– Ты что-то брал от туда? – сразу перешёл к делу я.
– Что? Ты шутишь что ли? – недоумённо он посмотрел на меня.
– Так взял.
– Конечно, дурак я что ли?
– Дурак, – кивнул я. Да и я тоже дурак. – Что взял? – обречённо спросил я.
– Тебе какое дело?
– Это не чей-то клад. Это вещи местного стража. Вам много раз говорили, чтобы вы их не трогали.
– Ну были стража, стали мои. Я могу вас снаружи подождать.
– Там сидит гоблин, – махнул я рукой в сторону лагеря, – и говорит что все кто взял вещи спрута, останутся здесь ему служить.
– Гоблин сидит говоришь? И часто ты с ними общаешься? – он скептически посмотрел на меня. – Да и не стал бы я верить всякой зеленой дряни.
Я закатил глаза, и поднял руки сдаваясь. Спорить со Жмотом, когда дело касается денег бесполезно. Даже Вонг такие споры не выдерживал.
– Слушай. Я в той деревне, где мы были, такого насмотрелся… В общем, не бери ничего больше. И помоги проследить чтобы другие тоже ни на что не велись. Я не хочу больше терять людей.
– То есть, поиски кладов отменяются.
– Прямой приказ, ничего в этой пещере, кроме личных вещей с которыми сюда пришёл, не трогать. Даже к стенам не прикасаться. Это серьёзно.
– Хорошо, – Жмот повторил мой жест, подняв руки в верх.
– Я думал хоть ты будешь разумнее, – покачал я головой.
– Не спеши, глядишь потом все будем локти кусать, что не разграбили ту сокровищницу.
– Может попробуешь вернуть? – надеждой спросил я, заглядывая в тоннель.
– Ни за что, – набычился Жмот.
Я только махнул рукой.
– Кстати, ты не поверишь, но там даже доллары были. Глупость такая.
– Поверю, – пробормотал я себе под нос. Хорошо что он внедорожники не видел. Барахольщик.
– А чего гоблин-то живой еще? – спросил Жмот, разглядев фигурку у стены.
– Тебя не спросили, – хмуро бросил я, – нельзя его убивать.
– И кто будет спать с ним в обнимку? – поинтересовался наёмник. – Этим тварям ведь только дай волю, всех к чертям перережет.
Да уж, здесь не поспоришь.
– Я первый подежурю, – спокойно ответил я.
* * *
По ощущениям, уже больше часа, я и зеленокожий упырь сверлили друг друга взглядами.
Ребята укладывались неохотно, даже не смотря на увещевания Алефа. Да и с чего они должны были ему верить. К тому же новую подпитку получила версия про юного сектанта, что привел жертв на убой. Если честно, я тоже ни о чём хорошем не думал. Особенно если учесть то, что сопящий Жмот и беспокойно ворочающийся Синица, явно напортачили.
Однако переживания этого дня да и безумная гонка давали о себе знать. Даже я держался чтобы не уснуть.
Благо еще, кроме них, никто больше не успел наделать глупостей. По крайней мере никто не признался. Как я понимаю, к спруту мы попадём завтра, ну если ночью не будет сюрпризов, и если наш проводник не будет нас водить кругами по пещерам.
И что он на меня пялится?
На самом деле не плохо было бы с ним пообщаться, попробовать узнать информацию. Но он опять начнет говорить стихами, а меня это уже порядком раздражает.
– Кто ты? – спросил я обратившись к гоблину.
Хмыкнув, гоблин растянул клыки в улыбке и принялся декламировать:
Длинные уши, зеленая кожа,
Злая, голодная, гоблинячья рожа,
Кто ж я такой? Да, интересно…
Ну и тупой же ты если честно.
Я поморщился, мелкий кусок… Еще и стихи его.
Гоблин будто прочитав мои мысли захихикал.
Бледная кожа и вкусное мясо,
пахнешь как лучшие в мире колбасы.
Смотришь на гоблина как на врага,
Кто ты такой? Человек, наверняка.
Гоблин принялся хлопать когтистой ладошкой по полу.
Смотрю, кто есть кто мы с тобой разобрались.
Понятно теперь, на кого вы нарвались?
– Ты мерзкая зелёная тварь, которая не должна жить. – спокойно глядя в глаза карлика проговорил я. – То что ты здесь сидишь, а не валяешься без башки, это прихоть моего нанимателя.
Гоблин иронично поднял брови.
Как важно решаешь: Кому жить, кому умереть
Я вот твёрдо считаю, ты должен на вертеле висеть.
Гоблин с вызовом смотрел на меня.
С чего ты считаешь, что в праве решить.
Будто Красавчик не должен пожить?
Я смотрел ему в глаза. У меня даже не было какой-то злости или ярости. Просто уверенность. Гоблин должен сдохнуть. А этот, еще и мучительно. Но сейчас я это сделать не могу, поэтому поразвлекаю себя беседой.
Съели толстушку, лиха ли беда.
Сколько коров ты съел до прихода сюда?
Или они не мычали от страха?
Моля мясника не губить одним махом.
Я ничего не ответил, не мигающим взглядом сверля зеленокожего.
Что, скажешь: рогатый не разумен совсем?
Можно есть, если он бессловесен и нем?
Открою тебе один важный секрет.
Что там люди пищат, нам дела нет.
Похоже он пытается вывести меня из себя. Может это очередная провокация от спрута? Я ведь еще там, на холме злился на этого карлика и хотел его убить. Что если это тоже отражение моих желаний?
Я не должен совершать глупых поступков, пускай болтает что хочет.
Таков закон жизни, прими это смело.
Ты ешь коров, я съем твоё тело.
– Если ты служишь стражу, то что делал в том лагере? Предавал своих соплеменников? – спросил я.
Тот лагерь, – жильё слабаков и трусих.
У гоблина нет и не будет своих.
Есть господин и есть его воля.
И это для всех вас печальная доля.
Гоблин снова захихикал.
– Какая доля? Ты заведешь нас в ловушку? Или к другим гоблинам?
Красавчик не станет водить вас кругами.
Хозяину не терпится, поужинать вами.
– Твой хозяин людоед? Он хочет нас съесть?
Что ему бледное жалкое тело.
Он возьмёт души, и судьбы всецело.
Когда же он вами наиграется всласть,
Начнётся над вами, Красавчика власть.
– Но ты ведь и сам слуга, значит тебя, рано или поздно постигнет та же судьба? Мы в горах. Я слышал что горные орлы не брезгуют гоблинами. В слугах твоего хозяина есть орлы?
