Вожак стаи (СИ) - Лей Влад

Мы как раз и двигались вдоль широкой и многополосой магистрали. Высадились в районе склада и направлялись к базе.

По идее противник вот вот должен был нас перехватить…

И я накаркал.

Когда мы переходили мост через ущелье, впереди на насыпь (где и находился магниторельс) начали запрыгивать вражеские мехи.

Ты смотри какие хитрые — сидели за камнями, дожидаясь, пока мы появимся и тут раз! Одним словом устроили нам засаду.

Вот только им и в кошмарном сне не снилось, что их ждет…

Первый и самый наглый вражеский мех получил от меня сначала из одной пушки, потом из второй. На этом и закончился.

Я перевел прицел на следующего врага, но в этот момент он взорвался — кто–то из бойцов, идущих рядом со мной уже с ним расправился.

Мы перебили этих «засадников» за считанные минуты. По факту они даже толком ответить нам не успели.

Вот только не успели мы с ними разделаться, как на нас набросилось два звено аэрокатов. Причем еще и серьезно вооруженных — фазерные орудия в два счета повреждали ноги мехов, превращая их в бесполезные стационарные огневые точки. И это в лучшем случае. В худшем — мех из–за подломившейся ноги просто падал и выбывал из боя.

На мое счастью новые орудия неплохо себя показали не только против мехов, но и против воздушных целей. Во всяком случае сносились Аэрокаты с выстрела. Даже целится толком не нужно было — пальни в нужную сторону и хоть один из снарядов да достанет врага. А аэрокату ведь много не надо…

О, как они разлетались, стоило только пальнуть. Я был просто в восторге от своих пушек. И наверное поэтому слишком уж вышел вперед, нарвался сразу на трех противников…

К сожалению все трое оказались тяжелыми мехами и пробить их броню, уничтожить так же, как первого встреченного мной противника не получалось.

На мое счастье к схватке, в которой я участвовал один против трех, подтянулись мои товарищи. И вовремя, надо сказать — а то система оповещения уже вовсю мне горланило о том, что зафиксированы множественные пробития брони.

Все же, насколько бы она совершенной не была, а когда по тебе палят сразу трое врагов, это ощущается…

Сейчас передо мной был толькоодин враг и мы с ним обменивались залпами.

Причем попался мне в оппоненты не меньший хитрец, чем был я сам — как только враг понимал, что я в него выстрелю, он поворачивался боком, принимая попадания в плечи и бока, где у него была самая толстая броня. Я делал так же, но… это не могло продолжаться вечно.

Понятное дело, что сейчас мои союзники расправятся с другими противниками и помогут, но мне хотелось одержать верх над достойным врагом.

И я придумал как это сделать.

Когда орудия перезарядились, были готовы к стрельбе, я сместил прицел ниже и пальнул вражеской машине в ногу. Мне удалось пробить броню, повредить узлы, из–за чего нога меха «замерзла», не сгибалась и не разгибалась.

Противник этого совершенно не ожидал. Оказавшись в столь неприятном положении он, похоже, растерялся и не придумал ничего лучше, как развернуться и шагать прямо на меня, ведя стрельбу.

Решил пойти в Ва–банк? Ну давай…

Коротко тренькнул сигнал, давая понять, что орудия перезаряжены. И я вновь пальнул ему в ногу.

В этот раз в разные стороны полетели не только ошметки брони, но и детали корпуса, внутренние механизмы, оторванные тяжеленными болванками, выпущенными из моих орудий.

Нога вражеского робота была оторвана «с мясом» и пилотлишь чудом удерживал свою машину в вертикальном положении.

И при этом продолжал палить. Ну надо же, какой настырный.

Орудия вновь были перезаряжены. И я выстрелил, на этот раз, в левую руку.

Вражескую машину чуть развернуло и этого оказалось достаточно, чтобы она потеряла равновесие.

Тяжелый мех завалился на землю.

* * *

Нам буквально приходилось выгрызать каждый метр, продвигаясь к базе. Противник серьезно окопался, мехов у него хватало, хотя, я заметил, что в какой–то момент тяжи закончились, перли в основном средние, причем далеко не все были в полной комплектации.

Но они брали количеством.

Весь бой превратился в одно сплошное линейное сражение — когда одна линия, наша, пыталась подвинутьлинию вражескую, прорвать ее и…

Однако к противнику то и дело подходили подкрепления, забивающие бреши. Или же, даже если одному двум нашим мехам удавалось прорваться в тыл к противникам, на них тут же налетали все, кто еще не успел вступить в бой, или же по ним начинали бить турели базы.

Надо же… когда я организовывал защиту Железной не думал, что придется самому же ее и пробивать.

Впрочем, противник чуть облегчил нам задачу. Уж не знаю, какой светлой голове это пришло на ум, но, во–первых часть турелей была демонтирована. Где они понадобились — я без понятия. Главное — их не было здесь. Во–вторых, минных полей вообще не было. Так понимаю, никто всерьез не расчитывал, что на Железную кто–то нападет. Поэтому и решили, что держать такую линию обороны не имеет смысла. Ну а быть может лордик, командовавший баронством после моего «ухода», нашел оригинальный способ пополинть свою мошну — распрадовал все, что было можно. Хотя, сволочь такая, мехов не раздергал, даже навез сюда лишних…

А еще я понял, что на базе есть мои сторонники и их не мало. Связь противника постоянно нарушалась, турели то и дело выходили из строя.

Но даже учитывая все это, противник удерживал позиции. Пока.

Я не отследил в какой момент это случилось, но противников стало так много, что они стали нас отрезать друг от друга. Сражение разбилось на несколько более мелких стычек и пошла рубка не на жизнь а на смерть…

В том месте, где сражался я, нас было четверо. Я сам, Маркус, двое воителей, прибывших к нам по зову Артуса.

Против нас же было семь противников. Двое тяжей (один из которых уже был серьезно поврежден в сражении) и пятеро средних разной степени потертости и побитости.

Осознав, в каком положении я нахожусь, мгновенно собрал всех нас четверых в один канал и принялся раздавать команды.

— Внимание Атакуем все одну цель. Бьем потрепанного тяжа. Затем переключаемся на второго.

— Принято! — один за другим отозвались воители.

Мы, не обращая внимания на других противников, дали залп во врага.

Тяж завертелся, но было уже поздно — совместный залп сразу четырех мехов пусть и не уничтожил его, но лишил брони. Еще один выстрел и ему конец.

Я заметил, что нагрудная броня у него отстуствует. Так что пальнул, когда перезарядились мои орудия, именно туда.

Мех полыхнул, а затем вдруг склонился, будто хотел «шнурки завязать». В таком положении он и остался.

— Переключаемсяна второго! — приказал я.

С этим пришлось повозиться дольше. Он был в куда лучшем состоянии, чем его брат, постоянно крутился, пытаясь не подставиться. Но сделать это было практически нереально — мы четверо его окружили, били с разных сторон. Так что если он умудрялся поймать «на плечо» залп от одного из нас, от остальных получал по полной.

Мы били в него не синхронно, в разнобой, поэтому вражеская машина топталась на месте будучи окруженная тучей собственных обломков и огненных вспышек от попаданий.

Продержаться долго он не мог и очередной удачный выстрел Маркуса поставил точку в этом противостоянии.

Но победа не далась нам легко — один из союзников был уничтожен. Я видел как кресло с воителем улетело в небо. Очень надеюсь что приземлиться он где–то далеко от поля боя и его не растопчут.

А еще досталось и моему «Псу» — одно из орудий было уничтожено. Фактически я лишился половины огневой мощи. И это было печально.

Еще хуже было то, что боезапас мой почти подошел к концу. Десятка два выстрелов и все, конец…

Но сдаваться я не собирался.

Выцелив ближайшего противника, увлеченно расстреливающего Маркуса, я пальнул из единственного гаусс орудия.

Снаряды угодили точно в ногу вражеского меха, перебили ее и мех, как раз в этот момент делавший шаг, просто упал.