Исповедь смертного греха 2 (СИ) - Вальтер Макс

— А кто ещё претендует?

— Ну, Потапов наверняка захочет остаться, — задумчиво произнёс Бахин. — А вот об остальных должен выяснить ты. Мне нужен список всех кандидатов и их возможности.

— Принял. Что-нибудь ещё?

— Да. Измайлов, что у нас по человеку на Монолите?

— Агент вошёл в стадию выпускных экзаменов. Ожидаем прямого контакта через две-три недели. Тогда смогу предоставить полный отчёт. Пока известно лишь то, что «Заслон» испытывает новые технологии по улучшению физических показателей человека. И, смею заметить, довольно успешно.

— Какова вероятность, что они послали одного из улучшенных агентов за Гиреевым?

— Думаете, они всё же попытаются его убрать?

— Уверен.

— Но ведь в этом нет смысла. Гиреев — лишь имя на бумаге. Он не владеет ни информацией, ни стратегиями.

— А это не для того, чтобы остановить нас. Это, Измайлов, демонстрация возможностей. Ладно, работай. Усиль наблюдение и охрану Гиреева.

— Есть. Разрешите идти?

— Свободен.

Глава 19

Исполнение

Я как раз прикончил очередной бокал, вылив содержимое в горшок с декоративной пальмой, когда меш-сеть ожила голосом Мишки.

— Мы на месте. Но тут какая-то херня.

Я отошёл за живую изгородь, сделав вид, что меня заинтересовал фонтан.

— Конкретнее.

— Охрану усилили. Пока мы парковались, в небо подняли ещё два дрона. И это не самое страшное. Они периметр перестраивают. Народу нагнали — больше чем людей, п-хах, — порадовался собственному каламбуру Косой. — Ты как уходить собираешься?

Я бросил взгляд на крышу особняка Гиреева. Четыре дрона вместо двух, а охрана ведёт себя так, будто ожидает незваных гостей.

— Разберусь, — ответил я. — Что с тиолами?

— Две пули. Передам, как загоним фургон.

— Работайте. Конец связи.

Я медленно побрёл обратно к гостям, нацепив на лицо пьяную улыбку, но в голове в этот момент крутилось другое. План оставался прежним: выкурить, убрать. Но теперь отход через периметр, который перестраивают на глазах, выглядел не просто сложным, а почти невозможным. Импровизировать в такой ситуации — смерти подобно. Но лазеек охрана Гиреева попросту не оставила.

Я сместился в противоположную сторону двора и разочарованно выдохнул. Служба безопасности не мешала свадьбе. Гости всё так же пили шампанское, оркестр играл, Алиса где-то в глубине дома принимала поздравления. Однако территорию особняка Гиреева оцепили полностью, и сделали это грамотно.

Первое, что бросилось в глаза: фургон наблюдения в дальнем углу. Эдакий бронированный бокс на колёсах с антеннами и выносными камерами. Внутри как минимум трое.

Дронов тоже прибавилось, теперь их было четыре. Два, как и прежде, висели над крышей, ещё один барражировал над задним двором. Четвёртый, самый неприятный, курсировал над забором, простреливая сектор между нашим особняком и владениями Гиреева.

Сам периметр перекрыли жёстко. Посты стояли через каждые пятнадцать метров. Каждый охранник в зоне видимости соседа справа и слева. Никаких мёртвых зон. Плюс добавились две передвижные группы по три человека: лёгкая броня, автоматы наготове. Они постоянно перемещались по внутреннему контуру, срезая углы. И одна пара дежурила на стыке розария и гостевого флигеля, как раз там, где у меня была первая запасная позиция для выстрела. Козлы…

Подходы к оранжерее тоже прикрыли. Раньше там никого не было, а сейчас маячил человек у двери и ещё двое внутри, судя по теням за стеклом.

Задний двор, куда выходили окна бункера Гиреева, находился под контролем дрона и стационарного поста из трёх человек. Они выставили переносные щиты и, судя по позам, скучали меньше остальных: этот сектор считался самым вероятным для прорыва. Вот только прорываться внутрь никто не собирается. Впрочем, им об этом знать не обязательно.

Единственное, что не тронули, — это саму свадьбу. Гостевой особняк, лужайка, фуршетные столы, розарий, — здесь всё шло своим чередом. То ли охрана не хотела нервировать молодожёнов, то ли получила приказ не создавать лишнего шума. Это было единственное, что играло мне на руку.

Я сделал ещё один круг, отмечая детали. Гости, завидев мою покачивающуюся фигуру, старались поскорее ретироваться, чтобы не попасть под мой очередной словесный понос. Это хорошо. Легенда работает идеально, и бо́льшую часть времени я шарахаюсь по территории в гордом одиночестве.

— Мы вошли, — отчитался Мишка. — Готовы передать комплектующие.

— Вижу вас, — буркнул я. — А с кем там Санёк уже языком зацепился?

— Да с одним из охранников треплется, под соусом «а что у вас здесь за шухер?» — с усмешкой ответил Косой. — Отвлекает, пока я наш тайник потрошу.

— Даша, ты где? — уточнил я.

«Простите, не могу отойти, — пришло сообщение. — Невеста требует постоянного внимания».

— Принял, — произнёс я. — Тогда сбрасывайте всё за помойку возле кухни. Я сейчас подойду.

Некоторое время я со стороны наблюдал, как ребята вытаскивают ящики из машины и заносят их в кухню. Мусора у них хватало, так что их периодические заходы к контейнерам никакого подозрения не вызывали. В отличие от меня. В том смысле, что мне там делать нечего, и если я полезу шариться по помойке, это обязательно привлечёт внимание.

Но план у меня был.

Мимо как раз проходил официант с подносом, и я мимоходом подхватил с него очередной бокал. Сделал вид, что выпил, при этом максимально облил сорочку. Теперь от меня фонило похлеще, чем от винной бочки.

На пути к кухне очень удачно подвернулась парочка господ преклонного возраста. Главу семьи звали Лев Моисеевич, а его супругу — Сара. Муж занимал высокую должность в корпорации: руководил отделом кадров. Я уже успел повисеть у них на ушах, пытаясь рекламировать собственную персону. Так что при виде меня на их лицах отобразился весь необходимый спектр эмоций, начиная от презрения и заканчивая отвращением. Ну извините, такова моя сегодняшняя роль.

— Лев Тигрович! — раскинув руки в стороны, завопил я. — А я как раз вас… и-ик щу! Хотел рассказать вам одну ис… и-ик тортю.

Парочка шарахнулась, но я очень умело сменил курс, отрезая им все пути к отступлению. Мне требовалось шоу.

— У-умф! — Я сделал вид, будто собираюсь извергнуть содержимое желудка, прямо им под ноги. — Упс, простите, ы-ы-ы. Лев Ти… и-ик грович…

— Что вы себе позволяете⁈ — не выдержала и взвизгнула Сара. — Это просто возмутительно!

— Я ща. — Зажав рот ладонью, я лосем ломанулся в сторону помойки.

Склонившись за контейнерами, принялся изображать блюющего, а сам быстро подхватил недостающие комплектующие от винтовки и сунул их под пиджак. Патроны скользнули в карман, ударно спусковой механизм за ремень брюк, цевьё и глушитель — туда же, но сзади. Убедившись, что в этот момент на меня никто не смотрел, напротив, окружающие брезгливо отворачивались, я выбрался из-за контейнеров и, шатаясь, направился в сторону гостевого дома. Пару раз едва не упал и на все вопросы отвечал нечленораздельным «му-у».

Так я добрёл до своей комнаты, куда меня, заботливо проводил один из охранников. Естественно не тех, что оцепили дом Гиреева, а местных, свадебных. Он помог мне справиться с замком и даже довёл до кровати, в которую я рухнул всем пластом, рожей в подушку. Дождался, когда захлопнется дверь, немного полежал для верности, затем поднялся и взялся за дело.

Вытянул трость из чемодана, свинтил с неё рукоятку, открутил нижний наконечник, и в моих руках оказался ствол от винтовки. Резьба чётко подходила к ударно-спусковому механизму, на который без труда защёлкнулось цевьё, фиксируя всё это в единую конструкцию. Выдвижная рукоять от чемодана чётко подошла к задней стороне, превратившись в приклад. Дашка ещё вчера ночью собрала боевые патроны и спрятала их под матрасом.

А вот с оптикой вышла накладка, я попросту оставил её в гостинице. Не потому, что забыл, просто не представлял себе Трошина с микроскопом. Да и не сильно я в ней нуждался. Расстояние здесь не то чтобы большое: сто пятьдесят, максимум — двести метров. Интерфейс справится с задачей на раз.