Охота на мастера. Том 2 (СИ) - Лисина Александра

При этом, если раньше, заходя в видение, я каждый раз чувствовал себя самим собой, то теперь это больше напоминало опыт с видениями из памяти рода. К примеру, когда я был таном Альнбаром Расхэ, но одновременно с этим помнил, что я — не он.

Странное чувство, если честно: знать, что ты все еще в своем теле, пусть и в будущем, но при этом ощущать себя там гостем, а не хозяином. Быть наблюдателем, а не участником.

Но в каком-то смысле так оказалось даже проще. Так что, немного поэкспериментировав, я достаточно быстро освоился, после чего вернулся к началу и несколько раз медленно прокрутил видение с пожирателем, стараясь сфокусироваться не на центральной его части, а на периферии, подсвечивая те участки, которым раньше уделял мало внимания, и стараясь подмечать даже такие мелочи, которые с виду были на фиг не нужны.

— Смени спектр зрения, — вдруг напряженным голосом велела Арли, заставив меня удивленно вздрогнуть. — Я знаю, ты умеешь.

Вот уж когда я порадовался, что снаружи осталась не только Эмма, но и достопочтенная лэнна Иэ.

Тем не менее маленькую провидицу я послушал и начал по очереди менять доступные мне спектры зрения. При этом думал, что разницу увижу только я, тем более раз уж и видение, и способность были сугубо моими. Однако, судя по раздавшемуся за спиной прерывистому вздоху, изменения оказались видны всем, так что, похоже, мне придется брать у мелких еще одну магическую клятву о неразглашении.

Правда, инфракрасный и ультрафиолетовый спектры мне ничем не помогли — грузное тело пожирателя и там, и там выглядело одинаково. Ничего нового в этих спектрах видение мне тоже не принесло. Поэтому я сначала перешел на обычное магическое зрение в надежде, что хотя бы оно меня выручит. А следом — на то, что позволяло мне видеть найниит, управляющее поле, следовую магию и в том числе магонорическое поле.

И вот тогда картинка наконец-то преобразилась.

Нет, пожиратель как был здоровенной черной тушей, такой для меня и остался. А вот его окружение…

Признаться, в том, что это действительно будет разлом, я сомневался почти до последнего, однако в этом спектре зрения я все-таки увидел характерные переплетения разноцветных нитей, как в свое время в крепости Ровная. Просто сейчас это был уже не клубок, а точно такой же, как там, чудовищный цветок, лепестки которого, раскрывшись, повисли вокруг туши пожирателя мертвыми тряпками.

Я также увидел, как в его сторону с огромной скоростью несутся целые потоки магии. Причем и следовой, и обычной. Разлом, словно гигантский пылесос, вытягивал ее отовсюду — с улиц, из домов, из пролетающих мимо ардэ… из накопителей, из артефактов и амулетов…

Именно поэтому вокруг разлома я не заметил ни людей, ни домов, ни света в окнах. В крупных городах почти вся инфраструктура держалась на магии и накопителях. И когда они резко обесточились, город рядом с разломом буквально вымер. Амулеты и артефакты сдохли. Защитные заклинания погасли. Вся магия, которая поддерживала в домах жизнь, начала утекать в никуда.

Да и я, как оказалось, тоже находился внутри него. Точнее, на самой границе между нашим миром и промежуточным. И только сейчас, здесь, с беспокойством понимал… а потом и увидел… что все это время… все несколько десятков сэнов, что длилось мое видение… я неустанно терял свой драгоценный найниит. Второе зрение это четко показывало. Так что, пока я пытался сражаться с пожирателем, с моих рук… с туловища… в сторону твари утекали целые найниитовые ручейки. Но при этом ни я сам, ни Эмма этого до поры до времени не замечали. Вернее, я только сейчас осознал, что Эммы в моем видении попросту не было. Я не слышал ее голоса. И даже модуля в себе не чувствовал, что, прямо скажем, наводило на размышления.

К сожалению, видение обрывалось на той самой точке, когда я нашел выход из безвыходной с виду ситуации и сам себе дал команду на расщепление. После этого меня распылило на множество частичек. Все мы яростно вгрызлись в защиту пожирателя или что там у него было. Тот закономерно забился, заизвивался, тщетно пытаясь достать меня щупальцем, и…

На этом все.

Видение заканчивалось. Я, как ни старался, сдвинуть его вперед больше ни на долю сэна не смог, поэтому так и не узнал, сумел ли добить жирную тварь или же она сожрала мой найниит и меня заодно раньше.

Одновременно с этим у меня в башке явственно зазвенело. В висках предупреждающе заколотились маленькие молоточки, совершенно недвусмысленно намекая, что я перенапрягся. Поэтому, как мне ни хотелось продолжить, я все же отстранился. Отступил на шаг, буквально вытаскивая… выдирая себя из видения.

А когда снова выпрямился, то окинул быстрым взглядом испуганно замерших детей и насторожился.

Так. В чем дело? Чего они на меня так таращатся?

— Дайн… — сглотнул Люк, отведя взгляд в сторону. — А я так надеялся, что это обычный кошмар.

— Я тоже, — прошептала Арли.

Сообразив, что они смотрят не на меня, а на видение за моей спиной, я обернулся и нахмурился, увидев раскрытые лепестки разлома, между которыми застыло бесформенное черное нечто, выпроставшее наружу многочисленные щупальца. Хотел было сказать, чтобы дети раньше времени не паниковали. А потом заметил на заднем плане две длинные, темные, почти сливающиеся с фоном, вертикально стоящие тени, на которые поначалу не обратил внимания. Понял, что на самом деле это не тени, а два высоченных многоэтажных здания, в которых кто-то выключил свет. И, порывшись в памяти, очень быстро вспомнил, где именно видел эти две гигантские «свечки» из стекла и бетона.

Знаменитый торговый центр «Золотая Вышка»!

Одна из главных достопримечательностей города и то самое место, откуда когда-то похитили Арли!

— Дайн меня задери, — пробормотал я, убедившись, что это не ошибка. — Значит, все-таки Таэрин…

А потом вопросительно посмотрел на смертельно побледневшую провидицу, быстро переглянулся с такими же побледневшими мальчишками, снова услышал грохот невидимых молоточков в ушах и с беспокойством понял, что нам пора возвращаться.

Глава 3

Когда я открыл глаза, башка у меня слегка гудела, затылок был тяжелым, а в глазах плавали разноцветные круги, как если бы агрегат, загнавший меня в искусственный сон, слишком сильно надавил на мозги.

«Произвожу коррекцию состояния органов и систем, — тихонько шепнула Эмма, пока я приходил в себя. — Физическое состояние близко к удовлетворительному. Отмечается повышенный уровень ментальной активности, а также признаки некритичной дестабилизации по сопряженной ветви, наиболее выраженные со стороны ветви сна».

Я сверился с модулем.

Хм.

Странно.

В искусственном сне я провел около полутора рэйнов. И почти столько же прошло в реальном мире. То есть, прямо скажем, немного. Порой я работал с магией сна от заката до рассвета, и в общем-то для дара это не было чрезмерной нагрузкой.

Что же его спровоцировало на дестабилизацию за такое короткое время?

«Я зафиксировала во время процедуры избыточную нейростимуляцию и прямое воздействие на дар, — ответила Эмма, когда я задумался. — Точнее, на ветвь предвидения. Но значения все время сохранялись на уровне среднего, поэтому я не вмешивалась».

Хм. То есть аппарат еще и развитие дара стимулирует, когда надо?

«На Арли и мальчишек такое влияние тоже оказывалось?» — поинтересовался я, поняв, откуда ветер дует.

«Да».

Та-ак…

Я пару раз моргнул, прогоняя дурацкие круги, а потом повернул чугунную голову и, обнаружив, что вокруг соседнего кресла стоят сразу два целителя, насторожился.

Нет, с Арли все было в полном порядке. Да и Люк лежал спокойно, дышал ровно, хотя, как и провидица, глаза пока так и не открыл. Однако маги колдовали вокруг его маленького друга, и я, когда с усилием сел, с беспокойством обнаружил, что если его высочество Альвар выглядел нормально, то вот у Кэри носом пошла кровь. И поскольку провидцем он не был и в нашу работу не вмешивался, было очевидно, что пацан словил магический откат. Причем не за себя, а за маленького принца, потому что они даже во сне были тесно связаны.