"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Бердникова Татьяна Андреевна

Тиона красноречиво фыркнула в адрес юноши, давая понять, что она не «какая-нибудь», а вполне себе конкретная и постоять за себя способна. Татьяна, не замечая этого, растерянно приоткрыла рот, мысленно просчитывая различные варианты, и не останавливаясь ни на каком из них.

— Но ведь Винсент… — неуверенно начала она наконец, — Роману… там, на корабле, он же…

— Одно дело вернуть память кому-то, на кого этот великий мастер не обращал особенного внимания, — хмуро отозвался хранитель памяти, — И совсем другое — вернувшаяся сама по себе твоя память, на которую Альберт должен был бы обратить внимание просто повышенное. Луи прав — здесь есть что-то странное, и я пока не могу этого понять… Дерево? — он остановился, как вкопанный, потрясенно глядя вперед.

Все это время, не прерывая разговора, они шли, то быстрее, то медленнее, следом за Ричардом, сворачивая из коридора в коридор, в такие же похожие, одинаковые, ничем не примечательные, шли, абсолютно не замечая дороги и, наконец… куда-то пришли.

Впереди, заполняя собою все пространство от пола до потолка, пронзая последний и уходя куда-то в необозримую вышину, и вправду высилось большое, массивное дерево, протискиваться мимо которого следовало, видимо, по одиночке — все вместе в узком проходе просто застряли бы.

— Ничего не понимаю… — Владислав, по сию пору плетущийся где-то в хвосте, нагнавший спутников лишь сейчас, обошел всех прочих и, остановившись рядом с хранителем памяти, пару раз моргнул, — Альберт такой любитель живой природы, что леса под окнами ему показалось мало? Он решил завести себе домашний?

— Интересно, а он не кусается? — Роман, которого идея домашнего леса очень заинтриговала, поспешил сам высунуться вперед, — Если я поглажу дерево, я останусь жив или оно отгрызет мне полруки?

— Признаться, не проверял, — Ричард тонко усмехнулся и, закусив губу, сделал приглашающий жест вперед, — Можешь быть первопроходцем. Если тебе не отгрызут руку, мы тоже погладим деревце.

Татьяна, на которую осознание убывающего времени давило с каждым мигом все больше и больше, устало вздохнула и, не говоря ни слова, решительно шагнула вперед, прижимая к себе кошку и намереваясь протиснуться мимо дерева. Она вообще пребывала сейчас в не самом радужном расположении духа — бесконечный лабиринт тоннелей порядком утомил ее, и хотелось, как минимум, выйти на свежий воздух, а как максимум — завершить эту эпопею с неправильным миром.

Спутники, не слишком чуткие к перепадам ее настроения, пораженно замерли, молча глядя, как девушка, недовольно морщась, с определенным трудом протискивается мимо дерева, как кошка, вдруг вспомнившая о том, что любит высоту, норовит вцепиться когтями в большой ствол, чтобы поспешно затеряться в ветвях, смотрели и не могли понять, что же толкает ее на это.

Первым сообразил Винсент и, глубоко вздохнув, чуть качнул головой.

— Да, Эрик… — буркнул он себе под нос и, не мудрствуя лукаво, последовал за своей родственницей, над которой уже некоторое время как, с тех самых пор, как узнал об их кровной связи, добровольно взял опеку.

Роман и Людовик, переглянувшись, синхронно уставились сначала на Влада, затем на Ричарда.

— Ты почему не идешь за ними? — виконт подозрительно прищурился на оборотня, — Какую западню нам готовишь? Лучше признайся сразу, я же вижу, что ты коварно решил остаться здесь, пока мы там блуждаем по лесу!

Оборотень не ответил. Лишь передернул плечами и громко, очень красноречиво фыркнув, решительно зашагал к дереву, начиная протискиваться мимо него.

— Мы остались втроем, — тоскливо заметил Людовик, — Может, это… жребий бросить? Кто первым отправится погибели навстречу… Хотя, погоди, ты же мой старший брат! — неожиданное прозрение, посетившее его, привело молодого мага почти в экстаз, — Точно! Ты же должен заботиться о маленьких, ты ведь, кажется, и Влада старше! …или нет? Вообще, не важно, в любом случае, лезть тебе.

— Мне?? — Роман, слегка опешивший от выводов младшего брата, ошалело приоткрыл рот, — Да ты рехнулся совсем, мелкий! Я не полезу, я дорожу своей бессмертной… А, ну да. Чего бы ей дорожить, если она все равно бессмертна… — он обреченно вздохнул и, демонстративно поникнув, кивнул, — Ладно, я полезу. Но смерть моя отныне будет сидеть на твоих плечах, свесив костлявые ноги! — он нахмурился, погрозил брату пальцем и, не медля более, решительно направился к дереву, очень легко, ввиду своей худобы, проскальзывая мимо него.

— Смертная, бессмертный, еще два бессмертных… что ж, если там что-то опасное, то мне, несчастному, даже и надеяться нечего, — Луи тяжело вздохнул и, грустно разведя руками, печально прибавил, — Но не могу же я бросить семью умирать без моего участия! Я пошел, мотоциклетный, ты за мной.

— Если услышу твои вопли, не полезу, — хмуро буркнул в ответ «мотоциклетный» художник и, демонстративно скрестив руки на груди, принялся ждать действий мага. Те не замедлили последовать — Людовик протиснулся мимо дерева так же легко, если не еще легче, чем его брат — худобой этот юноша обделен тоже не был.

Вид, ожидающий его по ту сторону дерева, ни в коем случае не мог быть признан обычным и, уж тем более, скучным.

Друзья молодого мага, пробравшиеся в узкий проход первыми, стояли на краю огромной, несколько углубленной залы, сплошь заросшей густым лесом. Это и в самом деле был маленький домашний оазис, раскинувшийся в самой глубине роскошного дворца, зимний сад огромного масштаба, производящий невероятное впечатление.

Деревья вздымались ввысь, к потолку; некоторые из них пронизали его насквозь, вероятно, стремясь к солнцу, к свету и теплу, и вот это уже заставляло возникнуть в душе несколько неприятное ощущение — лес казался заключенным в каменную темницу, рвущимся из нее наружу.

— Бедные деревья, — буркнула девушка и, вздохнув, погладила кошку, у которой при виде обилия площадок, подходящих для лазанья, просто загорелись глаза.

Спутники ее промолчали. Этот безумный мир, идеальный мир Альберта раз за разом представлял их вниманию все новые и новые доказательства своего сумасшествия, и лес, каким-то чудом проросший среди каменных стен, при полном отсутствии солнечного света, казался одним из них.

За спинами молодых людей послышался шорох, и из щели между стволом дерева и стеной кое-как выбрался Владислав, замирающий в оцепенении и потрясенно созерцающий пейзаж перед собой.

— Оазис… — слетел с его губ хриплый вздох, и парень недоуменно помотал головой, — Неужели Альберт бродит среди леса, старательно поливая каждое деревце? Как они вообще тут живут?

— За той стеной, — Ричард вытянул руку, указывая на каменную кладку на другой стороне леса, безмерно далекую, но все-таки хорошо видимую, — Протекает Темза. Лес растет на ее берегу, корни деревьев питаются водой из реки… И к той стене нам следует подойти, — он оглянулся на своих спутников и, окинув всех их долгим взглядом, чуть усмехнулся, — Забавно, не правда ли? Вы предприняли столько усилий, чтобы добраться до дворца мастера, чтобы спасти своего друга… Но, чтобы суметь освободить его, вам придется вернуться назад. Нам… придется вернуться.

— Наш друг, как вы выражаетесь, лорд Ричард, является еще одним вашим племянником, — хранитель памяти негромко хмыкнул и уверенно кивнул, — Что же, веди нас, Рене. Судя по всему, ты хорошо знаешь путь через этот массив, надеюсь, не заведешь нас к какому-нибудь лешему…

— С лешим я уже виделась, — поспешила вставить Татьяна, — Сейчас леший должен спать.

— А вдруг у лешего бессонница? — Роман, моментально сообразивший, что столь милым словом девушка назвала родного отца, каверзно ухмыльнулся, — Вдруг он бродит по лесу и караулит маленьких девочек с кошками на руках, чтобы ими плотно позавтракать?

— А мы в таком случае пойдем на гарнир… — Людовик грустно вздохнул, и неожиданно вновь оживился, — Слушайте, а в Темзе крокодилы не водятся? Я бы не хотел, чтобы один из них вдруг выполз из кустиков, а я наступил ему на хвост.

Оборотень, внимательно выслушавший все выступления сопровождаемой им молодежи, задумчиво покусал губу и медленно перевел взгляд на хранителя памяти.