– Обойдемся без взаимных угроз, хорошо? – сухо произнес Дорт, внимательно посмотрев на нас обоих. И остановил взгляд на мне. – Господин Кармак, вы готовы пройти ментоскопирование, чтобы подтвердить свои слова?
Например, вот так. Презумпция невиновности в корпоративной среде Ландорра вообще ни сильно котируется – по крайней мере, в отношении собственных сотрудников. На более высоком уровне корпораты все же предпочитают иметь большую защищенность в отношении себя любимых.
– Готов, – ни хрена на самом деле, вот только прислушиваться к моим желаниям никто не будет. Вопрос полуорка был не более чем вежливостью.
– Господин Кармак является очень сильным телепатом и наверняка способен защитить свой разум от подобного рода проверки, – зачем-то встрял Риолис.
– Давайте оставим этот вопрос в компетенции наших сотрудников, – окинув альва задумчивым взглядом, очень проникновенно и убедительно попросил Дорт.
– В таком случае мы настаиваем на полном доступе к результатам ментоскопирования, – чуть наклонившись вперед и глядя в глаза инспектору, жестко потребовал корпорат. – И оценке достоверности полученной в ходе допроса информации нашими экспертами. При всем уважении…
– Не возражаю, – конечно, можно было упираться, но не вижу в том смысла – они в любом случае смогли бы получить доступ к результатам проверки. – Но лишь той информации, что имеет непосредственное отношение к данному делу. Все прочее разглашению в любой форме, не подлежит.
Зато теперь хоть понятно стало для чего хозяева альва вообще всю эту историю с моим обвинением устроили. А то ведь уже сомнения в их адекватности появились – мало ли, вдруг и правда рассчитывали, что я кому-нибудь успел проболтаться.
– Безусловно… Что ж, в таком случае с нашей стороны тоже нет возражений, – смерив меня долгим, задумчивым взглядом, подтвердил инспектор и посмотрел на альва.
Нахмурившийся Риолис медленно кивнул – мое спокойствие ему определенно не нравилось, но придраться было тупо не к чему, и он промолчал. Хрен вам, а не координаты местонахождения осколков Безымянного! Я и сам их еще не знаю, а то, что уже успел выяснить без возможностей Печати совершенно бесполезно. Максимум, что сумеете узнать – количество осколков, но это уж как-нибудь переживем.
Остается только проконтролировать, чтобы гильдейский разумник не засунул мне в мозги чего-нибудь лишнего. Закладки на подчинение там или еще какую дрянь той же направленности – да я параноик, но в моей ситуации, это простительно и даже необходимо. Наивной веры в безгрешность и неподкупность кадровых работников гильдии отнюдь не испытываю. Хотя, стоит признать, в данном случае вероятность подставы крайне мала, все-таки сотрудников СБ контролируют очень плотно… Надеюсь, моих знаний и умений достаточно, чтобы отбиться, если все же ошибся.
О своей покладистости я пожалел очень быстро. Практически сразу же едва все началось! Артефакт божественного уровня методично и совершенно безжалостно выпотрошил мой разум, легко дотянувшись до самых потаенных мыслей. И предоставив их на обозрение своему оператору… Эта «процедура», словно воплотившийся худший из моих кошмаров, в точности повторяла то, что сотворил со мной когда-то Безымянный. Но в тот раз я мог хотя бы пытаться сопротивляться.
Пять часов! Пять. Гребанных. Часов… Сдерживать инстинкты, требовавшие ответить немедленной атакой на вторжение и просто терпеть, осознавая, что ничего не смогу противопоставить этой силе, если она захочет причинить мне вред… Оказаться заблокированным в собственном разуме, не имея возможности как-либо повлиять на происходящее – абсолютная беспомощность, вот что это такое! Я жизнь положу, но не допущу повторения подобного!
Большое, квадратное помещение с полностью металлическими стенами и полом. С потолка льется приятный и не режущий глаза свет. Всей мебели – только намертво прикрученный к полу стол и четыре удобных кресла. Было пять, но оператор артефакта, уходя зачем-то прихватил свой и, вернувшись через пару минут, оставил четыре узких головных обруча из желтого, тяжелого металла. После чего свалил уже окончательно.
Сам покоившийся на столе артефакт больше всего напоминал монету – гигантскую, в полметра диаметром и около пяти сантиметров толщиной – выполненную все из того же, желтого металла. Никакого внятного рисунка на видимой стороне не было, только рельефные черточки, складывающиеся в абстрактный, но, на удивление гармоничный узор. И он совершенно не ощущался моим восприятием. То есть – вообще никак. Глаза видели, а чутье нет – он не оказывал никакого воздействия на окружающее пространство, не давил своей массой на поверхность стола… Довольно неприятный диссонанс возникает между тем, что видишь, и отсутствием чего бы то ни было в восприятии. Сбивает с толку.
В помещении мы находились вчетвером – к знакомой уже компании добавился тот самый эксперт, на присутствии которого настаивал Риолис. Мужчина-человек, выглядевший лет на сорок, заплетенные в недлинную косу седые волосы, странного покроя черный костюм. Даже с моей абсолютной памятью приходилось напрягаться, чтобы за этими отвлекающими приметами видеть внешность, настолько невыразительное у него лицо. Маг школы разума.
Обручи оказались интерфейсами мысленного управления и, одновременно фокусирующими артефактами, связанными с диском. Достаточно надеть их на голову, чтобы получить доступ к записанной и уже структурированной информации в нем. Очень удобно, стоит признать… и наблюдать за событиями из собственной жизни как бы со стороны оказалось полезным опытом. Не окрашенные эмоциональной составляющей события позволяли взглянуть на произошедшее немного по-другому.
За последующие два часа, пока присутствующие с нездоровым интересом изучали помещенную в артефакт матрицу с кусками моей памяти, я успел немного восстановить душевное равновесие. По крайней мере, сломать Риолису шею больше не тянуло. Плевать на альва – он просто инструмент и ни на что не влияет. А вот его хозяевам я когда-нибудь напомню о сегодняшнем дне, вот уж на что ни сил, ни времени не пожалею!
Сняв с головы обруч, Дорт положил его перед собой на стол и, устало откинувшись на спинку кресла, обвел всех присутствующих внимательным взглядом.
– По результатам проведенной проверки могу засвидетельствовать отсутствие со стороны господина Кармака нарушений, взятых на себя обязательств, – взгляд черных глаз уперся в разумника. – У вас имеются какие-нибудь возражения?
За все прошедшее время тот не произнес ни слова, и вообще никак свои эмоции не демонстрировал. Вот и сейчас не стал ничего говорить, лишь покачал головой под неодобрительным взглядом альва.
– В таком случае, претензии выдвинутые корпорацией «Тонамбри» в его адрес, признаны несостоятельными, – констатировал инспектор и тут же на мою учетку пришел протокол «допроса». – Ознакомьтесь и поставьте свои подписи… На этом все, можете быть свободны. А вы господин Кармак, задержитесь.
Риолис, смерив меня неприязненным взглядом, все же удостоил короткого поклона и удалился в сопровождении мага. Похоже разумник уже успел поделиться с начальством своими выводами относительно полезности полученной информации, чем сильно испортил тому настроение… Надеюсь, руководство самого альва тоже не останется в стороне и окончательно это самое настроение испоганит, в том числе и себе. Да, я злопамятный, и ничуть этого не стыжусь. Имею право.
Дорт прикоснулся к ребру «монеты», переключив артефакт с мысленного управления на видимый голографический интерфейс. И внимательно посмотрел на меня.
– Не сочтите за назойливость, Рейн, позволю себе дать вам совет – найдите время, чтобы посетить юридический отдел нашей гильдии, – произнес он серьезно.
– Для чего? – осторожно уточнил я, наблюдая как полуорк несколькими прикосновениями к голографическим сенсорам, активировал стирание всей записанной на артефакт информации. Матрица с моей памятью теперь гарантированно уничтожена.
