Кириленко нервно мял подбородок, о чем-то размышляя. Мазуров уставился в окно, а Косыгин веселыми глазами рассматривал обоих аппаратчиков. Причесали их знатно!
— Семен Степанович, как я понял, ваша идея с технократами придумана, чтобы обойти уже имеющуюся управленческую структуру. Это будут образованные и подкованные исполнители.
— Вы правильно поняли, Алексей Николаевич. Они не будут зависеть от партийных установок. Мера их эффективности лишь одна — дело должно двигаться, проблемы решаться.
— Но как же…
— Партия пусть занимается чисто идеологией и воспитанием масс. Практика управления вся и всем порочна и порождает параллельные структуры. А это уже жирный минус с эффективности! Тоньше надо действовать товарищи, тоньше. Я предвижу ваши вопросы — а как тогда контролировать новый управленческий аппарат? Вот здесь, соглашусь, надо крепко подумать. В Китае же смогли! А народу там побольше нашего! Партия должна стать меньше и гибче.
Кириленко не выдержал:
— Наша сила в партии, в её многочисленности.
— А толку от этого? Где были все эти миллионы коммунистов в девяносто первом? К сожалению, надо признать, что коммунистическая идеология с треском проиграла. Заметьте, уже проиграла! Коррупция в национальных республиканских органах не с потолка взялась, как и очковтирательство в промышленности. А ведь везде сидят выбранные вами коммунисты. Партийный билет элементарно превратился в пропуск для карьерного роста и стал своеобразной индульгенцией от наказания. Так вот, пока вы не воссоздали партию заново, нам все равно нужно идти вперед. Так отдайте дело управления грамотным технократам. Озвучьте им четкие цели на ближайшее. Не нужно ничего кричать в лозунгах.
— Например? — подался вперед Косыгин. Он уже догадался, что попаданец озвучивает не собственные идеи, а некую квинтэссенцию размышлений из будущего. Ведь по его словам не все там смирились с падением Союза и в обществе будущего десятилетия не утихал жаркие дискуссии. А таким опытом пренебрегать точно не стоило!
— Цели? Постиндустриальный мир с передовыми технологиями. Экономная трата энергии, уменьшение зависимости от природных ресурсов. Прекращение продажи сырья, а только продуктов его глубокой переработки. Передовая химия, станкостроение, широкое распространение робототехники. Да ради такого недалекого будущего молодежь будет подметки рвать!
— И для его претворения нам потребуются высокообразованные кадры!
— Вы совершенно правы, Алексей Николаевич! Это здорово подстегнет тягу к знаниям и получению образования. Особенно технического. Обычный рабочий уже должен иметь не менее средне-специального курса наук.
— Да где ж мы столько техникумов возьмем? — не выдержал Мазуров.
— Решайте, что вас на самом деле нужно. Умная молодежь или алкогольное зависимое болото? Вы же в лозунгах постоянно такое провозглашаете.
Мазуров тогда серьезно задумался и до конца встречи задавал лишь наводящие вопросы. Кириленко сидел весь красный, постоянно вытирал лоб носовым платком, но огрызаться перестал, а больше слушал. Зато Косыгин крепко сцепился языком с молодым парнем, выжимая из него новости о вероятном будущем. Идея с постиндустриальным обществом пришлась ему по душе.
Глава 28
Украинская ССР. Крым. Резиденция Генерального секретаря «Глициния». 26 июля 1973 года
— Вот реальный лозунг для нашей молодого поколения. То, что рисуют в советских журналах типа «Техника молодежи». Космос, ракеты, роботы, передовые технологии. В России, извините, в Советском Союзе существует огромный потенциал, можно так сказать, ресурс, человеческий. У нас невероятно умные и изобретательные люди. Меня всегда поражало, как бездарно его использовали власти. У нас в будущем еще хуже, — махнул Ракитин в сторону дернувшегося Кириленко. — Олигархам пипл требуется лишь, как наемная бесправная сила. Некогда лучшее в мире образование безжалостно уничтожается. Правда, они так перестарались, что уже не могут найти себе грамотные рабочие кадры. Внезапно оказалось, что их также готовить требуется.
— Не понимаю. Как можно так безыдейно относиться к будущему? Что вы вложите в головы молодых людей?
— Не надо, уважаемый, путать ваши кривые лозунги с реальными делами! Предложите из их убогого городишки создать «Кремниевую долину» и сами удивитесь появившемуся энтузиазму.
— Это еще что такое?
Косыгин, уже знакомый с материалами, ответил:
— Американцы построили в Калифорнии целую агломерацию, наполненную высокотехнологичными предприятиями. Там к тому же много университетов и научных институтов.
— А здесь построим мы целый город мечты. Наукоград и не один. Это будет поселение нового типа, созданное с нуля. То есть самое лучшее в современной архитектуре и коммунальном хозяйстве. Вы видели фотографии скандинавских зданий из будущего?
— Утилитарно и необычно.
— Плюс практичная шведская мебель! Поначалу можно предложить скандинавам создать совместные предприятия, а затем выкупить часть идей или начать плодить свои. Вот посмотрите.
Властители СССР дружно уставились в экран портативной ЭВМ. Настолько на нем было четкое и ясное изображение! И насколько было обидно, что все это великолепие собрано в Китае.
— Алексей Николаевич, подлетаем к Симферополю, — легонько стукнул по плечу задумавшегося Косыгина Соломенцев. Тот посмотрел в окно и поднял кресло. — Не боишься, что обратно под конвоем поедем?
ПредСовмина бросил взгляд на коллегу из Совмина РСФСР:
— Не того нам нынче бояться надо, Михаил Сергеевич. Не того!
Лето, жара, Крым. Если и есть рай на земле, то он на южном берегу Крыма. Брежнев любил отдыхать и умел. В его морской резиденции имелся пляж, бассейн и катер. Вот на его борту в Черном море и состоялось поистине историческое совещание. Поначалу хмурый Ильич разлил всем по бокалу легкого крымского вина, сопровождая действо словами:
— Мы же все-таки на отдыхе, товарищи.
Товарищи неспешно дегустировали «Массандру» и раздумывали, с чего начать. Скорость катер сбавил, и стало возможно говорить без лишнего шума. Зачинщиком опять был Кириленко. Потенциальный пост Генерального секретаря придавал ему сил. Хотя делал он это не ради власти, а чтобы остаться в истории одним из тех, кто спас Союз от гибели.
«Всеми нами двигает честолюбие!» — достаточно честно выразился он перед посадкой во Внукове.
— Так дело не пойдет, товарищи! Это же фактически ультиматум!
Брежнев грозно сдвинул брови, хмуро оглядывая гостей. Нет, не таким он себе представлял долгожданный отдых в Крыму. И военные туда же, подсиживают старого друга Гречко! Но внутренне Генеральный сам себе уже признался, что ведет обычный торг. Он внимательно изучил собственное будущее, и оно ему жутко не понравилось. Что еще за медсестра с уколами?! Кто её ему подослал. И нет у него пока никакой зависимости от препаратов. Враки все это! Ну, были проблемы, но не такие же! Сколько лжи в будущем о нем выложили. Но именно та развалина, которую представлял собой поздний Брежнев и стала предметом волны анекдотов внутри страны. А зарубежом бесповоротно поняли, что с СССР надо покончить. И такое положение дел здорово уязвляло самолюбивого Генсека. Считай, вся его предыдущая работа коту под хвост. О тебе судят не по успехам 8 и 9 пятилетки, а по бормотанию в микрофон в последние годы жизни. Наверное, и в самом деле надо на покой, пока ты на взлете.
— Пойми, дорогой Леонид Ильич, мы же тебя не выпроваживаем как Никиту. Специально на съезде создадим пост Почетного председателя партии и утвердим это в уставе. А предварительно работу с товарищами проведем. Хватит с нас постоянных метаний и смены курса. Партия должна идти прямо и целеустремленно!
— Отодвигаете, значит?
— Ставим выше. У Председателя будет право вето на решение Генерального секретаря, если его поддержит большая часть Политбюро.
