"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Бердникова Татьяна Андреевна

— Но я не хочу, чтобы он защищался! — Татьяна тяжело вздохнула и, на миг закрыв лицо рукой, вновь глянула на парня, теперь уже едва ли не с отчаянием, — Я не хочу, чтобы он знал все те ужасы, через которые нам уже довелось пройти! Он ребенок, Луи, пойми же ты это! А ты учишь его обороняться, значит, учишь его тому, что на этом свете есть люди, если существа, желающие ему зла. Он еще слишком мал, чтобы знать об этом, я не хочу…

Чьи-то уверенные, четкие шаги, донесшиеся со стороны гостиной и разнесшиеся звонким эхом под потолком холла, заставили ее прерваться на полуслове. В том, что приближающегося человека знает, девушка почему-то не сомневалась.

— Слышу звон знакомых голосов, и понимаю, что речь снова идет об одном и том же! — веселый голос, раздавшийся следом за шагами, дал понять, что она не ошиблась, — Опять спорите, можно ли моему маленькому племяннику колдовать? И какой счет?

— Ноль-ноль, — недовольно буркнула Татьяна, — Луи меня не переубедить, а мне, похоже, не переубедить его.

Явившийся на звук спора молодой человек, ухмыльнувшись, весело тряхнул копной длинных черных волос и, делано вздохнув, пожал плечами.

— Ну, что ж, тогда мне, видимо, придется принять сторону братишки, чтобы вместе с ним уломать тебя. Кстати, открою маленький секрет — Эрика мы уже почти убедили.

— Эрик просто не хочет портить отношения ни с одним из вас, поэтому делает вид, что соглашается! — девушка, насупившись, скрестила руки на груди, — А я уже объясняла причину…

— А мы тебе объясняли, что причины твои — надуманные, — Людовик всплеснул руками и, переведя взгляд на брата, прижал их к груди, — Роман, ну хоть ты-то скажи ей! Как мальчишка может не быть магом, если тут весь замок магии полон?

Вновь прибывший опять пожал плечами.

— А я-то что, я ей об этом часто говорю. Кстати, вы долго собираетесь мерзнуть тут? — он демонстративно обнял себя руками, — В гостиной горит камин, там тепло и уютно, а вы среди осени беседу возле дверей затеяли… Нет, я понимаю, Татьяну греет гнев, а тебя? — взгляд его упал на младшего брата.

— Ее гнева на двоих хватает, — Луи весело хмыкнул и, захлопнув дверь каморки, неподалеку от которой все еще находился, легким и уверенным движением подкинул в воздух эспандер. Затем поймал его, взъерошил собственную шевелюру и, не обращая более ни на кого внимания, решительно зашагал в сторону гостиной.

Татьяна и Роман, оставшиеся в холле, медленно переглянулись. К выходкам этого молодого человека за минувшие шесть лет они, конечно, привыкнуть уже успели, но иногда все-таки бывали ими изумлены.

Татьяна бросила взгляд в сторону дверей гостиной, за которыми скрылся Людовик, затем вопросительно покосилась на стоящего с ней рядом парня. Тот слегка развел руки в стороны.

— Он с детства такой, — в улыбке юноши явственно отразилась вина, — Невоспитанный нахал, попавший под дурное влияние дядюшки.

— Который, к тому же, обладает очень острым слухом! — донеслось из гостиной, — Хватит оскорблять меня за спиной, идите сюда и ругайте в лицо. Или, клянусь, я отвлеку Эрика от чтения новостей и нажалуюсь ему на вас!

Роман обреченно вздохнул и, демонстративно повесив голову, зашаркал в сторону гостиной, видимо, устрашившись жуткой угрозы младшего брата. Татьяна закатила глаза. Вопрос, кто научил ее сына шаркать, был снят с повестки дня — к дядюшкам своим мальчик был очень привязан и повадки их перехватывал почти моментально.

…В гостиной, помимо Людовика, зашедшего туда первым и уже успевшего усесться за стол, совершенно внезапно обнаружился еще один человек.

Он вошел в нее почти одновременно с Татьяной и Романом и, окинув всех собравшихся долгим взглядом серых глаз, чуть нахмурился.

— Анри не с вами?

— Я попросила его позвать Винсента, — девушка, мгновенно насторожившаяся, немного склонила голову набок, — А что такое?

— Она собиралась устроить мне прилюдное поругание, — Людовик, не давая новому участнику беседы и рта раскрыть, хмыкнул, закидывая ноги на стол, — За то, что я коварно обучаю твоего сына магии. Ты присоединишься к оскорблениям в мой адрес, Эрик? Не стесняйся, Татьяна уже высказалась о моем бесцеремонном легкомыслии, я вполне настроен вынести еще пару-тройку оскорблений.

— Ты снова обучал его магии? — Эрик, замерший в нескольких шагах от стола с газетой, сжимаемой им в руке, нахмурился, медленно переводя взгляд на говорящего и даже ненадолго забывая о собственных мыслях, — Луи, мы же с Татьяной просили тебя — не спеши с этим, дай мальчику вырасти…

— Так, стоп! — Татьяна, для которой последние слова явились некоторым откровением, мгновенно забыв о том, что планировала сесть за стол, решительно шагнула вперед, упирая руки в бока, — Мне казалось, мы вообще не хотели, чтобы он обучал его магии, разве не так?

— Да, но я… — ее супруг, отец многократно упоминаемого мальчика, смущенно пожал плечами, — Я просто подумал, может быть, не так плохо…

— Еще раз стоп, — Роман, решительный и уверенный в себе, неизменный в собственных привычках, прошествовал к столу и усевшись на него, скрестил руки на груди, — Мне случайно показалось, что у Эрика к нам был взрослый и серьезный разговор, настолько серьезный, что даже вопрос образования моего любимого племянника в сравнении с ним бледнеет и гаснет. Эрик, — он повернулся, поставил на стол ногу в тяжелом ботинке и, очаровательно улыбнувшись, сделал приглашающий жест, — Рассказывай, пока Анри не прибежал обратно. Что страшного напечатали в газете на сей раз?

Молодой светловолосый человек, к которому он обращался, хмурясь, бросил газету на стол. Спорить было бессмысленно — правоту младшего брата в этой ситуации он не мог не признать, коль скоро вопрос, приведший его в гостиную и в самом деле был много важнее не единожды повторяющегося спора.

— Опять убийство, — он поморщился, скрещивая руки на груди, — Очередная невинная девушка, растерзанная хищным зверем в собственной квартире.

— И ты по-прежнему думаешь, что это Чеслав? — Людовик, вальяжно развалившийся на стуле, сполз на нем немного ниже, поднимая руку и водя пальцами по верхней части спинки. Другую руку он привольно свесил вниз, покачивая на ее указательном пальце эспандер.

— Я думаю, что никто другой это не может быть, — отрезал Эрик и, решительно прошествовав к большому креслу во главе стола, не менее решительно уселся в него, окидывая долгим взглядом обоих своих братьев, — Роман, слезь со стола. Ты подаешь Людовику плохой пример.

— Я? — Роман хохотнул и, легко провернувшись на столе, прижал ладонь к груди, устремляя взгляд к младшему брату, — Кому?.. Ему?? Эрик, с каких пор мелкому вообще нужен мой пример, чтобы быть плохим?

— Да ты мне с самого детства плохой пример подавал, — мгновенно отреагировал Луи и, указав на брата эспандером, весомо прибавил, — Поэтому дядино дурное воспитание имело под собой благодатную почву.

Ответить явно возмущенный столь наглыми и беспочвенными обвинениями юноша не успел. От дверей холла пробежал по полу быстрый ветерок, возвещающий о том, что кто-то вошел в замок, и вскоре уверенные шаги нарушили мирное течение бессмысленной беседы.

В гостиную вошел человек, еще довольно молодой, но кажущийся старше всех присутствующих, немного лохматый, что, впрочем, для него было вполне нормальным, спокойный и уверенный в себе. Он остановился возле дверей и, окинув собравшихся молодых людей долгим взглядом, негромко вздохнул.

— Луи, убери ноги со стола. Сколько раз ведь просил — не сиди так, ты дворянин, в конце концов!

— И тебе привет, дядя… — Людовик, даже не подумавший выполнить дядюшкин наказ, медленно перевел взгляд на дверь напротив стола, за которой находился коридор, ведущий к комнате того самого дяди и, хмурясь, опять воззрился на него, — А я думал, ты дома…

— Я был на выставке Влада, — мужчина, сам нахмурившись, скрестил руки на груди, — И, честно говоря, до сих пор не понимаю, почему ты не поехал со мной. Мне казалось, тебе нравится его творчество.