— Ты бы рот закрыла, — посоветовала ей Обри Уин, сидящая вместе с Зул, Дени и Ша’алой Донитой по левую руку от меня. Чуть дальше сидела Сьюпи, которая, облаченная в изысканное платье, молча наблюдала за ссучивающимся курятником. Девушка, как и Мара Ульго, оказалась оповещена Ашшей о моем воскрешении, поэтому, гарем сегодня в полном составе. Но если меня еще кто-нибудь ударит по яйцам…
— Император, — обратилась ко мне Арден Лин. — Можно я их всех заебошу? Серьезно, сил не хватает терпеть все это кудахтанье…
— Я тебе матку выверну и тебя же в нее упакую с головой, — пообещала Старстоун.
— Оли! — впервые подала голос Кайли. — Что ты такое говоришь…
— Это ее старая пугалка, — пояснила Энн Гелла. — Ничего, мы все привыкли уже…
— Я о том, что матка настолько не растянется, — смущенно произнесла джедай-целительница. — Удивительно, что ни Обри Уин, ни Стасс Аллие, никто другой, сведущий в целительстве из здесь присутствующих не сделал ей замечание ранее…
— Да всем насрать, — пожала плечами Эйла Секура. — Кайли, не делай такие глаза…
— Я — Дочь, — произнесла та, на которую посмотрела рутианка.
— Э-э-э…
— Кайли Омас — я, — представилась та же женщина, которая только что прочитала лекцию о способностях женских репродуктивных органов.
— Если что, я — Йуунь-К’аах, — подняла руку третья из одинаковых девиц.
— Опизденительно, — высказалась Шей Виизла. — Они даже одеты одинаково…
— Девочки, — обратилась мандалорианка к «тройняшкам», — вы бы придумали как вас теперь различать…
— Не нужно было использовать для трех разных сущностей одно и то же тело, — был получен ответ.
— Кайли… — начал было я.
— Я — Йуунь-К’аах, — произнесла та, к которой я обратился.
— Сука, это издевательство какое-то, — вздохнула Дарт Хексид, покачав головой. — А говорят еще, что забраки все на одно лицо…
— Это какой-то балаган, — вздохнула Сатель Шан. — Император, прошу, больше не собирайте гарем целиком. Никакого конструктивного разговора…
— Поддержу, — согласилась Дарт Атрокса. — Кстати, у меня вопрос, — она ткнула пальцем в Сатель. — А что она здесь делает?
— Вообще-то она тоже часть гарема, — заявила Оли.
— Да ладно? — удивилась Б’инк Утрила, посмотрев на меня. — То есть, перед тем как Силу пидорнуть, вы еще и успели эту дамочку вздорную и ужасно праведную дефлорировать?
— Пиздец, — вздохнул я. — Нет, тут мои полномочия уже все… Нет, я никого не трахал после того как возродил их. Близость была, но… С клоном Сатель, так что…
— Обман, чую я, — прищурилась летанка-сит. — Чтобы в гарем, да не через постель? — Атрокса уперла свой взгляд в меня. — Кто ты и что сделал с нашим Бессмертным Императором?
— Атрокса, сделай одолжение, — попросила Кира. — Завали ебало? Пожалуйста.
— Нарываешься, — оскалилась летанка, погладив свой световой меч. — У тебя такая милая мордашка… Да еще и без шрама, который меня бесил все эти годы. Хочешь я тебе его верну?
— Оли, — посмотрела Карсен на мою ученицу. — Что нужно сказать?
— «Матку выверну», — с тяжелым вздохом произнесла ученица.
— Вот именно, — улыбнулась Карсен, посмотрев на Атроксу. — Рискни здоровьем, сука леккастая, увидишь как я тебя отделаю без применения светового меча так, что ты станешь цветом как вот она, — кивок в сторону фиолетовокожей Рачи Ситры, округлившей глаза от того, что она оказалась замешена между клиторомерством других девушек в гареме.
— Подруга, — обратилась к Кире Ларант Тарак. — Ты бы выбирала выражения, а то нас, тви’лечек, в гареме побольше будет, — Ветт, Энн, Тэнн, Ша’ала, Б’инк Утрила, Рачи Ситра, Ксиаан Амерсу, Дарт Атрокса, Сьюпи и Эйла Секура молчаливо закивали.
— Десять из тридцати шести, — задумчиво произнесла Ар’алани. — Я ни на что не намекаю, но людей и близких к ним рас в гареме побольше будет. Двадцать две, если исключить забрачек, — кивок в сторону Дарт Хексид и Дарт Сими, — и тогрут, — Асока и Ашара переглянулись. — Так что, кто еще пиздюлей получит…
— Наверное, пойду? — предложил я.
— Мы не задерживаем, — хихикнула Сири Тачи, с чьего лица тут же исчезла улыбка, стоило ей посмотреть на посуровевшую Сатель Шан. — Девочки, давайте жить дружно?
— Отличная идея, — вздохнула Ашша.
Потребовалось еще минут тридцать различного рода препирательств, прежде чем спор, казавшийся мне милым и забавным, не стал надоедать.
— Хватит, — повысив голос, перекрикивая спорщиц, доказывающих, у кого световой меч длиннее, рявкнул я. — Стыдоба, а не гарем.
— Сам виноват, — возмущенно фыркнув, парировала Кира. — Надо было держать свой член в штанах.
— Завидуй молча, — показала язык Реннакс. — Нас, по крайней мере, хотя бы трахали, пока вы там в Бездне приходы ловили…
— Обидно прозвучало, — пожаловалась Надия Грелл.
— Учитель, — подала голос Зул Ксисс. — Можно я Омани вмажу?
— Можешь попробовать, — предложил я. — Если убьют — считай, что спасать тебя не буду. Да и вряд ли это уже возможно — никакого желания возвращаться туда у меня нет.
Тишина возникла такая, словно разорвался снаряд, мигом поубивавший всех подряд.
— Однако, — произнес я, убирая в сторону пакет с охладителем. — Выходит, вас все же можно заткнуть. Приятная новость.
— Вряд ли это надолго, — заметила Оли. Получив легкий подзатыльник моего авторства, девушка замолчала, обиженно озираясь на посмеивающихся с нее дам.
— Итак, будем считать, что все со всеми познакомились и примирились, — заключил я. — Теперь, вас, наверное, интересует вопрос: «Зачем вас всех здесь собрали?»
— Понятно зачем, — вздохнула Реннакс. — Если что, я захватила купальник.
— Это ты к чему? — не понял я.
— Ну, где бассейн с желе? — уточнила Ветт. — Или мы голышом драться будем?
— Что ты, мать твою, такое несешь? — сморщился я. — Какой бассейн, какое желе, какие купальники?
— Нет, если голышом, то голышом, — пожала плечами Ветт. — Мне скрывать нечего…
— Император, — скромно кашлянув, произнесла Сатель Шан. — Видите ли, в чем ситуация. Пока мы летели на Дромунд Каас, то раздумывали над несколькими вещами…
— Одновременно? — уточнил я. — Растете…
— Гранд-мастер традиционно выдает желаемое за действительное, — произнесла Джейса Уиллсаам. — Обсуждение, на самом деле, было одно.
— И о чем же? — полюбопытствовал я.
— Кто лишит девственности ваше новое тело, — хищно улыбнулась Атрокса.
«А, сука, ведь точно», — сообразил я. — «Девственник же…»
— Нет, — покачал головой я. — Вы здесь не для того, чтобы сделать меня мужчиной. Опять.
— Возвращай кредитки, — пихнула Ветт Атроксу.
— Какие кредитки? — не понял я.
— Вашу девственность разыграли на аукционе, — вздохнула Ар’алани. — Атрокса победила.
Мое выражение лица в этот момент было чем-то средним между судорогой и оскалом человека, который пытается улыбнуться сразу после инсульта. И снова разболелась мошонка…
— Все участвовали? — поинтересовался я.
— Кроме меня, — призналась Сатель.
— И меня, — подняла руку Сири Тачи.
— А у меня просто денег не было, — вздохнула Рачи Ситра.
— И ты тоже участвовала? — посмотрел я с подозрением на тихоню Дени. Зелтронка согласно кивнула.
— И ты? — Донита отвела глаза, но тоже подтвердила.
— Вы все — просто аморальные стервы, — произнес я. — Кайли, от тебя такого не ожидал…
— Я — Дочь, — вздохнула одна из тройняшек, на которую был обращен мой взор.
— Кайли — это я, — напомнила та, что сидела слева от Дочери.
— Ты же сказала, что ты Йуунь-К’аах, — запротестовала Арден Лин.
— Да выдайте им уже бейджики! — не выдержала Мара Ульго. — Или татуировки на лбу набейте…
— Я вам, девушка, — произнесла та, которая была идентифицирована как Йуунь-К’аах, — лицо разобью за такие предложения.
— Себе татуировку на лице сделайте, барышня, — посоветовала Дочь. Или же это Кайли Омас.
— Мы вам не скот, чтобы нас клеймить, — а нет, вот это Кайли. Только она так губки поджимает. Нет, стоп, это Дочь так губки поджимает… БЛЯТЬ! ОНИ ВСЕ ТРОЕ ТАК ГУБЫ ПОДЖИМАЮТ!!!
