этого?
— Я не хочу, чтобы Шинда… мучился здесь… мучился со мной. Я… люблю его…
— Милая, он сказал тебе, что мучается с тобой?
— Нет, но…
— Вот и не забивай голову. Я уверена, что ты тоже нравишься Шинде. Иначе он не был бы к тебе так добр, и не волновался бы о тебе. Вспомни тот случай в городе.
— Да…
— Он человек. Само собой, он хочет к своим, на поверхность. Не буду отрицать, что однажды я отпущу его. Когда буду уверена в том, что этот город не пострадает. Но не сейчас.
— Шинда… звал меня на поверхность с собой.
— Тебя звал? Интересно. Быть может, прогресс лучше, чем я думала.
— О чем ты, Харана?
— Если он звал тебя, то, скорее всего, не собирается раскрывать людям, кто ты. Ведь иначе тебя отправят на опыты. Видишь ли, Марта, здесь все сложно. Попытайся смириться с этим. Уверена, он не хотел тебя обидеть.
