– Я подумал, что… – растерялся Иван, не зная, что сказать дальше.
– Надо было не торопиться с решением, посоветоваться со старшими, со мной.
– Я не подумал…
– Так ты думал или не думал?
Иван сцепил зубы, темнея.
Бугров сжал его плечо железными пальцами. Лёгкая судорога, означавшая улыбку, изменила базальтовый рельеф лица.
– В следующий раз не стесняйся консультироваться. И мой тебе совет: не говори никому, что Вестник закрыл вход во вселенолёт по твоему наущению. Филиппа я уже предупредил. Тебя наверняка будут допрашивать в Службе, требовать детали контакта. Так вот, ты Вестнику ничего не советовал.
Иван сглотнул.
– Вы думаете… меня будут допрашивать?
– Я всегда прежде думаю, а потом делаю. Допросы устраивать, конечно, никто не собирается, это я перегнул палку, но разговор наверняка состоится. Будь готов.
Через сутки Бугров отпустил на поверхность планеты-тора команду исследователей во главе с Шустовым, и за месяц работы эксперты с почти стопроцентной точностью доказали, что «бублик» планеты был когда-то создан искусственным путём. Нашлись и следы присутствия на планете разумной жизни, хотя от былой инфраструктуры создателей Толкина не осталось почти ничего. По планете был нанесён не один мощный удар, оставивший от городов и поселений только воронки и болота.
Ещё через неделю «Дерзкий» отправился домой, на Землю. Его первопроходческая миссия закончилась. Теперь изучением артефакта должны были заняться другие земные экспедиции…
Иван встал, добрёл до бытового блока, всё ещё находясь под властью воспоминаний, плеснул воды на лицо, вытерся и вернулся в спальню обратно. Сон пришёл почти мгновенно, уже без жутких видений и ужасов.
Проснулся он в начале десятого от звонка мобильного айкома, звук которого успел почти забыть, так как во время космических походов оставлял гаджет дома. Включил его сонным голосом.
Над браслетом коммуникатора, лежащим на тумбочке, выросла прозрачная головка женщины.
– Привет, Иван Кириллович, – заговорила приятным горловым голоском Фьоретта Месси, оператор систем безопасности «Дерзкого», которую все космолётчики звали форс-мастером, имея в виду её профессиональные навыки специалиста по вооружению. – Надеюсь, не разбудила?
Иван спохватился, быстро накинул рубашку, хотя ситуация этого не требовала, айком показал бы абоненту только лицо, включил обратку.
– Нет, я уже завтракаю.
– Тебя ещё не вызывали в СКБ?
Иван вспомнил разговор с капитаном.
– Нет, а что?
– Леона и Альберта вызывали. Меня пока нет, потому что я объявила свадьбу, вот они и решили не расстраивать. А звоню я для того, чтобы пригласить тебя. Церемония официально начнётся в десять утра по местному времени в Шардже, муж… то есть мой будущий муж оттуда. Прилетишь?
– Конечно! – обрадовался Иван. – А как же! Хотя я до сих пор не знаю, за кого ты выходишь.
– Увидишь, – засмеялась девушка.
– Вообще, зная тебя, он должен быть… – Иван поискал слово.
– Кем? – полюбопытствовала Фьоретта.
– По крайней мере настоящим мужиком! – нашёлся молодой человек. – Где состоится церемония?
– В столичном центре новосемейных отношений, а празднество будет в ресторане «Атмосфера» в Бурдж-Халифа [17]. Он находится на сто двадцать втором этаже на высоте четыреста сорок два метра и…
– Можешь не продолжать, я знаю, Бурдж-Халифа был когда-то самым высоким зданием в мире, а этот ресторан самый классный. Вид на Персидский залив и всё такое прочее. Буду непременно.
Фьоретта послала ему воздушный поцелуй, и айком отключился.
Настроение улучшилось.
Иван бодро помахал руками, поприседал, разгоняя кровь по жилам, быстро принял душ и позвонил отцу. Он ещё вечером обещал навестить родителей и подробно описать свой очередной героический поход в дальний космос.
Однако полёт в Полтаву пришлось отложить.
В половине десятого домовой сообщил хозяину о прибытии гостей, и оказались ими не приятели, как Иван подумал вначале, а представители той самой Службы космической безопасности, о которой предупреждал Бугров. Их было двое, один постарше, брюнет с жёстким узким лицом и холодными серыми глазами, второй помоложе, улыбчивый шатен выше Ивана на целую голову.
– Мы за вами, – сообщил брюнет, показав золотой с виду жетон с голографической блямбой, изображавшей символ СКБ – щит, мечи над ним в форме старинных космических ракет и мечи под ним – уже настоящие. – Капитан Жеромский.
– Капрал Смурнов, – представился верзила.
Никакой спецфурнитуры на их головах и руках не было видно, однако не приходилось сомневаться, что она имеется, изготовленная по современным био- и нанотехнологиям.
Иван было расстроился, так как собирался заняться личными делами, потом подумал, чем быстрей он отдаст должное серьёзной структуре, тем быстрее освободится от формальных объяснений, и повеселел. Пошутил, протягивая руки:
– Наручники надевать будете?
Служители закона переглянулись. Жеромский хмыкнул. Смурнов засмеялся.
– Весёлый вы человек, Ломакин, нам говорили. Вы не арестованы, а мы не из ФСИН [18]. Хотели посмотреть, как живёт герой звёздных разведпоходов.
– Не апартаменты, как видите, – ухмыльнулся в ответ Иван. – Стандартный жилмодуль-двушка, тридцать квадратов. Кофе, чай?
– Спасибо, обойдёмся. Если не возражаете, мы подождём вас в машине, белый «стерх» с красной полосой, номер 33.
– Буду через пять минут.
Гости осмотрели интерьер квартиры, близкий к спартанскому, и вышли, не оглядываясь.
Иван переоделся в осенний уник любимого серебристо-серого цвета и присоединился к ним на финиш-поле коттеджного посёлка, способном уместить около сотни частных флайтов и глайдеров. Искать машину чекистов не пришлось, белый «стерх» из ряда спортивных «Ауди», принадлежащий службе правительственной курьерской доставки, на площадке был один. Иван ни разу не летал на таких, поэтому с интересом присмотрелся к внешнему виду: капля жидкого металла с тремя наплывами, – и интерьеру внутри.
Впрочем «стерх» мало чем отличался от катеров и модулей представительского класса, а до «големов» ему было ещё тянуться и тянуться. Поэтому Иван быстро освоился и порадовался разве что комфортному сиденью. До Плесецка, где располагался офис центра СКБ, от родного Осташкова модуль домчался всего за двадцать минут, сделав гиперболическую горку с выходом в космос на высоте двухсот километров и спикировав на базу российского военно-космического ведомства.
2
Российская Служба космической безопасности – СКБ была организована ещё в двадцатые годы прошлого века. Сначала её штаб располагался в Национальном Центре обороны России (НЦОР) на Берсеневской набережной Москвы. Затем после начала реальной экспансии землян в космос и ряда инцидентов с претендентами на «мировое космическое превосходство» – Соединёнными Штатами и Китаем, Служба перестала умещаться в ЦОР, и её офисы перевели в Плесецк, где был создан Центр военного космического кластера и построена рядом с «Трилистником» Центра экстремального космического оперирования (ЦЭОК) ещё одна база для СКБ.
Кластер был огромен, так как вмещал космодром с его инфраструктурой и специализированные институты, учреждения и обслуживающие его подразделения.
Штаб СКБ, или Космодом, как его называли все космолётчики, да и чиновники тоже, располагался в одном километре от космодрома, используемого в основном военными и специальными силами (в отличие от космодрома кластера «Восточный» в Амурской области, работающего на гражданскую службу России) и представлял собой здание с шестью корпусами-«листьями» модульного типа, соединёнными жилами коридоров и защищёнными от всех погодных условий. Иван видел его не раз во время стартов с космодрома, но внутри не бывал, поэтому с не меньшим любопытством знакомился с интерьерами и технологией здания, пока его сопровождали в левое крыло-«листок» Космодома, где находились кабинеты руководителей Службы.
