Искатель (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич

Не хотел испытывать артефакт без тренировки, но, похоже, что конкретно для этих врагов моё новое приобретение подходит идеально.

Закончив с первым, я принялся за второго. Того, что только что вцепился всеми четырьмя конечностями за кромку большого ростового щита, который призвал себе на помощь Ван. Ему я с вертикального замаха просто широко прошёлся по спине, нанося глубокую рану. А вот Плеш со своим уже заканчивал сам. Обухом топора разворотил челюсть в зубное крошево и сейчас добивал повалившегося на землю противника.

Последний упырь нападать не стал, скрывшись в темноте, и призывно там то ли повизгивал, то ли посвистывал.

— Вот же засранец, — посетовал Ван, отдирая от своего щита прицепившееся к нему бледное тело.

Тот уже для верности получил добавку по голове, но, кажется, всё ещё был жив.

— Подожди, — остановил я парня, намеревающегося впечатать щит вместе с пассажиром в пол. — Давай кое-что попробуем. Вынеси его на свет.

— Думаешь, они его боятся?

— Ну не зря же вся эта история с башнями и фонарями. И напали на нас только сейчас.

— Как скажешь.

Ван широким шагом направился к границе освещаемой зоны, держа свою ношу на вытянутой руке. Сколько ж в нём силищи? Даже с учётом того, что напавшие на нас упыри не могли похвастаться большими габаритами, килограмм пятьдесят в каждом из них точно было.

Никто не хотел оставаться в одиночестве в ставшей такой опасной темноте, так что все мы последовали за этой странной процессией. Уже через двадцать метров кожа на спине приклеившегося к щиту упыря начала слегка дымиться. Ещё через столько же — шипеть и пузыриться. А сам он, несмотря на контузию, разжал свои лапы, упал на землю и, трясущимися конечностями начал подгребать под себя. Пытался уползти, но тело его не слушалось.

— Ясно. Значит свет им не нравится.

— Не просто свет, — поправил я. — А именно тот, что дают артефакты в башне. На наш им дела особого нет.

— Зато в темноте они себя чувствуют превосходно, — озвучил неприятный вывод Орфей. — И чем темнее, тем их будет больше. Скорее всего, к границе подходят единицы, а основная масса прячется там, ближе к потухшей башне.

— А нам как раз туда и надо, — сказал Плеш и крутанул рукоять топора в ладони. — Быстро пойдём, быстро дойдём.

Смелость нам сейчас действительно нужна. Но я решил всё-таки немного охладить пыл чеха.

— Если пойдём слишком быстро, то можем пропустить то, зачем мы здесь оказались. Нам нужно найти артефакт, похожий на небольшой цилиндр. Если вы его увидите, то Ковчег сразу об этом скажет. Так что, по пути нам нужно ещё и смотреть по сторонам.

— А почему ты считаешь, что он будет на стене? — спросил Ван.

— Дэм считает, что мы тут не первые, — за меня ответил Орфей. — И мне кажется, что он прав.

— Ну тогда, в любом случае, нам придётся идти вперёд. Хотим мы того или нет.

— Орфей, мы сможем на тебя рассчитывать? — на всякий случай уточнил я.

— Думаю, да. Они не совсем животные, так что какие-то побудительные команды я смогу им передать. Но лучше будет поберечь это на крайний случай. А пока…

Орфей призвал длинный кинжал, намекая, что без острой на то необходимости будет использовать его, а не свои специфические навыки.

— С такой зуботычкой много не навоюешь, — покачал головой Ван. — Держись тогда между нами.

— За меня не беспокойся. Раньше тебя я точно не помру. Идёмте.

И мы пошли. Вчетвером, осторожно ступая по камням этой широкой стены. Между обоими парапетами было, наверное, не меньше дюжины метров. Но мы старались держаться ближе к центру, опасаясь повторения предыдущей атаки. И она не заставила себя долго ждать.

Стоило нам только вновь переступить заветную черту, как в темноте зашуршали тени. Будто они уже ждали там, придя на зов одного из них. А через мгновение упыри бросились на нас.

Семь, восемь, девять… Со счёта сбился, да и некогда особо было считать. Тут бы рубить успевать. Пришлось задействовать усиление, которое теперь было развито до второго уровня. И меч в моей руке залетал ещё быстрее, а удары и вовсе приобрели устрашающую силу. Даже топор Плеша не вгрызался в эту бледно-серую плоть так глубоко, как лезвие моего обвинителя. Сам я при этом вообще не уставал, так как оружие в руке обманчиво ощущалось игрушечным. Но стоило мне один раз попасть в череп подвернувшейся под удар твари, как кисть чуть не вывернуло из сустава. Лезвие, пробив прочную кость, засело под неудачным углом, и я поспешил потянуть его на себя.

Если бы у нас было соревнование по количеству убитых, то победу одержал бы… Да хрен его знает кто. В такой мешанине считать что-либо было невозможно. Враги постоянно прибывали, и у меня закралась даже мысль, что явись они к нам навстречу все одновременно, и нас бы уже ими просто завалило. А так мы продвигались. Делали полдюжины шагов вперёд и снова отражали очередную атаку.

Сначала я списывал это на глупость и неорганизованность существ, только похожих внешне на представителей разумных рас. Но вскоре мы поняли, что всё не так однозначно. Возможно, по отдельности они мыслили лишь на уровне инстинктов, но уж больно итог их действий был похож на результат заранее продуманного плана.

Ведь если бы мы столкнулись с жёстким сопротивлением сразу, то скорее всего отступили бы обратно к маяку. Потеря шести очков потенциала — вещь неприятная, но не настолько необратимая, как смерть. А так мы поверили в свою силу и в их глупость. И отошли от спасительного света слишком далеко.

— Сзади! — закричал Орфей.

Я развернулся, чтобы оценить ситуацию, оставив добивать двух подранков Вану и Плешу. И смачно выругался, когда увидел то, на что указывал Орфей.

— Наверное, это и есть тот крайний случай, — обратился я к нему. — Можешь не сдерживаться.

— Похоже на то, — согласился он, по-прежнему сжимая в руке кинжал, которым так ни разу и не воспользовался. Но сейчас нам от него были нужны совсем другие навыки.

На этот раз обратный путь нам перегородили не только целый десяток упырей, но и тварь размерами побольше. Раза так в три. У этой из-под кожи не выпирали рёбра. Наоборот, грудь и руки бугрились мускулами, а морда при общей схожести была ещё свирепее. Гигант протяжно заверещал, иногда срываясь на «беззвучный режим», и толпа упырей поменьше бросилась на нас. Сам он тоже в стороне не остался, кинувшись следом за остальными.

Не знаю, что там наколдовал с его мозгами Орфей, но на полпути к нам эта зверюга нерешительно замерла, замотала головой, будто пытаясь вытряхнуть оттуда чужие мысли, а после и вовсе ухватила за голову ближайшего мелкого зубоскала и сдавил его бледную черепушку. Та такого обращения с собой не выдержала и брызнула во все стороны своим неприглядным содержимым.

— Долго я его не удержу! — крикнул Орфей. — Кто-то мне мешает, пытается лишить контроля!

— Тогда нужно действовать быстрее, — за всех ответил я. — Плеш, встречай этих! Ван, на тебе тыл!

С другого направления из темноты продолжали появляться одиночные цели, так что, разбираться с этой толпой нам пришлось вдвоём с чехом. И мы почти успели. Первых добежавших разрубили почти пополам, а следующим старались нанести раны как можно серьёзнее, чтобы не приходилось отвлекаться снова.

Совсем гладко не прошло, один раз меня всё же достали, и когтистая лапа смачно чиркнула по сработавшему барьеру, сожрав пару очков его прочности. В отместку я почти под корень отрубил ему руку, а следующим ударом вспорол живот обнаглевшей твари.

Так что, когда Орфей потерял контроль над нашей главной угрозой, помощников у неё не осталось. Упырь-переросток снова разинул пасть и выкатил на нас свои белёсые глазища. И вдруг прыгнул на Плеша. Тот не испугался, и попытался встретить врага, но тут же отлетел в сторону, едва успев парировать удар рукоятью топора. Оружие от такого натиска рассыпалось искрами, а сам чех оказался на земле метрах в трёх от того места, где стоял.

«Быстрый и сильный», — промелькнуло в моей голове. И я даже не успел опомниться, как он уже кинулся добивать свою жертву. К счастью, Ван оказался поблизости и выставил перед ним свой щит. Отбросить так же легко весящего больше центнера человека у этого монстра не вышло. А тут и я сбросил оторопь и подоспел на помощь. В удар вложил всю силу, и меч прошёлся по правому боку, прямо под рёбрами. Кожа оказалась явно толще и прочнее, чем у его младших братьев, но всё же мой непростой клинок смог её пропороть и задеть по пути печень. Если она у него, конечно, есть и расположена на привычном для людей месте.