Покоривший СТЕНУ 19: Оазис (СИ) - Мантикор Артемис

— Деирдре сверххищник. Они не ошибка, как ионная чума, они знают, что делают и для чего. Я просто сдохну, как мои братья и сёстры из дома Сорья. Самое место для последней из рода…

— Если ты не заметила, мы посильнее твоих сородичей будем. Давай лучше по делу. Расскажи для начала, что ты вообще знаешь о них? Как они появились у вас и с чего началась ваша война с ними.

— Мой народ трижды встречался с угрозой из космоса, которая грозила стереть известные миры. Ланцеты, ионная чума и деирдре. Последние были ближе всех к геноциду всего живого. Мы даже союз с проклятыми морранди заключили, хотя было понятно, что эти подлые твари рано или поздно нас предадут. Деирдре, как и ланцеты, из нашего мира и измерения. Растительная форма с одной очень далёкой планеты, которую мы, слава Соларис, разнесли планетаркой. В космосе с ними сражаться легче. Они не могут копировать механизмы и не могут влиять на их работу. Только нарушать связь.

— Так вот почему у меня вся техника вырубается… — всплеснула руками Сайна.

— Они забивают технику мелкими мхами, производными от люминорных, которые питаются металлом. А радиоволны блокируются через эфир. Но при космических расстояниях это мелочь. В космосе мы были сильнее, за счёт этого смогли уничтожить основное древо. Потом они разделились на три леса, и замерли в стагнации. Сейчас с ними имеют дело лишь в пограничных колониях, как моя. Но большую часть делает автоматика в космосе. Технику деирдре не могут взять под контроль.

— Полагаю, то же самое можно сказать и о насыщенной некромантией нежити.

— Возможно. Морранди использовали мертвецов. Мы не настолько порочны, чтобы осквернять тела своих предков. Память о них священна, ибо живут они в нашем сердце, — Лифа сделала неопределённый жест рукой, видимо что-то религиозное. — Всё началось с того, как древняя угроза червей вновь нависла над нами. Черви атаковали ничейные колонии на окраине, а после вышли в крайние колонии тари, дом Нитти в колонии Мышаль. У них тогда империя была на грани гражданской войны между домами. Но тревогу забили, лишь когда орда добралась до крупной колонии в Тальхеоре.

— При чём здесь ланцеты?

— Они были вершиной айсберга. Принц-изгнанник из дома Мантикоры был прав — черви спасались от настоящей угрозы, пришедшей с другого рукава галактики. Территории за владениями ланцетов были мало изучены… Фактически, деирдре гнали их на нас. И когда тари с союзниками разбили их, показался настоящий противник.

— Деирдре атаковали сразу за ними?

— Не совсем. Часть червей несли в себе их семя. Всё началось со вспышки массового помешательства. Деирдре завладевали разумом, и планеты сдавались без боя. Безумцы приветствовали захватчиков, с радостью становясь их кормовой базой. Древо Деирдре ведёт постоянную экспансию. Они живут за счёт постоянного расширения. Ему нужны ресурсы, чтобы расти, а уничтожить их практически невозможно.

— Но вы же взорвали их главную планету?

— Да. Теперь вопрос времени, когда один из его ростков переродится в новое Древо. Сперва они долго осваивают несколько расположенных рядом систем, как растение, которое сперва должно заполнить корнями родной горшок, чтобы затем удариться в резкий рост. И тогда активное Древо начинает расширение границ, чтобы собрать больше питательной среды для роста. На этой стадии они создают космический сад вокруг своих звёзд, чтобы собирать их энергию.

— Растительная сфера Дайсона? — удивилась Сайна.

— Что? А-а… кажется так подобные конструкции называли люди. Деирдре растят листья на тысячи километров. Потом они на основе этого создавали корабли… Когда мы нашли способ лечить манию деирдре на начальных стадиях и закрывать планеты от них, они попытались создать свои версии боевых кораблей. Древо невероятно быстро учится. Оно намного умнее нас.

— Для Стены такие планетарные масштабы — это слишком, — заметила Белая. — Здесь не может быть чего-то настолько крупного. Скорее всего, это лишь вырезанный фрагмент какой-нибудь захваченной или их родной планеты.

— Это существенно повышает наши шансы, — криво улыбнулся я и посмотрел на Лифу.

Та нехотя кивнула, соглашаясь с очевидным.

— Как бы ты действовала?

— Ты начальник, тебе и думать. Я бы туда не совалась. Но я так и так должна была сдохнуть от деирдре, как все, кого я потеряла из-за них. Гра’нэл’Интри заключили союз даже с морранди, с этими серокожими вырожденцами. Правда по итогу именно они и ударили нам в спину. Бить в спину у них в крови.

Похоже, отвращение к тёмным эльфам у неё на подкорке сознания прописано. Как я понял, те посчитали интри одержимыми деирдре, когда светлые начали массово применять эло. Но кто тут прав, не буду судить — для нас это не так важно. Обе эльфийские расы, как и сами деирдре — сейчас лишь пленники Стены. И по-хорошему, эти крутые растения для той хреновины с двадцать первого сектора, которая нас едва не сожрала, салатик на закуску.

Так что не стоит слишком уж их переоценивать.

— Они появились, накрыв несколько нейтральных колоний и колоний людей. Затем удар пришёлся по нам… Мы с горем пополам теснили их в космосе. Но в планетарном десанте без шансов. Даже удержать собственную колонию почти невозможно, если они уже начали высадку.

— Здесь скорее всего имитация их естественной среды, — задумчиво сказала Сайна. — Никаких признаков чего-то ещё я не вижу

— Деирдре — единый организм, вся флора на планете — его части, — сказала Лифа. — На каждой планете у них были свои сюрпризы. Захватывая мир, деирдре истощают его землю и ресурсы, пока от планеты не останется кусок камня. Это долгий процесс, он длится сотни тысяч лет, часто больше. Но итог один, — истощённая земля, на которой уже ничего нет.

— Но есть общие слабости, верно? Вы же с ними как-то боролись. Как минимум, магия смерти.

— Просто к ней им сложнее всего адаптироваться. У нас были пули с рунами. Они их не успевают разобрать. Хотя десант на планету в любом случае билет в один конец. Впрочем, ценой жизни заложить взрывчатку под носом у деирдре — героическая смерть… пф… как будто это меняет факт смерти. Впрочем, у деирдре её не бывает. Мёртвые тоже поднимутся, если им будет нужно.

— Некромантия? Откуда?

— Нет, принудительный симбиоз. Неоднократно вместо групп перехвата возвращались заражённые с семенами и заражали планеты. Деирдре сканировали память и полностью имитировали поведение захваченных тел. Кстати, твои трюки с воскрешением не сработают. Деирдре уже будут там.

— Как было с микотами, — припомнила Сайна.

— Почти всегда есть цветники, — продолжила Лифа. — Деирдре собирают големов из захваченных видов и делают подвижные соцветия из них. Они с кустами — главная боевая сила в ближнем бою. Кусты — это такие очень быстрые растительные сферы с шипами, которые режут мифрил как бумагу. Их нельзя увидеть. Нужно держать энергетические поля. Их сбивают почти сразу, но у тебя есть одна-две секунды на выстрел. Если не попадёшь за это время в ядро — умрёшь.

— У них есть ядра? Это уязвимая точка?

— Сердечный кристалл, напитанный энергией деирдре. В большинстве случаев он прячется за бронёй, но с бронёй кусты бы так не летали. Это их слабое место.

Но мы, к сожалению, не эльфы. Кто кроме Лифы сможет попасть за секунду в крохотную точку этого «куста»? Альма, может Вереск. Всё. Остальные будут работать не столь эффективно. С другой стороны, какие щиты были у интри? Фрактальный барьер или шлейф от щита Рейна наверняка будут работать лучше.

— Что ещё?

— Следы. Мы их так называли. Они могут быть разными, и приходят только если застрять надолго. Сначала деирдре будут тебя изучать сенсорными цветами. Вот тут и тут, — она показала на едва заметные красные цветы, которые тонули в общей массе движущейся зелени. — Они сканируют тебя через запах, или когда ты касаешься его усов.

Она указала на блеснувшую едва видимую нить.

— Это усы?

— Они нематериальны и проходят сквозь тело. Потом по ним деирдре выпустят следы. Мобильные растения, копирующие часть способностей.