– Что-то всё в голове кружится… сейчас сознание потеряю…
Дальше объяснять не было смысла: потеря контроля, исчезновение сразу двоих фантомов на глазах у свидетелей – а на остальное уже и фантазии не хватало. Хорошо, что ведьма успела правильно воздействовать на толпу:
– Плевать на бандитов! Здесь честный человек умирает! – завопила она не хуже пожарной сирены. – И от ваших рук умирает, между прочим! Ему срочно нужен покой и мягкая постель! Немедленно несите раненого в ближайший дом! Спасайте его!
Поселковый люд и в самом деле заволновался, бросился на помощь чуть ли не всем скопом. И вскоре уже тело незнакомого им человека бережно понесли к дому, на который указал лидер народной дружины. В общей суматохе как-то никто не заметил, куда делся вначале здоровенный мужик, а потом и жутко крикливая девица. Словно сквозь землю провалились.
Глава 23
Наперегонки
Елена Сестри, сжимая нервно в руке фонарик, осталась на огромном пространстве совершенно одна. И хорошо, что чуть позже её фантома успела сообщить обо всём, что произошло с обладателем и что удалось ей сделать для его спасения. Пока шли объяснения по внутреннему каналу связи, ведьма просто замерла на месте, опустив руки в отчаянии и не зная, что делать дальше. Да и потом ещё с целую минуту не двигалась, пытаясь определиться с дальнейшими своими действиями. Если с Иваном что-то нехорошее случится, всё, буквально всё пойдёт прахом. Это если рассуждать с позиции постороннего наблюдателя.
Но ведь на сознание Елены помимо её собственной воли вдруг навалилось и совершенно иное отчаяние, связанное с душевной болью и сердечным страданием. Она явственно почувствовала, что задыхается от переживаний за Ивана не потому, что он обладатель и на нём всё завязано, а по совсем иной причине. Называть её не хотелось даже мысленно, как и пускать на дальние задворки подсознания, но тем не менее причина существовала. Назвать её кратко, одним словом «любовь», показалось неуместным, а вот если четырьмя, то получалось: «чувственные переживание интимного свойства». И это почему-то оказалось ещё и страшно:
«Неужели я влюбилась?! – метались панические мысли в голове у Сестри. – Я ведь ведьма! Мне нельзя! Да и какие могут быть чувства в семье, где всё основано только на расчёте и необходимости накопления энергии Ялято?! Нонсенс! Мне нельзя влюбляться! Да и не должно меня касаться подобное по умолчанию. Все бабки и прабабки выбирали себе мужчин только по жёстким критериям наследственности, умственной полноценности и здоровья. С чего это вдруг я стала исключением?..»
Подобным размышлениям можно было предаваться бесконечно, но вот окружающая обстановка к подобному совсем не располагала. Со стороны не то сарая, не то склада, где поджигатели сложили связанных и обколотых сторожей комплекса, послышался угрожающий мужской голос:
– Эй! Ты кто такая?! И что здесь вообще творится?!
Голос нёсся из приоткрытого зарешёченного окна, и нетрудно было догадаться, кому принадлежал. Фантом Кракена успел-таки не только развязать всех невинных свидетелей готовящегося поджога, но и привести кое-кого в чувство. Как бы обстоятельства ни складывались дальше, но именно эти сторожа, пришедшие в себя и вставшие на ноги, могли и были обязаны оказать самую максимальную помощь в нахождении всех ещё не найденных канистр с бензином. Только следовало поставить их на ноги своими, нетрадиционными методами, объяснить задачу да заставить действовать. Что для деятельной натуры ведьмы оказалось вполне по силам:
– Здесь творится страшное преступление! – закричала она, спеша к зданию. – Вас всех решили сжечь, инсценировав пьянку на рабочем месте, и на вас же свалить всю вину. Открывай быстрей! Мне надо будет и твоих товарищей поднять на ноги!
– Э-э-э?.. А где те, кто нападал? – охранник хоть и находился под воздействием какой-то психотропной гадости, соображал всё-таки и понял самое главное: – И почему это мы закрыты изнутри? Здесь засов… Как мы могли его задвинуть, если нас сюда принесли? Я помню, что несли… А дальше? Мы что, сами закрылись?
– Говорю же тебе, всё подстроено! И пошевеливайся там с открытием! – нервничала ведьма, уже постукивая ногой по полотнищу прочной двери. Когда та открылась, ринулась внутрь, громко отдавая инструкции и распоряжения. А также не забыв представиться: – Я личный секретарь нового владельца данного комплекса! Зовут Елена Дмитриевна. Большая часть напавших на вас поджигателей – уничтожена силами специального воинского отряда. Сейчас ваши спасители ведут преследование иных преступников, которые успели сбежать. Поэтому не удивляйтесь трупам, а срочно займитесь делом. Преступники расставили везде канистры с бензином и установили на них специальные устройства для возгорания. Часть устройств воины успели обезвредить, но надо срочно отыскать оставшиеся. Поэтому! Толкайте друг друга, поливайте ледяной водой, колите иголками или булавками, щипайте, царапайте – но заставьте встать и вести поиск! Потому что если полыхнет – беда будет для всех!
Сама она тоже не только говорила, а действовала. Причём применяла умения совсем не деликатные и ничуть не щадящие пациентов. Четверо уже и так были в сознании, даже нормально двигались. Шестеро лежали в ленивой прострации, а двое всё никак не приходили в чувство. Но именно с шестерых неповоротливых увальней ведьма начала действовать, всё так же чётко и громко продолжая сыпать командами вокруг себя и давая объяснения. Вначале прижимала пальцами некоторые точки на открытых участка шеи или лица, а потом тремя увесистыми шлепками по уху, плечу и внутренней стороне ляжек заставляла мужчин не просто вставать на ноги, а стремительно вскакивать, краснея от ярости, злости, неуместного стыда и сильного конфуза. Потому что ведьмовские методы оказались с весьма неуместным для данной ситуации подтекстом: вместе с яростью, бешенством и вполне ясным сознанием мужчины испытывали неожиданный оргазм.
Зато действовали после этого так, словно и сами являлись солдатами элитного воинского спецназа. И почему-то никто ни разу не усомнился в праве юной секретарши командовать.
А ей на короткое время помогло наличие рядом духа полковника Клеща, которого Загралов успел сотворить в минуты просветления своего сознания. Тот даже успел подсказать ещё два места с канистрами, но потом, к сожалению, исчез. Пришлось и дальше держать всю полноту власти в собственных руках.
Те сторожа, что очнулись раньше, сами мобилизовались на поисковые подвиги, как только увидели участь своих шестерых коллег и поняли, что с теми произошло. Чуть позже ко всем остальным присоединилось двое последних мужчин, которые так же, как остальные, очнулись, разозлились и выскочили наружу с круглыми от шока глазами. Куда подевалась вколотая им в кровь дурь!
Правда, сама ведьма прекрасно знала, что использованные ею методы хороши только временно, потом у мужчин будет очень жестокое «похмелье» в виде головных болей, неприятных судорог и даже частичной потери памяти. Зато сейчас они выложатся от и до, но сделают, что от них требуется, а потом… потом видно будет.
Некоторые проблемы следовало решать немедленно. А именно: вызывать ли на место событий следственные органы? И что делать с трупами? Изначально Клещ решил, что трупы лучше всего совершенно убрать с объекта, тем самым вводя в заблуждение всех причастных к поджогу и выбивая любые основания из-под ног следователей. Ибо не следовало вообще привлекать внимание следственных органов. Но так как команда фантомов растворилась после впадения обладателя в бессознательное состояние, останки бандитов так и оставались в местах их последнего упокоения. Мечущиеся по территории сторожа прекрасно успели рассмотреть остывающие тушки. И не факт, что кто-нибудь из них уже не позвонил куда следует. При них телефонов не оказалось, но мало ли где они имеются по многочисленным зданиям, раздевалкам и каптёркам?
Так что лучше пусть инициатива хотя бы формально исходит от неё, как от официального лица, пусть и вступившего на свою должность только несколько часов назад:
