– Александр Блок… – грустно улыбнулась королева. – Я целыми днями читала «Снежную маску»…
Её лицо превратилось в белую античную маску, пугающую своей застывшей безмятежной улыбкой, и исчезло в сполохах метели. Или его заслонило крыло белой птицы? Она оглушила Илану своим пронзительным криком, а из синеватого сумрака выплыло другое знакомое лицо с такими яркими голубыми глазами, какие Илана видела лишь у двоих. Сейчас перед ней был младший из них, правда, девочка не могла его как следует разглядеть. Кажется, он был красив. Когда она начала всматриваться в его черты, они проступили чётче, но тут же изменились, и Илана увидела Таддеуша. Он улыбался, а взгляд его синих глаз был холоднее льда. Знакомые лица одно за другим выплывали из снежных сумерек и быстро исчезали. Некоторые ей что-то говорили, но пронзительные птичьи крики заглушали слова. Илана не любила, когда снежная равнина вдруг превращалась в комнату. Здесь она чувствовала себя хуже – голова вновь становилась тяжелой, а телом овладевали то слабость, то тупая, ноющая боль. Впрочем, каждое возвращение в комнату давалось всё легче и легче. Голова прояснялась, боль проходила. Плохо было только то, что знакомые лица теперь склонялись над ней всё реже и реже. Она больше не видела ни Изабеллу, ни Мартина, ни Лилиану, ни Томаса, ни Хай-Вера. Только Айслинда и Венду – пожилую молчаливую служанку, которая все эти дни ухаживала за ней.
– А где все мои? – спросила она короля, проснувшись однажды утром с почти ясной головой.
Он сидел возле её кровати и со стороны, наверное, казался заботливым отцом, который всю ночь провёл у постели больного ребёнка. Илана не изменила бы своего отношения к Айслинду, даже если бы узнала, что он и правда провёл ночь возле её постели. Она предпочла бы снова увидеть того короля, что являлся ей в бреду, ибо тот, не будучи реальным, был настоящим Снежным королём. И ещё ей очень хотелось увидеть своих друзей.
– Не волнуйся за них. С ними всё в порядке, но увидеть их ты сейчас не сможешь.
– Почему?
– Они вернулись в Германар.
– Что?! Как они могли уйти без меня? К тому же никто из них не умеет открывать врата!
– Разумеется, я им помог, но я не гнал их…
– Ложь! – Илана так резко села в постели, что у неё закружилась голова. Пришлось снова лечь. – Ты хотел избавиться от них и воспользовался моей болезнью…
– Я знаю, что ты мне не доверяешь, – устало произнёс Айслинд. – И всё же на этот раз тебе придётся поверить. Когда окрепнешь, никто не помешает тебе побывать в Германаре и встретиться со своими друзьями. Я не гнал их, но и не пытался удержать. Изабелла была вынуждена вернуться в Гаммель, Лилиана и Томас – её гвардейцы, и долг велит им следовать за ней…
– Опять ложь! Я знаю Изабеллу. Она никогда не заставит следовать за ней тех, кто этого не желает. А Мартин и Хай-Вер ей даже не служат. Мои друзья не могли бросить меня, особенно в таком состоянии.
– Мартин, Хай-Вер и все остальные ушли в надежде, что ты скоро к ним вернёшься, но они оставили тебя здесь одну, чтобы никак не повлиять на твоё решение. На твой выбор. Они ушли, как только поняли, что твоя жизнь вне опасности.
– Сколько я проболела? И что со мной было?
– Сильное переутомление. Сегодня восьмой день с тех пор, как ты слегла. Я уж думал, тебя вообще не удастся спасти. Линда, я же предупреждал, чтобы ты была осторожней с магией и не использовала свой дар бездумно. В последнее время ты пользовалась им слишком часто и без особой нужды. Тебе следует ещё пару дней отдохнуть. Потом мы обсудим с тобой всё, что случилось во время твоей болезни, и ты решишь, как тебе поступить. Уверяю тебя, с твоими друзьями всё в порядке. Признаю, что их пребывание здесь меня не радовало, но я никогда не желал им зла. Ни тебе, ни им. Иначе я воспользовался бы твоей болезнью, чтобы от тебя избавиться, а что касается твоих друзей… – король улыбнулся. – Они никогда не были для меня серьёзными противниками.
«Ты не избавился от меня, потому что хочешь поставить мой дар себе на службу, – подумала Илана. – Но тебе это не удастся».
– А где Лодди?
– Не знаю, сам давно его не видел. Наверное, убежал в горы. Он иногда убегает – здесь же ему подружку не найти, – король лукаво улыбнулся. – Ладно, отдыхай.
Илана знала, что в словах Айслинда как всегда больше лжи, чем правды, но сочла за благо прикинуться смирившейся. В конце концов ей действительно следовало сперва восстановить силы, а уже потом действовать. В таком состоянии она скорее навредит себе, чем поможет другим.
Два дня Илана старалась как можно больше спать и получше есть, упорно отгоняя неприятные мысли. Утром третьего дня она уже почувствовала себя достаточно окрепшей и готовой к новым схваткам. Она быстро расправилась с завтраком, который слуга принёс в её покои, сходила в купальню и, приведя себя в порядок, отправилась искать Айслинда. Как назло, никто из прислуги не знал, где он.
Бродя по замку, Илана сама не заметила, как очутилась в гимеловой роще. Как будто кто-то невидимый, незаметно подталкивая, привёл её сюда. Голубая листва потемнела и даже чуть потускнела, но, отражаясь в харадановой скале, она была такой же яркой, как и прежде. А вдали, среди гимеловых крон, угадывались очертания белого храма. Он был построен на невысоком холме. Видение заколебалось и стало растворяться в серебристо-голубом мерцании, но Илана успела заметить, что холм порос кустами белых цветов, скорее всего, лилий.
– Я знал, что ты здесь.
Илана обернулась и увидела Айслинда. Картина с белым храмом исчезла.
– Знаю, что тебе нравится это место, но, поверь, ничего по-настоящему интересного тут нет. Я хочу показать тебе Зеркало Судьбы.
– Так ты нашёл его? И где же?
– В одном заброшенном святилище. Я и мои подданные уже давно искали его, и мы догадывались, что оно спрятано в каком-нибудь храме. Мне удалось снять заклятие, из-за которого чудесное зеркало выглядело, как обычная харадановая плита. Теперь мы имеем возможность получше увидеть предначертанный нам путь. Пойдём, оно в моих покоях. Таддео уже там.
У Таддеуша был такой торжествующий вид, как будто чудесное зеркало уже предсказало ему, что он скоро станет властелином вселенной.
С виду Зеркало Судьбы ничем не отличалось от множества других ледяных зеркал, буквально наводнявших королевский дворец. Когда Айслинд коснулся его своим перстнем, оно слегка засветилось, а минуту спустя в нём появилась картина. Главный зал дворца. На троне восседает Айслинд, а рядом, в кресле чуть пониже сидит девочка-подросток с пышными белыми локонами, в которой Илана тут же узнала себя. Зал полон народу, и вид у всех присутствующих радостный.
– Вот то, что тебя ждёт в ближайшем будущем, Линда, – с улыбкой сказал король. – Ты – наследница Айсхарана. Но это если ты поведёшь себя благоразумно. Это, так сказать, лучший вариант твоего будущего.
– А худший? Зеркало может его показать?
– Не будем о грустном. И не стоит использовать магическую силу зеркала ради всякой ерунды. Им нельзя пользоваться слишком часто. А вот что ждёт нашего дорогого Таддео.
Король снова коснулся зеркала, и Илана снова увидела тронный зал дворца. Этот зал тоже был хорошо ей знаком, ибо находился он в гаммельской резиденции германарских королей. Тут был только один трон, и занимал его красивый беловолосый юноша. Таддуеш Бельски.
– Вот истинный король Германара, – торжественно произнёс Айслинд. – Настоящий сын короля Георга Августа. Он ещё, конечно, очень юн, но какое-то время вместе с ним будет править его регент.
– Король Георг Август объявил своим наследником Гая Джулиуса Фабиани, – холодно сказала Илана. – Об этом знает вся страна.
– Увы, вся страна теперь знает, что он из себя представляет, этот Гай Джулиус Фабиани. Пока ты была больна, я помог Изабелле встретиться с сыном. Она отправилась в Серебряный замок, а оттуда вместе с сыном и его войском в Германар. Колдуны, которые подчинили принца своей воле, оказались даже сильней и многочисленней, чем я думал. Они долго готовили вторжение в Германар, создали целое полчище гормов. Теперь королевство Германар у них под контролем, но, поверь, это ненадолго. Народ не захочет долго терпеть короля-демона, устроившего в стране самый настоящий террор…
